Запах запретного плода

Обычный будний день в семье Шуваловых всегда напоминал отлаженный часовой механизм, но сегодня шестерни явно начали проскальзывать. Максим и Вера уже вернулись из Швейцарии, однако дела бизнеса и клиники накрыли их с головой. Утром отец, поправляя галстук перед зеркалом, лишь коротко бросил Тимуру: «Мы сегодня до поздна, на тебе и Амине всё: забрать мелких, проконтролировать уроки. И напомни Славе про дисциплину».

К вечеру этот механизм окончательно разладился. Тимур застрял на важной пересдаче в университете, а Амина задержалась на просмотре новой коллекции в бутике подруги. В итоге младшие оказались предоставлены сами себе, и каждый решил, что «родители далеко — воля близко».

Слава, вместо того чтобы сразу после школы ехать домой, отправился с «пацанами» в гаражи за школьным стадионом. Там, вдали от камер и строгих глаз, он чувствовал себя взрослым. В руках — сигарета, в разговорах — мат, в голове — иллюзия свободы.

– Да ладно тебе, Слав, Тимур не узнает, – подначивал его одноклассник, выпуская струю дыма. – Ты же у нас теперь за главного, пока предки пашут.

– Я-то за главного, – Слава сплюнул, чувствуя, как горький привкус табака оседает на языке. – Но если Тимур пронюхает, мне не поздоровится. Ладно, еще одну и по домам.

Демид тем временем тоже не терял времени. Вместо того чтобы ехать на дополнительные занятия по английскому, он с «кентами» рванул в элитный ТРЦ. Там они до одури играли в автоматы и объедались бургерами, напрочь забыв о времени и о том, что домашнее задание по математике само себя не решит.

Вика, самая младшая из девочек, гуляла в парке с большой компанией. Среди шумных подружек и парней особняком держался Артем — мальчик из параллельного класса, который ей давно симпатизировал. Вика смеялась, снимала «сторис» для соцсетей, демонстрируя идеальную жизнь, но внутри нее зудело любопытство. Ей давно хотелось попробовать то, о чем все шептались в школьных туалетах, но строгость отца и проницательность Амины останавливали её. До сегодняшнего дня.

Маленького Влада и его подружку по садику Еву, дочку партнеров Максима, пришлось забирать водителю, так как никто из старших не успевал. Пятилетний Влад, оставшись без присмотра братьев, капризничал и требовал мультики, пока домработница пыталась накормить его ужином.

На часах было уже десять вечера, когда огромный черный внедорожник Тимура и изящная машина Амины почти одновременно въехали во двор особняка. Родителей всё еще не было — Максим прислал сообщение, что задерживается на ужине с инвесторами.

Вика в это время уже была дома, но стоило ей услышать шум моторов, как на телефон пришло сообщение от Артема: «Выйди на пять минут к забору, я у ворот. У меня кое-что для тебя».

Сердце девочки забилось чаще. Она накинула куртку прямо поверх домашней одежды и, стараясь не привлекать внимания Амины, которая уже заходила в дом с пакетами продуктов, выскользнула на задний двор.

У кованой ограды стоял Артем. В руках он держал яркий бумажный пакет.

– Привет, – он улыбнулся, протягивая ей сверток. – Тут шоколадки, как ты любишь. И... ну, то, о чем ты спрашивала.

Вика заглянула внутрь. Сверху лежали плитки дорогого бельгийского шоколада, а под ними, в самом углу, притаилась небольшая, стильная коробочка — вейп в изумрудно-черном корпусе.

– Ого, – прошептала Вика, чувствуя одновременно восторг и липкий страх. – А он... он сильно пахнет?

– Почти нет, ягодами, – Артем пожал плечами. – Только не пались. Твои братья тебя живьем закопают, если найдут.

– Я знаю, – Вика прижала пакет к груди. – Спасибо, Тем. Мне пора, а то Амина хватится.

Они простояли еще пару минут, обсуждая какую-то школьную ерунду, пока свет фар машины Тимура не полоснул по забору. Вика вздрогнула.

– Всё, беги! – шепнул Артем и исчез в темноте.

Вика влетела в дом через боковую дверь и столкнулась в холле с Аминой и Славой. Слава выглядел слегка помятым, от него за версту разило жвачкой, которой он пытался перебить запах сигарет, а в глазах читалась легкая тревога.

– О, Викуся, ты где была? – Амина стащила пальто, выглядя уставшей, но довольной. – Опять с подружками секретничала?

– Да так, Артем заходил, сладости принес, – Вика постаралась придать голосу будничное звучание, крепче сжимая пакет.

– Ого, у нас тут кавалеры с подарками! – усмехнулся Слава, проходя мимо. – Ну-ка, показывай, чем тебя подкупают.

Они прошли на кухню. Амина начала выкладывать на стол фрукты, а Вика, присев на край стула, начала медленно доставать из пакета шоколад.

– Смотрите, тут с орехами, с карамелью... – она выкладывала плитку за плиткой, стараясь, чтобы дно пакета оставалось скрытым.

– М-м, мой любимый, – Амина потянулась за шоколадкой, но в этот момент сверху раздался громкий, надрывный плач.

Это был Влад. Судя по звуку, он либо упал с кровати, либо ему приснился кошмар.

– О господи, только этого не хватало, – вздохнула Амина, бросая шоколад. – Слава, присмотри за ней, я сейчас.

Она быстро вышла из кухни, и её шаги затихли на лестнице. Вика облегченно выдохнула и потянулась к пакету, чтобы поскорее спрятать «запрещенку» в карман куртки, но не успела.

Слава, который до этого момента лениво облокачивался на столешницу, вдруг резко подался вперед. Его острый взгляд зацепился за то, что Вика пыталась прикрыть рукой.

– А это что у нас такое? – Его голос мгновенно изменился. Исчезла расслабленность, появилась та самая «отцовская» жесткость, которую он включал, когда хотел казаться старше.

– Ничего, Слав, просто... упаковка от конфет, – Вика попыталась отодвинуть пакет, но брат оказался быстрее.

Он ловко выхватил бумажный пакет из её рук и перевернул его. На стол с негромким стуком выпала зелено-черная коробочка.

В кухне повисла звенящая тишина. Слава взял устройство в руки, рассматривая его с таким видом, будто это была улика в деле о государственном перевороте.

– Вейп? – Слава поднял на сестру глаза, в которых читалось искреннее возмущение. – Ты серьезно, Вик? Тебе тринадцать лет!

– Тише ты! – прошипела Вика, вскакивая с места. – Отдай сейчас же! Это просто... просто игрушка, все в классе такие носят!

– «Все носят» — это не аргумент для отца, – Слава спрятал коробочку в кулак. – Ты хоть понимаешь, что он с тобой сделает, если увидит? Он у тебя не просто телефон заберет, он тебя под домашний арест на год посадит. Без интернета, без подружек, без твоего Артема.

– Ты сам куришь! – выпалила Вика, переходя в контратаку. – От тебя сейчас сигаретами несет, хоть топор вешай! Думаешь, я не поняла, почему ты три пачки жвачки сжевал?

Слава на мгновение осекся. Его лицо пошло красными пятнами.

– Это другое, – буркнул он, но тут же взял себя в руки. – Я старше, и я... я парень. А ты — девочка, отличница. Ты же у нас «золотой ребенок». Если Тимур сейчас войдет и увидит это, нам обоим крышка.

– Слав, пожалуйста, – Вика вдруг всхлипнула, её напускная дерзость испарилась. – Не говори Тимуру. И Амине не говори. Я его даже не открывала, честно! Артем просто подарил, я не знала, как отказаться...

Слава смотрел на сестру, и его гнев медленно сменялся чем-то похожим на сочувствие, смешанное с чувством ответственности. Он вспомнил, как сам в первый раз попался отцу с пачкой сигарет, и как тогда Максим, не говоря ни слова, снял ремень. Слава до сих пор помнил тот урок.

– Слушай меня сюда, мелочь, – Слава подошел к ней вплотную, понизив голос до шепота. – Я это забираю. И не надейся, что верну. Завтра я это выкину или отдам кому-нибудь.

– Но... – начала было Вика.

– Никаких «но»! – отрезал Слава. – Считай, что тебе повезло. Если я хоть раз увижу у тебя подобную дрянь или узнаю, что ты пробовала курить с подружками — я лично отведу тебя к отцу. Поняла?

Вика шмыгнула носом и часто закивала.

– Поняла.

– И про мой запах — ни слова, – добавил Слава, пряча вейп в глубокий карман своих джинсов. – Мы в одной лодке, Вик. Если тонем, то вместе.

В этот момент на кухню вернулась Амина, неся на руках заспанного и уже успокоившегося Влада. Ребенок тер глаза и прижимал к себе плюшевого зайца.

– Уснул прямо на руках, – прошептала Амина. – Что у вас тут? Почему такие лица?

Слава мгновенно натянул свою привычную обаятельную улыбку.

– Да вот, обсуждаем, что Вике подарили слишком много шоколада. Говорю ей, что надо делиться, а то зубы выпадут.

Амина подозрительно прищурилась, переводя взгляд с покрасневшей Вики на подчеркнуто спокойного Славу.

– Вы что-то скрываете, – констатировала она, усаживая Влада на стул. – Слава, от тебя пахнет так, будто ты жевал освежитель воздуха «Альпийские луга». А ты, Вика, подозрительно тихая.

– Ничего мы не скрываем, Амин, – Слава подошел к сестре и приобнял её за плечи. – Просто Вика осознала, что её брат — самый лучший и добрый человек на свете. Правда, Вик?

– Угу, – выдавила из себя девочка, стараясь не смотреть старшей сестре в глаза.

– Ну-ну, – Амина покачала головой. – Ладно, заговорщики. Демид вернулся?

– Пришел пять минут назад, – подал голос Тимур, входя в кухню. Он выглядел измотанным, галстук был распущен. – Сидит наверху, делает вид, что учит историю. Но я видел пакеты из фудкорта в его рюкзаке.

Тимур подошел к столу, взял дольку апельсина и внимательно посмотрел на Славу.

– Слав, завтра утром мы с тобой едем на пробежку. В шесть утра.

– В шесть?! – Слава чуть не поперхнулся воздухом. – Тим, побойся бога!

– Запах табака, который ты пытаешься скрыть жвачкой, не исчезает просто так, – спокойно произнес Тимур, и Слава понял: старший брат всё знает. – Так что завтра будем выбивать из тебя эту дурь физическими нагрузками. А если отец спросит, почему ты такой бледный, я скажу, что ты просто очень стараешься в учебе.

Слава понурил голову. Он знал, что спорить бесполезно. Тимур был справедлив, но суров.

– А ты, Вика, – Тимур перевел взгляд на сестру, – иди спать. И шоколад убери. Завтра проверю твой дневник. Если там будет хоть один намек на плохую оценку по химии — прогулки с Артемом закончатся, не начавшись.

Вика быстро собрала остатки шоколада и, бросив короткий благодарный взгляд на Славу, почти убежала из кухни.

Когда младшие разошлись, Тимур сел за стол напротив Амины.

– Сложный будет месяц, – тихо сказал он. – Родители совсем в делах, а эти начинают отбиваться от рук.

– Мы справимся, – Амина накрыла его руку своей. – Главное, что они доверяют нам больше, чем боятся отца. Пока это так — мы сможем их удержать.

– Надеюсь, – Тимур вздохнул, глядя на закрытую дверь кухни. – Потому что если Максим узнает хотя бы половину того, что произошло сегодня... ремнем дело не обойдется.

В доме Шуваловых постепенно гас свет. В элитном поселке царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы. В одной комнате Слава с отвращением смотрел на изумрудный вейп, прежде чем спустить его в унитаз. В другой — Вика лежала под одеялом, чувствуя, как внутри дрожит запоздалый страх. А в кабинете на первом этаже Тимур просматривал отчеты по успеваемости братьев, готовясь к новому дню, где он снова будет и другом, и судьей, и защитником.

Они были семьей. Сложной, богатой, строгой, но всё же — семьей. И каждый из них знал цену этой связи, даже если иногда она пахла дешевым табаком или запретными ягодами.