← Назад к обзору

4 любительницы БДСМ

Влажный плен и шлепки справедливости: Реванш в комнате пыток

Прошло всего пять минут с момента триумфального выхода из первой зоны, а Соня уже колотила маленьким кулачком в следующую дубовую дверь, обитую чем-то подозрительно напоминающим человеческую кожу. За дверью слышалось тяжелое дыхание и звук перетаскиваемого железа. Запах ванильной отрыжки сменился чем-то более острым — смесью пота, ржавчины и дешевого латекса.

– Девочки, вы слышите этот зов? – Соня обернулась к подругам, ее глаза лихорадочно блестели. – Там внутри настоящий альфа-самец. Я чувствую, как его тестостерон пробивается сквозь щели в косяке. Полин, ты готова?

Полина, чьи синие волосы после «водных процедур» в первой комнате слегка потускнели, но всё еще задорно торчали в разные стороны, неуверенно кивнула.

– Я готова, если там нет клоунов на велосипедах, – она аккуратно поправила трусики, которые уже начали подсыхать, оставляя на бедрах приятное чувство стянутости. – Но если он будет в маске свиньи или с красным носом, я залью этот лабиринт так, что нам придется плыть до финиша брассом.

– Не ссы, в прямом и переносном смысле, – Лера поправила свои джинсы, которые сползли еще ниже, открывая взору не только стринги, но и татуировку в виде маленького бантика на копчике. – Если что, я его вырублю. Мои пальцы ног сегодня в отличной форме, я чувствую каждый сустав.

Олеся в это время была занята важным делом: она вытряхивала из флакона последние капли своих приторно-сладких духов прямо на дырявые носки.

– Нужно, чтобы он шел на запах, как ищейка, – пояснила она, шмыгая носом. – Мои пальцы должны пахнуть как карамельный рай, даже если они торчат из дырок. Это создает контраст, понимаете? Эстетика разрушения.

Дверь внезапно распахнулась, и мощная струя пара обдала четверку. Из тумана вынырнул огромный мужчина в кожаном фартуке на голое тело. Его лицо скрывала маска Минотавра, но теперь она была испачкана чем-то красным.

– Вы зашли слишком далеко... – прорычал он, и Соня буквально замурлыкала от восторга. – Теперь вы в моей коллекции.

– О боже, этот тембр! – Соня, не дожидаясь приглашения, рванула вперед и врезалась в его грудь. – Ну же, большой папочка, покажи мне свою коллекцию! Только попробуй не доминировать, я тебя сама покусаю так, что прививки от бешенства не помогут!

Актер, явно не ожидавший такого напора от девушки ростом «метр с кепкой», невольно попятился. Соня тут же воспользовалась моментом: она подпрыгнула, обхватила его торс ногами и впилась зубами в его сосок сквозь кожаный ремень портупеи.

– А-а-а! – взревел Минотавр, и это был уже не актерский рык, а искренний крик боли. – Мать твою, женщина, ты мне его откусишь!

– М-м-м, – промычала Соня, не разжимая челюстей. – Ваниль... Я чувствую ваниль...

– Это освежитель воздуха в раздевалке! – прохрипел актер, пытаясь отцепить Соню, но та держалась как клещ.

В этот момент в комнату ввалились остальные. Олеся, увидев второго актера, который прятался за дыбой, мгновенно начала стягивать штаны.

– Смотри на меня! – закричала она, демонстрируя свои знаменитые дырявые носки и отсутствие нижнего белья. – Я — твоя главная пытка! Я пахну сахаром и отчаянием!

Второй актер, парень помоложе, в ужасе забился в угол. Запах духов Олеси в замкнутом пространстве стал настолько концентрированным, что у него заслезились глаза, а в горле пересохло.

– Уйди, безумная! – вскрикнул он, отмахиваясь бутафорским топором. – У меня аллергия на кондитерские изделия!

Лера, увидев, как «обижают» подругу, мгновенно перешла в режим берсерка.

– Опять?! Опять вы на Олесю орете, а пиздюли мне достанутся?! – Она ловко увернулась от топора и, сделав кувырок, оказалась на спине. – Получай, гад!

Ее ноги взметнулись вверх с грацией профессиональной гимнастки. Пальцы больших ног, длинные и цепкие, словно клешни омара, сомкнулись на горле молодого актера.

– Хрипи для меня! – прошипела Лера, сжимая захват. – Из-за вас, уродов, меня постоянно путают с этой раздевающейся фурией! Я блондинка, но у меня есть характер!

– Кха... кха... – актер пытался разжать ее пальцы, но Лера вцепилась намертво. – Помогите... она... она профессиональный душитель ногами!

Полина, стоявшая в стороне, наблюдала за этой вакханалией с нарастающим восторгом. В этой комнате не было клоунов, зато было много интимного полумрака и запаха мужского пота, смешанного с ванилью Сони и сахаром Олеси.

– Девочки, посмотрите! – Полина указала на стену, где на крючьях висели трофейные трусики. – Это же... это же экспозиция!

Она подошла к одному из экспонатов и нежно провела рукой по шелку.

– Минотавр, – обратилась она к главному актеру, который всё еще пытался отодрать Соню от своего соска. – А у тебя есть место для моих? Я сегодня сделала особенную стрижку... там, сзади... Это как ландшафтный дизайн, только в очень приватной зоне. Хочешь взглянуть?

Минотавр, поняв, что сопротивление бесполезно, замер.

– Показывай, – выдохнул он, сдаваясь. – Всё равно этот вечер уже не спасти.

Полина медленно повернулась спиной, наклонилась и приподняла край своей короткой юбки.

– О-о-о... – протянул Минотавр, забыв о боли в соске. – Это... это очень симметрично.

В этот момент Полина почувствовала, как по ногам снова потекла теплая струйка.

– Ой, – хихикнула она, прикрывая рот ладошкой. – Опять удовольствие зашкалило. Надеюсь, у вас полы с подогревом?

– У нас полы с дренажем, – обреченно ответил актер. – Специально для таких, как ты.

Соня наконец отпустила сосок и, тяжело дыша, сползла на пол. Ее лицо было перепачкано гримом актера, но она выглядела самой счастливой женщиной в мире.

– Так, – Соня поправила косуху. – Где ключ от следующей комнаты? Я хочу больше сексуального давления! Почему нас никто не связывает? Где плетки? Где черный юмор?

– Ключ... ключ вон там, в чане с грязным бельем, – актер указал рукой в угол. – Только, пожалуйста, не кусайтесь больше. У меня завтра свидание, как я объясню эти следы?

Олеся, которая уже успела надеть штаны обратно (но не до конца, чтобы вентиляция работала), бросилась к чану.

– Я найду его! Мои носки чувствуют металл! – Она нырнула в кучу тряпок, разбрасывая кружевные панталоны и стринги во все стороны. – Нашла!

Она выпрямилась, победно сжимая в руке ржавый ключ, но тут же споткнулась о собственную штанину и повалилась прямо на молодого актера, которого Лера всё еще удерживала своим «ножным захватом».

– Ой, привет, – Олеся оказалась лицом к лицу с парнем. – А ты симпатичный, когда не пытаешься меня убить топором. Хочешь понюхать мою шею? Там еще остался аромат «Сахарной ваты».

Актер зажмурился, вдыхая убийственную дозу глюкозы.

– Убейте меня... – прошептал он.

– Сначала ключ, потом смерть! – Лера разжала пальцы и отвесила ему легкий подзатыльник. – Это тебе за то, что в темноте на меня замахнулся. И запомни: я — Лера. Я та, что в джинсах и со стрингами, а не та, что голая и в дырявых носках!

Подруги направились к выходу, но Соня внезапно остановилась.

– Подождите. Мы забыли самое главное.

Она вернулась к Минотавру, который уже начал приходить в себя, и посмотрела ему прямо в прорези маски.

– Дыхни на меня.

Актер послушно выдохнул.

– Мало ванили, – строго сказала Соня. – В следующей комнате я жду, чтобы ты пах как огромный ванильный пудинг, который решил захватить мир. Понял?

– Да, госпожа, – пробормотал актер, уже не понимая, играет он роль или это его реальная жизнь.

Когда они вышли в коридор, Полина весело припрыгивала, оставляя за собой мокрые следы.

– Какой прекрасный квест! – воскликнула она. – Я чувствую себя такой... обновленной. И стрижка пригодилась.

– А я чувствую, что мне нужны новые носки, – Олеся посмотрела на свою ногу, где дырка стала еще больше. – Хотя нет, эти теперь заговоренные на удачу.

– Главное, что мы команда, – подытожила Лера, подтягивая джинсы, которые всё равно упрямо стремились вниз. – Впереди еще три комнаты. Минотавр, держись, мы идем за твоей коллекцией!

Из глубины лабиринта донесся тихий, полный ужаса стон актеров, но девочек это уже не могло остановить. Они были рождены для хоррора, эротики и черного юмора, и этот вечер только начинался.