Абдукция с Саней
Сарказм под дождём и секреты на экране
Утро субботы началось с коллективного стона. Когда солнечный свет беспардонно ворвался в гостиную, Саня обнаружила себя на полу рядом с диваном, завернутую в плед, как шаурму. Серёга и Даня проснулись первыми; капитан хоккейной команды выглядел так, будто провёл ночь не на диване, а в сушилке для формы, а Даня первым же делом бросился проверять камеру. Кирилл, на удивление, уже бодрствовал и даже успел где-то раздобыть расчёску, возвращая своей блондинистой шевелюре привычный вид «я только что со съёмок рекламы».
Разбредались все быстро. Серёга ворчал про тренировку, Даня убежал монтировать «сенсацию», а Кирилл, уходя последним, лишь подмигнул Сане, оставив её наедине с горой грязных кружек и стойким ощущением, что вчера произошло что-то важное, чего она никак не могла вспомнить из-за сонного тумана.
Воскресенье пролетело незаметно, а в понедельник школа встретила их привычным гулом и запахом хлорки. Не успели Саня с Даней обсудить новый план по проникновению в подсобку физрука (Даня клялся, что видел там странные пульсирующие огни), как перед ними выросла монументальная фигура классного руководителя.
– Так, искатели приключений, – строго произнёс учитель, поправляя очки. – Я не знаю, что вы задумали на этот раз, но чтобы сегодня я вас в радиусе десяти метров друг от друга не видел. Данил, в библиотеку. Александра, в кабинет биологии, там нужна помощь с гербариями. Живо!
Саня обиженно надула губы. Дружить в этой школе ей было особо не с кем: Серёга вечно на льду, Даня — её единственный сообщник по безумию, а Кирилл... ну, Кирилл был Кириллом. Она его не просто недолюбливала, она его искренне ненавидела за каждую ухмылку и каждый подкол.
Оставшись в одиночестве за партой, Саня достала телефон. Единственным спасением была Маша — её лучшая подруга из старой школы. Пальцы быстро застучали по экрану.
«Маш, прикинь, нас расселили, как особо опасных преступников! Сижу одна, как сыч», — написала Саня, добавив кучу злых смайликов.
Ответ пришел мгновенно. Маша прислала мем с грустным котом за решеткой, и Саня невольно улыбнулась. Весь оставшийся день они переписывались, перебрасываясь шутками и обсуждая планы на вечер. Договорились встретиться сразу после уроков.
Когда прозвенел последний звонок, Саня вылетела из школы, едва не сбив с ног дежурного. У ворот её уже ждала Маша. Они были полными противоположностями: Саня с её ядовито-яркими волосами и вечным «боевым» настроем, и спокойная, рассудительная Маша. Они дружили с самого детства и уже давно решили, что, как только начнут зарабатывать, обязательно купят квартиру на двоих, чтобы никто не мешал им жить по своим правилам.
– Ну что, погнали? – Маша обняла подругу. – Рассказывай, как там твой «блондинистый кошмар» поживает.
– Ой, не напоминай, – Саня махнула рукой, прощаясь с Даней, который уныло плелся к автобусу. – Он везде! Такое чувство, что он за мной следит.
Они гуляли долго, заходя в кофейни и обсуждая всё на свете — от дизайна их будущей квартиры до того, почему у современных хорроров такие глупые сюжеты. Позже Саня затащила подругу к себе, они еще немного поболтали, пока Маше не пришло время уходить.
Проводив подругу, Саня честно попыталась сесть за уроки. Хватило её ровно на пятнадцать минут. Алгебра казалась китайской грамотой, а биология после реальных походов по лесам выглядела скучно.
– Пойду проветрюсь, – решила она.
Нацепив любимую чёрную маску (просто потому, что так она чувствовала себя круче) и накинув куртку, Саня вышла во двор. Там, на привычном месте за вкопанным в землю столом, уже сидели Лёха и Тимур — старые дворовые знакомые.
– О, Санёк! Садись, в «дурака» на вылет, – крикнул Лёха, тасуя засаленную колоду.
– Ну держитесь, – Саня азартно потерла ладони.
Через полчаса двор огласил её возмущенный вопль.
– Да как так-то?! Лёха, ты фокусник хренов! Откуда у тебя опять четыре туза на руках?! Ты их из рукава достаешь, признавайся!
– Честная игра, Саня, просто удача, – Лёха довольно сгреб воображаемый банк.
В этот момент небо окончательно потемнело, и на землю обрушились первые тяжелые капли дождя.
– Шухер, пацаны, ливануло! – Тимур подхватил куртку, и парни мгновенно испарились в сторону своих подъездов.
Саня осталась сидеть под козырьком беседки, лениво переписываясь с Машей. Дождь превратился в настоящую стену воды, шумящую по крышам машин.
– Привет, – раздался рядом знакомый голос, от которого у Сани по спине пробежали мурашки.
– Привет, – машинально ответила она, не отрываясь от экрана. – Слушай, Лёх, а когда ты собираешься Паше эти пятьдесят четыре рубля отдавать? А то он, по-моему, против тебя уже священную войну объявил, вчера весь вечер в чате распинался.
Она повернулась, ожидая увидеть виноватую физиономию Лёхи, но наткнулась на блеск черных очков и безупречную, чуть влажную от дождя челку Кирилла. Он сидел на скамейке, закинув ногу на ногу, и выглядел так, будто ливень его вообще не касался.
– Ты такая невнимательная, Санечка, – протянул он, склонив голову набок. – Какой еще Паша? Какой Лёха? Я оскорблен до глубины души.
Саня задохнулась от возмущения.
– Ты?! Опять ты?! Да ты из-под земли растешь, что ли?
Она вскочила и, не желая продолжать разговор, направилась к своему подъезду. Кирилл, разумеется, последовал за ней.
– Что тебе нужно? – устало спросила она, когда они оказались на лестничной площадке перед её дверью.
– Ну ты же видела, как ливануло? – Кирилл кивнул на окно, за которым бушевала стихия. – Я просто хотел у тебя переждать. Не бросишь же ты одногруппника мокнуть на улице?
Саня посмотрела на него. Он действительно был слегка промокшим, хотя и старался сохранять невозмутимый вид. Энергии на очередную ссору просто не осталось.
– Ладно, заходи. Только тихо, у меня сегодня лимит на общение исчерпан, – она открыла дверь и бросила ключи на тумбочку.
– Оу, неужели самый шумный человек в этой галактике хочет покоя? Не узнаю тебя в гриме, – Кирилл с сарказмом усмехнулся, проходя внутрь и бесцеремонно оглядываясь.
Саня проигнорировала подкол. Она достала альбом и карандаши, устроившись за столом. Рисование всегда её успокаивало. Кирилл по-хозяйски прошелся по комнате, заглянул в холодильник (откуда был изгнан коротким рыком) и в итоге завис у неё за плечом.
– А нарисуешь меня? – вдруг спросил он, и в его голосе на секунду проскользнуло что-то похожее на искренний интерес.
– Тебе надо — сам и рисуй, – буркнула Саня, не оборачиваясь. – Я не рисую самовлюбленных блондинов.
Кирилл не обиделся. Он наклонился ниже, рассматривая набросок.
– А это кто? – спросил он, указывая на портрет девушки с длинными волосами.
– Моя лучшая подруга, Маша. Мы хотим вместе жить, когда школу закончим, – Саня невольно смягчилась, рассказывая о мечте.
– Понятно, – коротко бросил Кирилл и ушел на кухню, судя по звукам, ставить чайник.
Саня отложила карандаш. Рисовать расхотелось. Она завалилась на диван и открыла приложение с фанфиками. Это было её тайное постыдное удовольствие — читать истории про попаданцев и магические академии. Там всё было просто: добро побеждало, а вредные парни в конце всегда оказывались заколдованными принцами.
Через десять минут Кирилл вернулся в комнату.
– Сань, тебя там в окно кто-то зовет, – сказал он, подходя к дивану.
– Кто еще? – Саня подскочила, швырнув телефон на кровать, и бросилась к окну.
Она долго всматривалась в темный двор, по которому хлестал дождь, но там не было ни души. Только пустые качели раскачивались под порывами ветра.
– Никого там нет, Кирилл! Ты издеваешься?
– Наверное, показалось, – он пожал плечами, хитро улыбаясь. – Слушай, а что это у тебя там на экране? Запрещёнку смотрим?
Саня похолодела. Она забыла заблокировать телефон, и теперь он лежал экраном вверх прямо перед Кириллом.
– Не смей! – выкрикнула она, бросаясь к кровати, но Кирилл был быстрее.
Он ловко подхватил мобильник и отскочил в сторону. Саня пыталась повалить его, вцепилась в рукав кофты, но он просто поднял руку высоко вверх, пользуясь своим преимуществом в росте.
– Так-так... «Его ледяной взгляд обжигал её сердце, а бирюзовая мантия развевалась на ветру...» – начал читать он вслух с выражением профессионального чтеца. – Ого, Саня, да у тебя тут страсти похлеще, чем в наших походах за инопланетянами!
– Отдай! Отдай сейчас же, гад! – Саня покраснела до корней волос, прыгая вокруг него.
Кирилл продолжал читать, едва сдерживая смех.
– «Он прижал её к стене и прошептал: ты будешь моей...» Боже, Саня, какой слог! Какой драматизм!
Наконец, вдоволь нахохотавшись, он протянул ей телефон. Саня вырвала его из рук, готовая расплакаться от стыда и ярости.
– Круто всё, правда, – сказал Кирилл, направляясь к выходу. Его голос внезапно стал серьезным, хотя в глазах всё еще плясали искорки. – Только нейросеть у тебя в приложении какая-то глупая, сюжеты слишком предсказуемые. Ладно, дождь кончился, я пошел.
Дверь за ним закрылась. Саня стояла посреди комнаты, сжимая телефон в руке. Её трясло.
– Как его еще земля носит?! – прошипела она в пустоту. – Где его закопать, чтобы никто не нашел? В том лесу под бетоном? Нет, слишком близко...
Она снова посмотрела на экран телефона. Фанфик был про мага-недоучку и высокомерного эльфа. Саня со стоном рухнула на кровать, закрывая лицо подушкой. Этот день официально стал худшим в её жизни, а Кирилл — врагом номер один, которого она когда-нибудь обязательно, всенепременно придушит. Но где-то в глубине души, за слоями злости и смущения, шевельнулась странная мысль: он ведь не просто смеялся, он... прочитал это до конца. И почему-то это пугало её больше всего на свете.