← Назад к обзору

Адвокат

Сплетение судеб и шепот новой жизни

Юки смотрел снизу вверх на Ли Вона, и в этом взгляде было больше силы, чем во всех легионах теней его отца. Он видел, как дрожат руки адвоката, как он пытается сохранить остатки своей профессиональной маски, которая сейчас трещала по швам под напором искренних чувств. Юки не нужно было быть великим магом, чтобы почувствовать ту бурю, что бушевала внутри этого мужчины.

Юноша медленно протянул руки и ухватился за края тонкой домашней кофты Ли Вона. Адвокат вздрогнул, но не отстранился, его пальцы зарылись в растрепанные черные волосы Юки, словно ища опору. Юки плавным, почти ритуальным движением потянул ткань вверх, обнажая светлую кожу живота.

Он прижался щекой к прохладной коже, чувствуя, как Ли Вон судорожно вздохнул и задержал дыхание. Юки обхватил его талию своими сильными, тренированными руками, прижимая к себе так крепко, словно хотел защитить от всего мира. Его ладони, широкие и горячие, надежно легли на поясницу адвоката, фиксируя его, не давая сбежать в привычное одиночество.

– Ты слышишь меня? – прошептал Юки, и его голос, приглушенный тканью, отозвался вибрацией в самом теле Ли Вона. – Я никуда не уйду. Никогда.

Юки начал покрывать живот Ли Вона мягкими, невесомыми поцелуями. Он целовал кожу так осторожно, будто боялся спугнуть то хрупкое чудо, которое теперь росло внутри. Каждый поцелуй был клятвой. Каждый вдох — обещанием. Он двигался медленно, поднимаясь выше, к ребрам, и снова спускаясь вниз, к самой кромке брюк.

– Юки... – Ли Вон всхлипнул, и на этот раз он не пытался скрыть слез. Они капали на плечи юноши, смешиваясь с каплями воды после душа. – Это безумие. Твой отец... Сон Джинву... он же Монарх. Он правит тенями. Как я посмотрю ему в глаза и скажу, что ношу ребенка его сына, которому только исполнилось восемнадцать?

Юки оторвался от своего занятия и поднял голову. Его ярко-голубые глаза светились такой уверенностью, что Ли Вон невольно замолчал.

– Мой отец — Монарх Теней, это правда. Но прежде всего он человек, который любит свою семью больше жизни. Он прошел через ад, чтобы защитить нас. Ты думаешь, он не поймет ценность новой жизни? – Юки чуть сжал ладони на талии адвоката. – А если кто-то посмеет сказать хоть слово против тебя или нашего ребенка, им придется иметь дело со мной. И поверь, Ли Вон, я могу быть гораздо страшнее своего отца, потому что мне есть что терять здесь, в этом мире.

Юки снова прильнул к животу Ли Вона, на этот раз оставляя более долгий, согревающий поцелуй прямо в центре.

– Здесь наше будущее, – прошептал он. – Наш маленький секрет, который скоро станет самым большим счастьем. Я буду рядом каждый день. Я буду готовить тебе самую лучшую еду, я буду возить тебя на обследования на самых быстрых машинах, и я буду держать тебя за руку, когда тебе будет страшно.

Ли Вон опустился на пол рядом с ним, его ноги больше не держали его. Они сидели на ковре в полумраке гостиной, сплетенные в единое целое. Адвокат прижался лбом к лбу Юки, их дыхание смешалось.

– Ты такой мудрый не по годам, – Ли Вон слабо улыбнулся, вытирая слезы тыльной стороной ладони. – Иногда я забываю, что тебе всего восемнадцать. В тебе столько спокойствия, Юки.

– Жизнь в семье Сон учит терпению, – Юки усмехнулся, и в его глазах промелькнула искра азарта. – А теперь послушай меня внимательно. Завтра мы поедем в лучшую клинику Ассоциации. Я уже обо всем позабочусь. Там работают люди, которые умеют держать язык за зубами.

– Ты уже планируешь на десять шагов вперед, – констатировал Ли Вон, и в его голосе впервые за вечер прозвучали нотки привычного восхищения.

– Всегда, – подтвердил Юки. – Но сегодня... сегодня мы просто будем здесь. Только ты, я и наш малыш.

Юки подхватил Ли Вона на руки, словно тот ничего не весил. Его атлетичное тело работало идеально, мышцы перекатывались под кожей, когда он нес адвоката в спальню. Он осторожно уложил его на кровать, а затем лег рядом, накрывая их обоих мягким пледом.

– Знаешь, о чем я сейчас думаю? – спросил Юки, перебирая пальцы Ли Вона.

– О чем?

– О том, что у него или у неё обязательно должны быть твои серые глаза. Такие же выразительные и умные.

Ли Вон уткнулся носом в плечо Юки, вдыхая его запах. Страх никуда не исчез полностью, он всё еще копошился где-то на задворках сознания, но теперь он был придавлен огромной, несокрушимой уверенностью Юки.

– А твои волосы, – отозвался Ли Вон. – Такие же непослушные и черные. И твоя упрямая манера всегда добиваться своего.

Юки тихо рассмеялся, и этот звук заполнил комнату теплом.

– Значит, это будет очень опасный ребенок, – подытожил он. – Сын или дочь Теневого Монарха и самого острого на язык адвоката Сеула. Миру стоит подготовиться.

Они долго лежали в тишине, слушая биение сердец друг друга. Юки не переставал поглаживать живот Ли Вона поверх кофты, словно устанавливая незримую связь с новой жизнью. Его рука была надежной и тяжелой, даря ощущение абсолютной безопасности.

– Ли Вон? – позвал Юки спустя некоторое время, когда дыхание адвоката стало ровным и глубоким.

– М-м?

– Завтра я приготовлю персиковый десерт. Тебе нужно больше витаминов. И никакого алкоголя, даже моего любимого саке. Теперь я буду твоим личным диетологом.

– О боже, – простонал Ли Вон, но в этом стоне было больше нежности, чем раздражения. – Я нанял адвоката, а получил надзирателя.

– Ты получил того, кто любит тебя до безумия, – поправил его Юки, закрывая глаза. – Спи, мой волк. Завтра начнется наша новая глава. И поверь, она будет самой лучшей.

В ту ночь Юки снились не тени и не битвы. Ему снился маленький мальчик с ярко-голубыми глазами, который бежал по персиковому саду, и Ли Вон, который со смехом пытался его догнать. И в этом сне Юки чувствовал такую полноту жизни, которой не могла дать никакая магия в мире.

Проснувшись на рассвете, Юки первым делом посмотрел на спящего Ли Вона. Адвокат выглядел таким беззащитным и прекрасным в утреннем свете. Юки осторожно выбрался из кровати, стараясь не разбудить его. На его плече татуировка словно блеснула в первых лучах солнца.

Он вышел на кухню и достал телефон. Нужно было отправить сообщение отцу. Джинву должен был узнать об этом от него, а не из слухов или через тени. Юки долго смотрел на пустой экран, подбирая слова. В конце концов, он просто написал: «Папа, нам нужно серьезно поговорить. У нас в семье скоро будет пополнение. И я никогда не был так счастлив».

Нажав кнопку «отправить», Юки почувствовал, как гора свалилась с его плеч. Он знал, что впереди их ждет буря. Ассоциация, пресса, враги семьи Сон — все они захотят использовать эту новость. Но глядя на закрытую дверь спальни, где спал смысл его жизни, Юки понимал: он готов ко всему.

Он начал готовить завтрак, напевая под нос какую-то мелодию из плеера Ли Вона. Запах свежих тостов и фруктов наполнил квартиру. Юки чувствовал себя сильнее, чем когда-либо. У него не было маны, но у него была любовь, которая была способна созидать миры.

Когда Ли Вон вышел на кухню, заспанный и немного растерянный, Юки уже ждал его с чашкой травяного чая и тарелкой фруктов.

– Доброе утро, папа, – улыбнулся Юки, и в его глазах отразилось всё небо Сеула.

Ли Вон замер, а затем медленно подошел к нему, обнимая за шею.

– Доброе утро, Юки. Спасибо, что ты есть.

– Я всегда буду, – ответил юноша, прижимая его к себе. – У нас впереди целая вечность. И начнем мы её с этого завтрака.

Они сидели у окна, наблюдая, как просыпается город. Юки знал, что теперь его жизнь окончательно разделилась на «до» и «после». И это «после» было наполнено таким светом, что никакие тени прошлого больше не имели значения. Он был Сон Юки, сын Монарха, и он только что обрел свое самое главное сокровище. И он клялся всеми силами своего атлетичного тела и острого ума, что это сокровище будет в полной безопасности. Всегда.