← Назад к обзору

Адвокат

Красная помада и тень азарта

Зал заседаний Ассоциации охотников Кореи всегда напоминал Юки склеп: такой же холодный, торжественный и пугающе официальный. Высокие потолки, дубовые панели и бесконечные ряды кресел, в которых замерли самые влиятельные люди страны. Сон Джинву сидел во главе стола, его лицо было непроницаемым, как скала, а аура — спокойной, но подавляющей. Рядом с ним Ча Хэ Ин внимательно изучала какие-то графики на планшете.

Юки, сидевший по левую руку от отца, чувствовал, как у него начинает дергаться левый глаз. Ему было восемнадцать, у него было тело атлета и ум стратега, но даже его легендарное терпение имело границы. Собрание длилось уже четвертый час. Старейшины гильдий спорили о квотах на добычу магических кристаллов в недавних вратах А-ранга, и их голоса сливались в монотонный, усыпляющий гул.

– Мы не можем допустить монополии гильдии «Белый Тигр», – вещал какой-то толстощекий чиновник. – Это нарушает баланс сил в регионе.

Юки вздохнул, незаметно вытащил из кармана шорт плитку горького шоколада и отломил кусочек. Шоколад был единственным, что помогало ему не сойти с ума от скуки. Он попытался сосредоточиться на игре в телефоне, запуская разноцветные шарики в ряды препятствий, но глаза предательски слипались. Тренировка на рассвете и бессонная ночь, проведенная за изучением юридических архивов для Ли Вона, давали о себе знать.

Сон Сухо, сидевший рядом с братом, покосился на него и едва заметно ухмыльнулся. Он-то привык к подобным марафонам, но Юки всегда предпочитал действие или интеллектуальную дуэль политической болтовне.

Голова Юки медленно начала склоняться к груди. В какой-то момент он провалился в тяжелый, вязкий сон. Ему привиделось, что он несется на своем мотоцикле по ночному Сеулу, а за ним гонятся тени, превращающиеся в судебных приставов с пачками исков. Юки резко дернулся во сне, пытаясь увернуться от воображаемого препятствия, и его равновесие окончательно покинуло чат.

Кресло Юки качнулось, и он начал заваливаться назад. В панике, еще не до конца проснувшись, он инстинктивно схватился за первое, что попалось под руку — за плечо и воротник пиджака Сухо.

– Эй, ты чего?! – только и успел воскликнуть старший брат.

Через секунду раздался оглушительный грохот. Юки, увлекая за собой Сухо, повалился на пол вместе с креслами. Ноги братьев взлетели в воздух, кроссовки Юки едва не задели графин с водой на столе.

В зале воцарилась гробовая тишина. Десятки охотников S-ранга и высокопоставленных чиновников замерли, уставившись на сыновей Теневого Монарха, которые барахтались на ковре в крайне нелепых позах.

Сон Джинву медленно повернул голову. Его взгляд, способный заморозить само время, остановился на сыновьях. Ча Хэ Ин прикрыла лицо ладонью, стараясь не рассмеяться или не провалиться сквозь землю от смущения.

– Юки... Сухо... – голос Джинву был тихим, но от него по залу прошла вибрация, заставившая стаканы на столах мелко задрожать. – Вы закончили свои акробатические упражнения?

Юки, лежа на спине и чувствуя на себе локоть брата, уставился в потолок. Его лицо оставалось спокойным и серьезным, несмотря на всю абсурдность ситуации.

– Извини, пап, – невозмутимо произнес он, стряхивая невидимую пылинку с футболки. – Гравитация в этом здании сегодня работает нестабильно. Вероятно, это из-за магических искажений в подвале.

Сухо, красный как рак, быстро вскочил и помог брату подняться.

– Простите, – пробормотал он, поправляя пиджак. – Мы просто... проверяли реакцию друг друга.

Юки уже собирался сесть обратно, когда в кармане его шорт требовательно завибрировал телефон. Короткий сигнал оповещения о сообщении в мессенджере. Парень достал гаджет, ожидая увидеть очередное уведомление от новостных порталов, но, увидев имя отправителя, замер.

Чон Ли Вон.

Юки открыл чат, и в ту же секунду его зрачки сузились, а дыхание перехватило.

На экране смартфона была фотография. Ли Вон, его холодный, неприступный и всегда безупречно одетый адвокат, предстал в совершенно ином свете. Мужчина сидел на краю своего рабочего стола в офисе. На нем были черные сетчатые чулки и юбка-карандаш, которая идеально, почти вызывающе подчеркивала изгиб его бедер. Белая рубашка была расстегнута на три пуговицы, открывая вид на светлую кожу и четкие ключицы. Но самым шокирующим было лицо: на губах Ли Вона горела яркая, агрессивно-красная помада, а в серых глазах плясал вызов. Подпись под фото гласила: «Дело закрыто. Жду своего гонорара, Юки».

Юки почувствовал, как к лицу приливает жар, а сердце делает мощный кувырок. Весь мир вокруг — Ассоциация, скучающие чиновники, даже грозный взгляд отца — перестал существовать. Перед глазами стоял только этот образ. Ли Вон, который всегда «держался волком», решил сбросить шкуру.

Юки резко встал, отодвигая кресло с таким скрежетом, что присутствующие снова вздрогнули.

– Юки? Ты куда? – удивленно спросила Ча Хэ Ин, видя решимость в глазах младшего сына.

Юки спрятал телефон в карман и посмотрел на отца. В его ярко-голубых глазах теперь не было и следа сонливости — там полыхало синее пламя азарта и нетерпения.

– Я пошел, – бросил он, уже направляясь к выходу. – Тут слишком скучно, а у меня появилось дело первостепенной важности. Юридическое.

– Какое еще дело? – Сухо попытался схватить его за руку, но Юки увернулся с грацией хищника.

– Мой адвокат требует консультации, – ответил Юки, уже открывая массивные двери зала. – Не ждите к ужину.

Он вылетел из здания Ассоциации, игнорируя ошеломленные взгляды охраны. Его черный мотоцикл ждал на парковке. Юки запрыгнул в седло, завел мотор, и рев двигателя разорвал тишину правительственного квартала. Он сорвался с места, оставляя за собой лишь запах жженой резины.

Дорога до офиса Ли Вона обычно занимала двадцать минут. Юки долетел за семь. Он лавировал между машинами, проскакивал на желтый и чувствовал, как новая сила, запертая в его груди, радостно откликается на его возбуждение.

Он ворвался в здание бизнес-центра, проигнорировал лифт и взлетел по лестнице на нужный этаж. Перед дверью офиса он на секунду замер, переводя дыхание и поправляя растрепанные черные волосы. Спокойствие, Юки. Ты — мудрый и терпеливый. Но кого он обманывал?

Он открыл дверь своим ключом и зашел внутрь. В приемной было пусто — Ли Вон отпустил секретаря пораньше. В кабинете адвоката горел приглушенный свет.

Юки толкнул дверь и замер в дверном проеме. Ли Вон сидел в точно такой же позе, как на фото. В полумраке кабинета красная помада казалась почти черной, а чулки на длинных ногах блестели в свете настольной лампы.

– Ты быстро, – произнес Ли Вон, медленно облизывая губы. Его голос был низким и вибрирующим. – Я думал, собрание в Ассоциации важнее.

Юки медленно закрыл дверь и провернул замок. Щелчок прозвучал в тишине как выстрел.

– Ты понятия не имеешь, во что играешь, Ли Вон, – Юки начал медленно приближаться, его шаги были бесшумными. – Отправлять такое сыну Монарха во время скучного совещания... Это было жестоко.

Ли Вон слегка склонил голову набок, его серые глаза лучились насмешкой.

– Я адвокат, Юки. Я знаю, как манипулировать доказательствами, чтобы привлечь внимание. Ты ведь сам сказал, что любишь выигрывать дела.

Юки подошел вплотную, упираясь руками в стол по обе стороны от бедер Ли Вона. Он навис над мужчиной, подавляя его своим атлетическим телосложением и той тяжелой, темной аурой, которая теперь всегда была при нем.

– Ты выиграл, – прошептал Юки, его взгляд опустился к губам адвоката. – Но гонорар будет очень высоким. Ты готов платить?

Ли Вон не отвел взгляда. Он протянул руку и медленно провел пальцем по татуировке на шее Юки, задевая кольцо-кулон.

– Я привык платить по счетам, Юки. Особенно когда услуги были... исключительными.

Юки больше не сдерживался. Он подался вперед, сминая губы Ли Вона в жестком, требовательном поцелуе. Вкус красной помады смешался с привкусом персикового саке, которое, кажется, Ли Вон успел пригубить до его прихода. Это не была нежная ласка — это было столкновение двух стихий. Ли Вон ответил с неожиданной страстью, его пальцы впились в плечи Юки, сминая ткань его черно-золотой футболки.

– Ты с ума меня сведешь, – выдохнул Юки, отстраняясь на миллиметр, чтобы взглянуть в расфокусированные глаза адвоката. – Эти чулки... юбка... Ты специально это сделал?

– Я хотел увидеть, как твоя хваленая выдержка даст трещину, – прошептал Ли Вон, тяжело дыша. – И, кажется, я добился своего.

Юки усмехнулся, и в этой усмешке было что-то от его отца — нечто древнее и опасное. Он подхватил Ли Вона под бедра, легко поднимая его со стола.

– Твоя выдержка сейчас тоже даст трещину, – пообещал юноша, направляясь к кожаному дивану в углу кабинета.

– Юки... подожди... – Ли Вон попытался что-то сказать, но его голос утонул в новом поцелуе.

– Поздно, Ли Вон. Дело принято к производству. Обжалованию не подлежит.

В кабинете воцарилась тишина, прерываемая лишь шорохом одежды и прерывистым дыханием. Юки действовал уверенно, его руки исследовали каждый сантиметр тела адвоката, словно он пытался запомнить его навсегда. Ли Вон, который всегда старался контролировать ситуацию, сейчас полностью отдался во власть этого юного, но невероятно сильного парня.

Когда Ли Вон, выгнувшись в руках Юки, прошептал его имя, впиваясь ногтями в его мускулистую спину, Юки почувствовал, что его новая сила внутри довольно заурчала. Это был лучший момент в его жизни — момент абсолютной близости и триумфа.

Спустя час они лежали на диване, накрывшись пальто Ли Вона. Адвокат выглядел совершенно разбитым, его красная помада была размазана по лицу и по шее Юки, а волосы напоминали воронье гнездо. Но в его глазах светилось такое умиротворение, которого Юки никогда раньше не видел.

– Знаешь, – подал голос Ли Вон, перебирая пальцами тонкий шнурок на шее Юки. – Твой отец меня убьет, если узнает, из-за чего ты сорвал собрание.

Юки лениво улыбнулся, прижимая Ли Вона ближе к себе.

– Папа мудрый. Он поймет, что некоторые дела не терпят отлагательств. К тому же, он сам всегда говорит, что семья — это главное. А ты... ты уже почти семья.

Ли Вон фыркнул, но не стал возражать.

– И всё же, Юки. Ты действительно бросил всё и примчался сюда из-за одной фотографии?

Юноша приподнялся на локте и серьезно посмотрел на него.

– Ли Вон, я примчался бы, даже если бы ты просто прислал точку в сообщении. Но признаю — юбка и чулки значительно ускорили процесс.

– В следующий раз я пришлю что-нибудь еще более провокационное, – пообещал адвокат, хитро прищурившись.

– Не стоит, – Юки покачал головой. – Мой мотоцикл не выдержит такой скорости, а Ассоциация — еще одного моего эффектного ухода. Давай договоримся: такие «гонорары» мы будем обсуждать в частном порядке.

– Согласен, – Ли Вон закрыл глаза, чувствуя, как его окутывает тепло и безопасность, исходящие от Юки.

В этот момент телефон Юки снова завибрировал. Он нехотя потянулся к нему. Сообщение от Сухо: «Папа сказал, что если ты не вернешься к ужину вменяемым, он отправит Игриса проверить твои юридические консультации. Мама смеется. Я в шоке. Кто такой Ли Вон и почему у тебя на шее след от красной помады на фото в профиле мессенджера?»

Юки выругался сквозь зубы и быстро сменил фото профиля, которое, видимо, обновилось автоматически.

– Что там? – сонно спросил Ли Вон.

– Брат проводит расследование, – ответил Юки, отбрасывая телефон. – Но это подождет. У нас еще есть немного времени, пока тени моего отца не начали патрулировать твой офис.

Он снова склонился к Ли Вону, и на этот раз его поцелуй был мягким и долгим.

Юки знал, что впереди их ждет много сложностей. Мир охотников, политика Ассоциации, его собственная новая сила — всё это будет давить на них. Но сейчас, в этом кабинете, пахнущем бумагой, дорогим парфюмом и страстью, он чувствовал себя по-настоящему живым.

Сын Теневого Монара нашел своего «волка», и он не собирался его отпускать. Красная помада Ли Вона стала для него символом того, что даже самые холодные сердца могут пылать, если найти к ним правильный подход.

– Я люблю тебя, Ли Вон, – тихо произнес Юки, глядя в серые глаза, которые теперь светились нежным светом.

Ли Вон замер на секунду, а затем его рука скользнула к затылку Юки, притягивая его ближе.

– Я знаю, Юки. И, кажется... я тоже попал в твои сети.

За окном офиса Сеул сиял миллионами огней, и где-то там, в тенях, верные солдаты Джинву продолжали свой вечный дозор. Но здесь, в этом маленьком пространстве, царил свой закон — закон любви и верности, который был сильнее любой магии.

Юки улыбнулся. Жизнь определенно стала интереснее после встречи с этим адвокатом. И он был готов к любому продолжению этого дела. Главное, чтобы Ли Вон всегда был рядом, со своей тонкой улыбкой и неожиданными сюрпризами.

– Ну что, – Юки поднялся, помогая встать Ли Вону. – Давай приведем тебя в порядок. Не хотелось бы, чтобы твой секретарь завтра нашла здесь улики нашего «судебного процесса».

– Поздно, – Ли Вон указал на разбросанные по полу документы, которые они смахнули со стола. – Придется завтра сказать, что у нас был... очень активный мозговой штурм.

– Так и было, – Юки подмигнул ему, поправляя рубашку адвоката. – Самый активный в моей жизни.

Они вышли из офиса, когда город уже полностью погрузился в ночь. Юки усадил Ли Вона на мотоцикл, и они скрылись в потоке машин. Впереди был ужин, разговоры и новые планы. А скучные собрания в Ассоциации... что ж, Юки решил, что теперь он всегда будет брать с собой телефон. На всякий случай. Вдруг Ли Вону снова захочется «закрыть дело».