← Назад к обзору

Альфа аватара

Песнь ветра и древесного дыма

– Куда ты так торопишься, Аватар? – Юки негромко рассмеялся, когда Аанг, не выпуская его ладони, потянул его за собой через анфиладу полуразрушенных колонн. – Мой лагерь никуда не улетит, даже если поднимется шторм.

Аанг не отвечал. Его дыхание было сбивчивым, а пальцы сжимали запястье альфы с такой силой, будто от этого зависело равновесие всего мира. Внутри него бушевала буря, по сравнению с которой комета Созина казалась лишь искрой костра. Восемь лет ожидания, восемь лет одиноких ночей в Ба-Синг-Се и Республиканском городе, восемь лет вежливых улыбок и подавления собственной природы — всё это выплеснулось наружу в ту секунду, когда он почувствовал запах Юки.

Они вошли под своды небольшой уцелевшей пагоды, где Юки обустроил свой временный кров. Здесь пахло сухими травами, старой кожей и тем самым табаком, который альфа курил из своей трубки. У стены лежал простой походный спальник, рядом стояла корзина с теми самыми персиками, аромат которых смешивался с естественным мускусным запахом мужчины.

Аанг резко развернулся и толкнул Юки в грудь. Тот, не ожидая такого напора, послушно опустился на край спальника, подперев себя руками. Его губы тронула та самая едва заметная усмешка, но в глубине ярко-голубых глаз уже разгоралось иное пламя — хищное, глубокое, первобытное.

– Ты действительно не шутил, – тихо произнес Юки, наблюдая за тем, как Аанг опускается перед ним на колени.

Аватар не просто опустился — он припал к нему, как измученный жаждой к источнику. Его руки, обычно такие уверенные в управлении стихиями, сейчас заметно дрожали. Он коснулся широкого кожаного кушака на талии Юки, расстегивая пряжку. Металл звякнул в тишине храма, и этот звук стал сигналом к началу чего-то необратимого.

Запах альфы здесь, в замкнутом пространстве, стал концентрированным, почти осязаемым. Это был аромат дикого леса после грозы, горьковатого табачного дыма и сладкой, переспелой мякоти персика. Для омеги этот коктейль был слаще любого нектара.

Когда одежда Юки скользнула вниз, Аанг на мгновение замер. Тело альфы было безупречным — не перекачанным, но жилистым и плотным, как ствол древнего дуба. Его член стоял твердый и бледный, словно выточенный из благородного мрамора, но при этом пульсировал живым теплом. Тонкие венки обвивали ствол, а на самой головке уже выступила прозрачная капля смазки.

Аанг сглотнул, чувствуя, как во рту пересохло. Он поднял глаза на Юки. Тот сидел неподвижно, его мускулистая грудь, украшенная черными узорами татуировок, мерно вздымалась. Он не торопил Аватара, он давал ему право выбора, оставаясь верным своему принципу — позволить омеге самой прийти к нему.

– Ты уверен, Аанг? – Голос Юки стал ниже, приобретая рокочущие ноты, от которых у Аватара по спине пробежала волна мурашек. – Если мы переступим черту, пути назад не будет. Я не отпущу то, что принадлежит мне.

– Я и не хочу, чтобы ты меня отпускал, – прошептал Аанг.

Он подался вперед. Его язык коснулся нежной кожи, слизывая солоноватую влагу. В этот момент Аанга прошило током — от кончиков пальцев до татуировок на спине. Это было узнавание на уровне души. Он раскрыл рот шире, вбирая в себя головку, чувствуя, как она заполняет его, как упирается в небо.

Пальцы Юки мгновенно впились в плечи Аанга. Это не было лаской — это был захват хозяина. Альфа зафиксировал его голову, контролируя каждое движение, задавая ритм.

– Хорошо, – выдохнул Юки сквозь стиснутые зубы. В этом коротком слове Аанг услышал всё: и признание своего мастерства, и приговор своей свободе, которую он так охотно отдавал в эти руки.

Аанг начал двигаться. Сначала осторожно, пробуя на вкус плоть своего альфы, изучая рельеф и реакцию тела Юки на каждое движение языка. Слюна смешивалась с предэякулятом, делая скольжение более плавным и глубоким. Аанг чувствовал, как Каменный пол храма больно впивается в его колени, но эта боль была лишь фоном, незначительной деталью в сравнении с тем экстазом, который дарил ему запах и близость Юки.

Ритм ускорялся. Юки больше не сидел спокойно — его бедра начали двигаться навстречу, требуя большего. Он вцепился в плечи Аанга так сильно, что наверняка останутся синяки, но Аватар лишь сильнее прижимался к нему. Если бы у Аанга были волосы, Юки наверняка намотал бы их на кулак, чтобы еще жестче фиксировать голову омеги, но гладкая кожа головы лишь заставляла его ладони сильнее сжимать плечи и шею парня.

– Еще... глубже, – прорычал Юки, его голос сорвался на хрип.

Аанг повиновался беспрекословно. Он чувствовал, как внутри него всё сжимается в тугой узел. Его собственное возбуждение достигло предела, штаны стали невыносимо тесными, но он не обращал на это внимания. Сейчас существовал только Юки — его истинный альфа, его якорь, его спасение.

Юки откинул голову назад, его кадык дернулся. Синие глаза, обычно такие спокойные, теперь были затуманены страстью. Он смотрел на Аанга сверху вниз — на этого великого мага четырех стихий, который сейчас, забыв о своем величии, с таким упоением служил ему. Это зрелище возбуждало сильнее любого зелья.

– Ты... ты сводишь меня с ума, Аватар, – выдохнул Юки, чувствуя, как волна приближающегося пика накрывает его с головой.

Он перехватил Аанга под мышки и одним мощным движением поднял его с колен, усаживая на свои бедра лицом к себе. Аанг вскрикнул от неожиданности, но тут же обхватил талию Юки ногами, как и тогда на обрыве, вцепляясь руками в его широкие плечи.

– Смотри на меня, – приказал Юки.

Аанг поднял затуманенный взгляд. Их дыхание смешивалось, горячее и влажное. Юки прижал его к себе так плотно, что Аанг почувствовал каждое биение сердца альфы.

– Мой, – коротко бросил Юки, прежде чем впиться в губы Аанга глубоким, властным поцелуем.

Это не было похоже на те робкие поцелуи, что были у Аанга раньше. Юки целовал так, будто забирал саму душу, его язык доминировал, исследуя и подчиняя. Аанг только и мог, что стонать в его губы, окончательно теряя связь с реальностью.

Вокруг них начал закручиваться воздух. Непроизвольная магия Аватара откликнулась на его внутреннее состояние. Маленькие вихри поднимали в воздух пыль и сухие листья, кружа их по пагоде, но двое мужчин этого не замечали. Для них мир сузился до размеров этого спальника и тепла чужого тела.

Юки медленно освободил Аанга от остатков одежды. Когда кожа соприкоснулась с кожей, Аанг вздрогнул. Холодный воздух храма контрастировал с жаром их тел. Юки провел ладонью по татуировке стрелы на руке Аанга, и его прикосновение было на удивление нежным, несмотря на общую грубость момента.

– Твои татуировки — это долг, – тихо сказал Юки, глядя Аангу прямо в глаза. – Мои — это свобода. Сегодня я научу тебя, как совместить и то, и другое.

Он повалил Аанга на спину, нависая над ним всей своей мощью. Аанг раскинул руки, подставляясь, открываясь полностью. Он больше не был Аватаром, несущим ответственность за мир. Он был омегой, нашедшей своего единственного.

– Я ждал тебя восемь лет, – прошептал Аанг, обхватывая лицо Юки ладонями. – Пожалуйста... не останавливайся.

Юки усмехнулся, и в этой усмешке было столько обещания, что Аанг невольно выгнулся навстречу.

– Я только начал, маленький монах. У нас впереди целая вечность, и я намерен изучить каждый дюйм твоего тела так же хорошо, как эти руины.

Внезапный порыв ветра снаружи захлопнул тяжелые деревянные двери пагоды, отрезая их от остального мира. Здесь, в тишине Восточного храма воздуха, старая легенда заканчивалась, и начиналась новая — история о том, как ветер нашел свою гавань.

Аанг закрыл глаза, полностью отдаваясь во власть сильных рук Юки. Он знал, что завтра ему придется вернуться к делам Республиканского города, объясняться с Зуко и Катарой, решать проблемы народов. Но сейчас... сейчас существовал только этот альфа, его запах персиков и табака, и то невероятное чувство завершенности, которое он искал всю свою жизнь.

Юки приник к его уху, опаляя кожу горячим дыханием.

– Ты никогда больше не будешь одинок, Аанг. Я обещаю.

И Аватар поверил ему. Потому что истинные альфы не бросают слов на ветер, даже если они сами — маги воздуха.