← Назад к обзору

Алиса: из страны чудес в волшебный мир

Крикуны и Острые Ножи

***

Начало года всегда было лихорадочным. Платформа Девять и Три Четверти гудела, как растревоженный улей, пахла углём, паром и пролитым тыквенным соком. Родители махали плачущим первокурсникам, старшекурсники обменивались последними летними сплетнями, совы недовольно ухали в клетках. Хаос. Упорядоченный, предсказуемый, ежегодный хаос. Снейп ненавидел его.

Он стоял в тени колонны, чёрная фигура в море ярких мантий, и ждал. Он ждал, когда поезд, наконец, тронется и унесёт с собой это средоточие шума и сентиментальности. Он ждал проблем. Он знал, что они будут. С дементорами, патрулирующими периметр замка, проблемы были не просто вероятны – они были неизбежны. Особенно для Гарри Поттера, который притягивал неприятности, как труп мух.

И он не ошибся.

Едва «Хогвартс-экспресс» с шипением остановился на станции в Хогсмиде, по платформе пронёсся тревожный шёпот. Гарри Поттер. Упал в обморок. Дементор в поезде.

Снейп мысленно застонал. Конечно. Кто бы сомневался. Вокруг вагона, где ехал «золотой мальчик», уже собирался цирк. Дамблдор, чьё лицо выражало идеально выверенную степень обеспокоенности. МакГонагалл, поджавшая губы. И, разумеется, вся свора Поттеров и их прихлебателей, которые встречали поезд. Джеймс, с его вечной аурой героя, готового броситься на амбразуру. Лили, чьё лицо под маской тревоги было раздражённым – опять её сын в центре скандала. И, о Мерлин, Блэк и Люпин. Шавка и оборотень, верные псы на страже своего драгоценного крестника.

Снейп проигнорировал их всех. Его не интересовал очередной героический обморок Поттера. Его интересовала другая, куда более хрупкая и непредсказуемая переменная.

Он двинулся против течения, отталкивая замешкавшихся учеников, его мантия развевалась за спиной. Он шёл к другому вагону. К тому, где ехала она. Одна. Как он и настоял. Минимизация внешних раздражителей. Контроль среды. Его старая, провалившаяся мантра.

У нужного купе он замер. Дверь была приоткрыта. Он увидел, как Люпин, с усталым и озабоченным видом, заглядывает внутрь. За его плечом маячил Блэк, скрестив руки на груди и глядя с плохо скрываемым подозрением.

– Алиса? – мягко позвал Люпин. – С тобой всё в порядке? В поезде был… инцидент.

Снейп оттолкнул их обоих без церемоний. Он не доверял им. Не доверял их мягкости, их показному сочувствию. Они были частью того мира, который её сломал.

– Отойдите, – прошипел он, не глядя на них, и сам заглянул в купе.

Она сидела у окна. Прямо, как он её учил. Спина ровная, как линейка. Руки чинно сложены на коленях. Её новая, строгая школьная форма сидела на ней безупречно. На полу, у её ног, стояла корзинка, в которой, свернувшись клубком, спал Чешир. Её тёмные волосы были аккуратно собраны в хвост. Она смотрела на проплывающие за окном горы, и её лицо было абсолютно спокойным. Чистый лист. Идеальный механизм.

На мгновение Снейп почувствовал облегчение. Она не испугалась. Она не заметила. Она была в своём хрустальном колпаке, который он с таким трудом выстраивал всё лето.

А потом она медленно, с плавной, змеиной грацией повернула голову. Её тёмные глаза встретились с его. В них не было ни страха, ни удивления. В них была ясная, холодная, деловая сосредоточенность.

– Ты принёс мне острый нож? – спросила она.

Её голос был тихим, мелодичным. Таким, каким он стал после Тайной Комнаты. Но слова… слова были из другого времени. Из другого мира. Из той Страны Чудес, вход в которую, как он наивно полагал, был заколочен навсегда.

За его спиной повисла недоумённая тишина.

– Каких крикунов, Алиса? – моргнул Люпин, заглядывая ему через плечо.

Алиса перевела на него свой пустой, изучающий взгляд. Она смотрела на него так, как энтомолог смотрит на редкое, но не слишком интересное насекомое.

– Крикуны, – констатировала она, словно объясняя нечто очевидное умственно отсталому. – Один был в поезде. Он заглянул в купе. Он был большой и чёрный. И он кричал. Очень громко.

Дементор. Она видела дементора. И её разум, обнулённый, переписанный, не имеющий готовых шаблонов для такого опыта, классифицировал его по-своему. Крикун. Логично. Просто. И до ужаса точно.

– Но… никто не кричал, милая, – вмешалась Лили, протискиваясь вперёд. Её лицо было бледным, на нём застыла маска тревожной материнской заботы. – Гарри просто… ему стало плохо.

Алиса проигнорировала её. Она смотрела только на Снейпа. Он был её точкой отсчёта. Единственным, кто говорил на её языке.

– Крикунов нужно убить, – продолжила она тем же ровным, бесстрастным тоном. – Пока они не оглушили всех вокруг. Они высасывают… цвета. Всё становится серым, когда они рядом. Чтобы нож стал острее, нужно собирать зубы. У них есть зубы? Я не разглядела.

Регресс. Новый виток безумия. Новая Страна Чудес.

Снейп стоял, как громом поражённый. Холодная, уродливая ясность обожгла его мозг. Он думал, что слеза феникса и яд василиска обнулили её, вылечили. Каким же он был идиотом. Они не вылечили. Они просто снесли старую операционную систему, полную багов и вирусов. А на её место установилась новая. Неизвестная. И эта новая система была не про побег. Не про прятки в кроличьей норе.

Эта система была про войну.

Она не боялась. Она не плакала. Она не впала в кататонию. Она проанализировала угрозу и разработала протокол её устранения. Убить. Собрать зубы. Заточить нож.

И он, Северус Снейп, был её отделом снабжения.

– О чём она говорит, Северус? – голос Лили дрогнул, в нём зазвенели истерические нотки. – Что значит «собирать зубы»? Она опять… она опять сошла с ума?

– Она не сошла с ума, – ледяным тоном ответил Снейп, не отрывая взгляда от Алисы. Он говорил с Лили, но на самом деле он говорил с ней. Он подтверждал, что понимает. – Она… буквальна. Она описывает то, что видела.

– Но это бред! – взорвался Джеймс, отталкивая жену. – Какие крикуны? Какие зубы? Там был дементор! Он чуть не убил Гарри! А она сидит здесь и несёт чушь про ножи!

– Возможно, её «чушь» является более адекватной реакцией на угрозу, чем падение в обморок, Поттер, – прошипел Снейп.

– Что ты сказал?! – взревел Джеймс, делая шаг вперёд.

– Довольно! – голос Люпина был тихим, но властным. Он встал между ними. – Джеймс, успокойся. Северус, сейчас не время для этого. Девочка явно в шоке.

– Она не в шоке, – вмешался Блэк. Его глаза презрительно сузились, он смотрел то на Снейпа, то на Алису. – Она просто чокнутая. Всегда была. Это ты, Нюниус, сделал из неё это. Своими зельями и своими… уроками.

Алиса, которая до этого безучастно наблюдала за перепалкой взрослых, вдруг снова сфокусировала взгляд на Блэке.

– Вы всё ещё здесь, мистер Блэк, – произнесла она. Её голос был спокоен, но в нём слышался холод стали. – Я думала, такие шумные и неэффективные механизмы быстро выходят из строя. Видимо, я ошиблась в расчётах.

Блэк побагровел и открыл рот, чтобы выдать очередную колкость, но Снейп не дал ему шанса. Он шагнул в купе и решительно закрыл за собой дверь прямо перед носом у остальных.

Он остался с ней наедине. В тишине.

Она смотрела на него. Ждала. Не ножа. Ответа. Подтверждения.

Он медленно опустился на корточки перед ней, чтобы их глаза были на одном уровне. Он взял её холодные, неподвижные руки в свои.

– Алиса, – тихо сказал он. – Нож не понадобится.

– Почему? – в её глазах мелькнуло недоумение. – Угроза не устранена. Они всё ещё там.

– Потому что есть другие способы, – сказал он, глядя ей прямо в душу. – Более эффективные. Способы, которые не оставляют следов. Заклинания.

Она на мгновение задумалась, по-птичьи склонив голову. Он почти слышал, как в её мозгу щёлкают шестерёнки, обрабатывая новую информацию.

– Заклинания, – повторила она. – Какие?

– Я научу тебя, – пообещал он. – Я научу тебя заклинанию, которое прогоняет Крикунов. Оно создаёт защитника. Он не убивает их. Он делает так, чтобы они не могли к тебе подойти.

– Защитник… – она задумчиво нахмурилась. – Как Белый Рыцарь?

Снейп мысленно содрогнулся. Белый Рыцарь. Ещё один персонаж из её безумного пантеона.

– Да, – солгал он. – Как Белый Рыцарь. Но чтобы его создать, нужна не злость. Нужно… другое.

– Что?

– Счастливое воспоминание, – выдавил он, чувствуя себя идиотом. Как он мог объяснить ей, тринадцатилетней девочке, чей разум был полем боя, концепцию Патронуса?

Она смотрела на него долго, изучающе. А потом её губы тронула слабая, едва заметная усмешка. Та самая, от которой у него по спине бежали мурашки.

– У меня их нет, – просто сказала она. – Счастливых воспоминаний. Ты же знаешь.

Шах и мат. Она снова загнала его в угол своей безупречной, жестокой логикой.

– Тогда мы его создадим, – сказал он, сам не зная, что говорит. Слова просто вырвались. Отчаянные, невозможные, но единственно верные в этот момент.

Дверь купе резко распахнулась. На пороге стоял Люпин. Его лицо было серьёзным.

– Северус, мы должны идти в замок. Всех собирают в Большом зале. Дамблдор хочет сделать объявление.

Снейп медленно поднялся. Он не отпускал руку Алисы.

– Хорошо, – сказал он. Он повернулся к ней. – Идём.

Она послушно встала. Взяла корзинку с котом. И они вышли из купе, прямо в толпу встревоженных взрослых.

– Что ты ей сказал? – тут же набросилась на него Лили. – Она в порядке?

– Она в большем порядке, чем вы все, вместе взятые, – отрезал Снейп. Он повёл Алису за собой, прокладывая ей путь сквозь толпу. Она шла рядом, маленькая, прямая, как стрела, и её рука в его руке была единственным островком реальности в этом море безумия.

Он чувствовал на своей спине взгляды. Растерянный – Люпина. Враждебный – Блэка и Джеймса. Испуганный и полный упрёка – Лили. Ей было страшно не за дочь. Ей было страшно за себя. За то, что её идеальная картинка мира снова треснула. Что её дочь – не трофей, не исцелённая диковинка, а нечто чуждое, непонятное и опасное.

Они шли по тёмной платформе к каретам, запряжённым фестралами, которых, Снейп был уверен, Алиса прекрасно видела. Она молчала. Но он чувствовал, как она думает. Как её блестящий, изломанный, гениальный разум работает, перестраивается, адаптируется.

Он не ковал солдата. Он затачивал нож. И этот нож только что осознал своё предназначение.

Алиса не собиралась прятаться от монстров. Она собиралась на них охотиться.

И он, Северус Снейп, должен был либо дать ей в руки правильное оружие, либо смотреть, как она пойдёт в бой с кухонным тесаком и горстью выбитых зубов.

Выбор был очевиден.

Когда они садились в карету, она вдруг остановилась и посмотрела на него. Её глаза в полумраке казались чёрными безднами.

– Ты обещал, – тихо сказала она.

Это не было напоминанием. Это была констатация факта. Заключение контракта.

– Я помню, – так же тихо ответил он.

Он научит её вызывать Патронуса. Он научит её защищаться. Он научит её всему, что знает сам.

Потому что он понимал то, чего не понимал никто из них. Алиса не возьмёт нож, чтобы пойти резать дементора, потому что она безумна. Она возьмёт нож, потому что она – единственный здравомыслящий человек в этом проклятом замке. Она видит угрозу и хочет её устранить. Просто и эффективно.

И его задача теперь – не остановить её. Его задача – сделать так, чтобы, устраняя угрозу, она не уничтожила саму себя.

Карета тронулась, унося их к огням Хогвартса, где их ждали дементоры, Пожиратели Смерти и старый паук, плетущий свою паутину. Но Снейп впервые за долгое время не чувствовал отчаяния. Он чувствовал холодную, ясную решимость.

Игра началась заново. И на этот раз у его Королевы будет самый острый клинок на всей доске. Даже если ему придётся выковать его из собственной души.