← Назад к обзору

арина(пикми) и паша вместе но… вероника и саша намеренно хотят испортить их отношения. и потом паша встречается с вероникой а арина убиваеться по паше длиныый фанфик

Черный бархат и яд кураре

Вечеринка у Егора из одиннадцатого «Б» обещала стать событием месяца. Огромный загородный дом, приглушенный неоновый свет и музыка, от которой вибрировали стекла в панорамных окнах — идеальные декорации для того, чтобы окончательно переписать сценарий школьной иерархии.

Арина стояла перед зеркалом в прихожей, рассматривая свое отражение. На ней было черное шелковое платье на тонких бретелях, которое подчеркивало её хрупкость, но теперь эта хрупкость казалась не беспомощной, а опасной. Никаких блесток, никаких розовых заколок. Только тонкая золотая цепочка на шее и холодный, почти стальной взгляд.

– Ты готова? – Саша возникла за её спиной, поправляя свои очки. – Я пустила слух, что ты придешь не одна. Паша уже там, он весь вечер дергается и проверяет дверь. А Вероника... ну, Вероника пытается делать вид, что она королева бала, но её свита уже начала шептаться за спиной.

– Пусть шепчутся, – Арина взяла маленькую сумочку. – Сегодня мы дадим им повод для настоящих разговоров.

Когда они вошли в зал, музыка на мгновение показалась Арине слишком громкой, но она не подала виду. Она видела, как головы поворачивались в её сторону. Люди привыкли видеть «розовую Арину», шумную и навязчивую, а теперь перед ними была девушка, которая источала ледяное спокойствие.

Паша стоял у барной стойки с пластиковым стаканом в руке. Увидев Арину, он замер, и его взгляд прошелся по ней сверху вниз. В этом взгляде было столько нескрытого желания и удивления, что Арина едва не улыбнулась. Но она сдержалась.

– Ого, – прошептала Саша ей на ухо. – Смотри на Веронику. Она сейчас лопнет от злости.

Вероника стояла в паре метров от Паши, облаченная в ярко-красное платье, которое должно было кричать о её превосходстве. Но на фоне лаконичного черного наряда Арины красный выглядел вульгарно и слишком отчаянно.

– Привет, – Арина подошла к Паше, игнорируя испепеляющий взгляд Вероники. – Красивое место, правда?

– Да, – Паша наконец обрел дар речи. – Ты... ты выглядишь потрясающе, Арин. Я даже не сразу тебя узнал.

– Просто решила, что декорации должны соответствовать настроению, – она слегка коснулась его руки, и Паша вздрогнул. – Потанцуем?

– Конечно, – он поставил стакан, совершенно забыв о том, что минуту назад обещал Веронике принести ей воды.

Они вышли в центр зала. Музыка сменилась на более медленную, тягучую. Паша положил руки ей на талию, и Арина почувствовала, как его ладони слегка дрожат. Это была её победа. Маленькая, но такая сладкая.

– Арина, – тихо позвал он, наклоняясь к её уху. – Я много думал о том, что произошло. О том, что сказала Вероника... и о том, что я наговорил тебе.

– Не нужно, Паш, – она приложила палец к его губам. – Прошлое осталось в прошлом. Сейчас есть только этот вечер.

– Ты стала другой, – он всматривался в её лицо, пытаясь найти там прежнюю восторженную девочку, но находил лишь уверенную в себе женщину. – И эта «другая» пугает меня и притягивает одновременно.

В этот момент музыка резко оборвалась. На импровизированную сцену вышла Вероника. В руках у неё был микрофон, а на лице играла зловещая улыбка.

– Минуточку внимания, друзья! – выкрикнула она, и в зале воцарилась тишина. – Раз уж у нас сегодня вечер откровений, я подумала, что всем будет интересно узнать об одном маленьком секрете нашей новоявленной «роковой женщины».

Саша напряглась и сделала шаг вперед, но Арина удержала её за руку.

– Арина, милая, – Вероника посмотрела прямо на неё. – Все восхищаются твоим новым образом. Но скажи, ты рассказала Паше, как именно ты получила эти «умные мысли»? Или, может, мы обсудим твой личный дневник, который ты так неосторожно оставила в раздевалке на прошлой неделе?

В зале послышались смешки. Вероника достала из-за спины небольшую розовую тетрадку с замочком.

– Тут столько интересного! – продолжала Вероника, листая страницы. – Например, список «Как влюбить в себя Пашу за 10 шагов». Пункт первый: «Носить розовое, потому что он сказал, что это мило». Пункт второй: «Притворяться дурочкой, чтобы он чувствовал себя героем».

Паша медленно убрал руки с талии Арины. Его лицо окаменело.

– Это правда? – спросил он, глядя на Арину.

– О, это еще не всё! – Вероника вошла в раж. – Тут есть расчеты! Сколько стоит его внимание, какие подарки ему дарить, чтобы он не соскочил с крючка. Арина, ты ведь не любишь его. Ты просто играешь в коллекционера.

Арина чувствовала, как сотни глаз впиваются в неё. Сердце колотилось в горле, а к щекам подливала краска, которую не мог скрыть даже тусклый свет. Она посмотрела на Сашу. Та выглядела растерянной — это был единственный ход Вероники, который они не просчитали.

– Ну что ты молчишь, Ариша? – Вероника спрыгнула со сцены и подошла к ним вплотную. – Расскажи всем, какая ты на самом деле. Расскажи Паше, что вся твоя «взрослость» — это просто очередной пункт в твоем плане, который тебе подсказала твоя верная подружка Саша.

Вероника швырнула дневник к ногам Паши. Тот посмотрел на розовую обложку, потом на Арину. В его глазах читалось разочарование, смешанное с бранным гневом.

– Я думал, ты изменилась, – процедил он. – А ты просто сменила тактику.

Он развернулся и пошел к выходу, расталкивая толпу. Вероника торжествующе рассмеялась.

– Ну вот и всё, куколка. Твой спектакль окончен. Можешь идти переодеваться обратно в розовое, это тебе больше идет.

Арина стояла неподвижно. Мир вокруг рушился, превращаясь в пепел. Саша подошла к ней и коснулась плеча.

– Арина, пойдем отсюда. Мы что-нибудь придумаем, честно...

Но Арина вдруг подняла голову. В её глазах не было слез. Там была холодная, кристально чистая ярость. Она наклонилась, подняла дневник и медленно выпрямилась.

– Ты думаешь, это конец, Вероника? – голос Арины прозвучал удивительно четко в наступившей тишине.

– А разве нет? – Вероника скрестила руки на груди. – Ты разоблачена. Паша тебя ненавидит. Твоя репутация в мусорном баке.

– Этот дневник был написан три месяца назад, – Арина сделала шаг к Веронике. – Когда я была глупой девочкой, которая верила, что любовь — это стратегия. Да, я хотела ему нравиться. Да, я подстраивалась. Но знаешь, в чем разница между мной и тобой?

Вероника нахмурилась, её уверенность слегка пошатнулась.

– В том, что я признаю свои ошибки, – продолжала Арина. – Я выросла из этой тетрадки. А ты... ты украла чужую вещь, залезла в чужую душу и выставила это на всеобщее обозрение только потому, что не можешь удержать парня своими силами. Ты жалка, Вероника. Ты настолько боишься проиграть, что опускаешься до воровства.

– Да как ты смеешь! – Вероника замахнулась, чтобы дать Арине пощечину, но её руку перехватили.

Это был Паша. Он не ушел. Он стоял за спиной Вероники, и его лицо было темнее тучи.

– Отпусти меня! – взвизгнула Вероника. – Она лжет! Она всё это придумала!

– Я слышал достаточно, – Паша разжал пальцы. – Арина права. Ты украла её дневник. Это низко, Вероника. Даже для тебя.

– Паша, но посмотри, что там написано! Она тебя использовала!

– Мы все совершаем глупости, когда нам шестнадцать, – Паша посмотрел на Арину. В его взгляде больше не было холода, только усталость. – Но ты сделала это намеренно. Ты хотела причинить ей боль. А она... она просто хотела быть любимой.

Паша подошел к Арине и взял дневник из её рук.

– Пойдем, – сказал он. – Нам здесь больше нечего делать.

Они вышли на улицу. Ночной воздух обжег легкие. Саша осталась внутри — она уже вовсю строчила пост о том, как «королева школы» оказалась обычной воровкой.

– Прости меня, – тихо сказала Арина, когда они отошли достаточно далеко от дома. – В том дневнике действительно много бреда. Я тогда была... другой.

– Я знаю, – Паша остановился у своей машины. – Если честно, я и сам вел себя как придурок. Мне льстило твое внимание, и я принимал его как должное. А когда появилась Вероника, мне показалось, что это «настоящая жизнь», потому что она была сложной. Но сложность и токсичность — это разные вещи.

– Ты злишься на меня?

– Нет. Я просто хочу понять... кто ты на самом деле? Не та, что в розовом, и не та, что в черном.

Арина посмотрела на свои руки.

– Я не знаю, Паш. Я всё еще ищу себя. Но я точно знаю, что больше не хочу ни под кого подстраиваться. Даже под тебя.

Паша улыбнулся — впервые за этот вечер искренне.

– Это лучший ответ, который я мог услышать.

Они стояли под звездами, и между ними больше не было интриг, планов и чужих советов. Была только тишина, которая больше не пугала.

Тем временем в доме Егора Вероника стояла в центре круга, который стремительно редел. Люди расходились, перешептываясь и бросая на неё косые взгляды. Саша, стоя в углу, победно подняла телефон.

– Конец империи, – прошептала она. – Розовый, черный... какая разница, если у тебя гнилое сердце?

На следующее утро школа гудела. Но это был уже не тот гул, который сопровождает сплетни о расставаниях. Это было обсуждение поступка Вероники. Она пришла в класс, пытаясь держать лицо, но с ней никто не поздоровался. Даже её «свита» предпочла пересесть на другие парты.

Арина вошла в кабинет химии последней. На ней были обычные джинсы и белая футболка. Никаких масок. Никаких ролей.

Она села за свою парту, и через минуту на край стола лег знакомый значок с котиком. Тот самый, который она подарила Паше в самом начале.

– Я нашел его в кармане старой куртки, – сказал Паша, присаживаясь рядом. – Подумал, что он должен быть у тебя. Как напоминание.

– О чем? – спросила Арина, касаясь пальцами эмалированной поверхности.

– О том, что искренность всегда побеждает. Даже если она упакована в розовую обертку.

Арина улыбнулась. Она знала, что впереди еще много трудностей, что Вероника так просто не сдастся, а Саша всегда будет искать новый повод для сплетен. Но сейчас, глядя в глаза Паши, она чувствовала себя по-настоящему свободной.

– Знаешь, – сказала она, прикрепляя значок к рюкзаку. – А котики мне всё еще нравятся.

– Мне тоже, – рассмеялся Паша.

В конце класса Вероника с силой захлопнула учебник. Но её ярость больше не имела власти. Розовый мир Арины не разрушился — он просто стал настоящим. И в этом мире для Вероники больше не было места.

Саша, наблюдая за ними со своего места, довольно кивнула. Её работа здесь была закончена. История о любви и предательстве получила свой финал, хотя она знала: в этой школе никогда не бывает скучно. Она уже видела, как новенький из параллельного класса засматривается на Веронику, и в голове Саши начал созревать план для новой главы.

Но это была уже совсем другая история. А пока Арина и Паша сидели за одной партой, и на их лицах играли солнечные блики, пробивающиеся сквозь пыльные окна кабинета химии. Самая красивая пара школы снова была вместе, но на этот раз — по-настоящему. И никакие дневники, сплетни или чужие амбиции не могли это изменить.

Арина посмотрела в свое маленькое зеркальце. Она видела в нем девушку, которая научилась бороться за свое счастье, не теряя себя. И это отражение нравилось ей гораздо больше, чем все предыдущие. Она закрыла зеркальце и взяла Пашу за руку.

– Пойдем в кино после уроков? – предложил он.

– Пойдем. Только чур фильм выбираю я. И никаких боевиков.

– Договорились, – улыбнулся Паша.

Жизнь продолжалась, и она была прекрасна во всех своих цветах — от ярко-розового до глубокого черного. Главное было помнить, что цвет одежды не определяет цвет души. И Арина это наконец поняла.