← Назад к обзору

BLAZE FOREVER

Дыхание неона и запретный плод

Подготовка к мировому туру BLAZE напоминала отлаженный, но безумный механизм. После инцидента с Реном охрану группы утроили, и теперь, находясь за кулисами огромного стадиона в Сеуле, участники чувствовали себя в относительной безопасности. Атмосфера в гримерке была наэлектризована предвкушением: через час начнется грандиозная съемка живого концерта для мирового стриминга.

– Так, банда, собрались! – Диона, поправляя массивные серебряные цепи на шее, обвела взглядом свою команду. – Мы тренировались ради этого момента полгода. Йемин, ты ведешь в интро, не забывай про уверенный взгляд в камеру номер три.

– Не волнуйся, капитан, – Йемин подошла к Дионе со спины и собственнически обняла её за талию, прижимаясь щекой к плечу. – Я буду смотреть так, что у фанатов экраны поплавятся. Но мой лучший взгляд достанется только тебе после шоу.

Диона покраснела и легонько ударила её по руке, но не отстранилась. Вся группа знала, что их лидер и её альфа — это скала, на которой держится их единство.

В другом углу Кейли сосредоточенно жевала свою «успокоительную» шоколадную булочку, пока Бонни помогал ей застегнуть сложные ремни на сценическом костюме.

– Кейли, если ты капнешь шоколадом на этот белый шелк, стилист нас обоих расчленит и сделает из нас парики для следующего камбэка, – ворчал Бонни, поправляя свои ярко-синие линзы. – Смотри, как я сегодня хорош! Настоящий герой из исекая.

– Ты выглядишь как персонаж, который умирает в первой серии, чтобы дать главному герою мотивацию, – фыркнула Кейли, но тут же мягко улыбнулась. – Спасибо, Бонни. Ты лучший друг.

Тэмин сидел рядом с ними, выглядя гораздо спокойнее, чем неделю назад. Саян из ECLIPSE прислал ему огромную корзину цветов и короткую записку: «Я в первом ряду. Ничего не бойся». Это придавало омеге сил.

Однако в центре этого оживленного хаоса назревала буря, о которой никто не подозревал. Маоно замер перед зеркалом, пока стилист наносил ему на веки розовые тени с блестками. В отражении он видел не только себя, но и Лилкена, который стоял чуть поодаль. Лилкен, самый старший и надежный, сейчас смеялся над какой-то шуткой Лини.

Маоно почувствовал странный укол в груди. Он любил Аоши. Любил его заботу, его кулинарные шедевры, его страсть и ту гармонию, которую альфа приносил в его жизнь. Но в последнее время его взгляд всё чаще притягивал Лилкен. Было в старшем нечто такое — спокойная, почти животная сила и уверенность геймера, который всегда знает, как победить. Лилкен был другим типом альфы: менее взрывным, чем Аоши, но более глубоким и манящим.

– Мао, ты чего завис? – Аоши подошел к нему, положив руки на плечи. – Волнуешься перед выходом?

– Немного, – соврал Маоно, глядя в зеркало на своего парня. – Просто думаю о хореографии.

– Ты будешь великолепен, малинка, – Аоши нежно прикусил мочку его уха, заставляя Маоно вздрогнуть. – После концерта я приготовлю тебе тот самый десерт, который ты просил. И не только десерт.

Маоно улыбнулся, но краем глаза заметил, как Лилкен в этот момент поднял голову и их взгляды встретились в зеркале. Лилкен не отвел глаз. Напротив, он едва заметно улыбнулся — той самой полуулыбкой, от которой у Маоно потяжелело внизу живота. Лини, висевший на руке Лилкена, ничего не заметил, продолжая болтать о новой стратегии в PUBG.

– На сцену! Пять минут! – прокричал менеджер.

Концерт прошел как в тумане. Огни, крики тысяч фанатов, запах пота и сценического дыма. BLAZE работали как единый организм. Лини прыгал выше всех, заряжая толпу энергией, Диона и Йемин выдали мощнейший рэп-дуэт, а Тэмин сорвал овации своим сольным танцем.

Во время финальной песни, когда все участники группы выстроились на авансцене под дождем из конфетти, Маоно оказался между Аоши и Лилкеном. Аоши привычно приобнял его за плечи, махая фанатам, но с другой стороны Лилкен, якобы случайно, коснулся ладонью поясницы Маоно. Это касание было коротким, но горячим, словно ожог. Маоно едва не сбился с ноты.

Когда они наконец вернулись в отель, измотанные, но счастливые, адреналин всё еще бурлил в крови.

– Мы это сделали! – Лини ввалился в общую гостиную люкса, разбрасывая кроссовки. – Я хочу пиццу, душ и чтобы Лилкен меня поцеловал раз сто!

– Сначала душ, мелкий, от тебя несет как от марафонца, – рассмеялся Лилкен, подмигивая остальным.

Все разошлись по номерам, договорившись встретиться через час для празднования. Маоно зашел в их с Аоши номер, чувствуя странное беспокойство. Аоши сразу ушел в ванную, крикнув, что подготовит воду.

Маоно вышел на балкон, чтобы вдохнуть ночной воздух. Соседний балкон принадлежал Лилкену и Лини. К его удивлению, там стоял Лилкен, один, с сигаретой в руке, хотя он редко курил.

– Не спится? – тихо спросил Лилкен, поворачивая голову.

– Слишком много эмоций, – ответил Маоно, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. – Ты сегодня отлично справился.

– Ты тоже. Особенно в той части, где мы стояли рядом. Ты весь дрожал, Мао. Это из-за фанатов... или из-за меня?

Маоно замер. Прямолинейность Лилкена выбила почву у него из-под ног.

– Я... я не знаю, о чем ты, – прошептал он.

– Знаешь, – Лилкен сделал шаг к перегородке между балконами. – Я вижу, как ты смотришь на меня в зале для практик. И как ты смотрел в зеркало сегодня. Лини — мой омега, и я его люблю. Аоши — твой альфа. Но между нами есть что-то, что не дает мне покоя.

Прежде чем Маоно успел ответить, из комнаты его окликнул Аоши:

– Маоно, иди сюда! Вода остывает!

Маоно бросил последний взгляд на Лилкена и вернулся в номер. Внутри всё горело. Аоши ждал его, уже полностью обнаженный, стоя посреди комнаты. Его тело, подтянутое и сильное, в тусклом свете ламп выглядело как статуя.

– Ты сегодня был слишком далеко от меня на сцене, – низким голосом произнес Аоши, притягивая Маоно к себе за бедра. – Мне нужно почувствовать, что ты здесь. Полностью мой.

Аоши начал срывать с него остатки сценического костюма. Рубашка с треском лишилась пары пуговиц. Маоно ответил на поцелуй с двойной страстью, пытаясь заглушить образ Лилкена в своей голове. Аоши повалил его на огромную кровать, нависая сверху.

– Аоши, быстрее, – простонал Маоно, раздвигая ноги и обвивая ими талию альфы.

Аоши вошел в него резко, без долгих прелюдий, зная, что Маоно сейчас на взводе. Глубокий толчок заставил омегу выгнуть спину, впиваясь ногтями в спину Аоши.

– Чей ты? – рычал Аоши, толкаясь мощно и ритмично. – Скажи это.

– Твой... ах... Аоши, я твой! – вскрикивал Маоно, но в момент оргазма, когда перед глазами вспыхнули искры, он на долю секунды представил, что это руки Лилкена сжимают его бедра, а в ухо шепчет низкий голос старшего участника.

Когда всё закончилось, и Аоши, тяжело дыша, уснул, обнимая своего омегу, Маоно лежал в темноте, глядя в потолок. Он любил Аоши всем сердцем, это было бесспорно. Но та искра, что проскочила между ним и Лилкеном, превращалась в настоящий пожар.

Утром вся группа собралась на завтрак внизу. Они выглядели как настоящая семья: Йемин заботливо накладывала Дионе салат, Кейли и Бонни спорили о новом аниме, а Лини пытался накормить Лилкена панкейками.

– Ребята, – Диона подняла бокал с соком. – Впереди еще десять городов. Мы — BLAZE, и мы покажем этому миру, на что способны. Мы вместе, и это наша сила.

Все зааплодировали и закричали, поддерживая лидера. Маоно улыбался вместе со всеми, чувствуя тепло своей команды. Но когда он потянулся за малиной, его рука столкнулась с рукой Лилкена. Старший не убрал пальцы, а накрыл ими ладонь Маоно на несколько секунд дольше, чем требовали приличия.

– Малина сегодня особенно сладкая, правда, Маоно? – спросил Лилкен, глядя ему прямо в глаза.

– Да, – ответил Маоно, чувствуя, как Аоши приобнимает его за талию. – Очень сладкая.

Он знал, что эта игра опасна. Он знал, что это может разрушить их идеальную команду. Но глядя на улыбающихся друзей, на преданного Аоши и загадочного Лилкена, Маоно понимал: это только начало их самой сложной и страстной главы. И за кулисами мирового турне их ждало нечто гораздо более серьезное, чем просто музыка.