← Назад к обзору

Брат

Отражение в темной воде

Прошел месяц с тех пор, как наша жизнь превратилась в стремительный водоворот событий. Мы переехали. Наш новый дом располагался в уединенном районе, окруженном густым лесом, который служил естественным барьером от любопытных глаз и объективов папарацци. Это была настоящая современная крепость: панорамные окна, просторные залы и, что самое важное, отдельные комнаты для каждого.

Юки удивил меня. Я ожидал, что роль отца дастся ему с трудом, учитывая его взрывной характер и привычку жить только для себя. Но я ошибся. Мой младший брат, этот дикий обладатель теневых щупалец, оказался невероятно заботливым. Он часами возился с Минхо и Юной, обучая их контролировать свои крошечные, но уже своенравные силы. Документы были окончательно приведены в порядок благодаря связям и профессионализму Ли Вона — теперь дети официально носили фамилию Сон, а Юки значился их единственным законным отцом.

Днем мы старались вести себя как обычные братья. При детях мы не показывали своих истинных чувств. Минхо и Юна были слишком малы, чтобы понять сложность наших отношений, а я не хотел обрушивать на них еще больше странностей, чем те, с которыми они уже столкнулись. Мы играли свои роли: я — строгий, но справедливый дядя, Юки — любящий и веселый отец. Но как только на дом опускалась ночь и дети засыпали в своих комнатах, маски падали.

В этот вечер в доме было особенно тихо. За окном шелестел весенний дождь, смывая остатки зимней пыли с молодой листвы. Дети вымотались после тренировки с Юки и уснули мгновенно. Мы же с братом оказались в просторной ванной комнате, где пар от горячей воды застилал зеркала, создавая иллюзию иного, призрачного мира.

Юки стоял позади меня. Его руки, покрытые татуировками, покоились на моих плечах, а губы медленно, почти лениво, скользили по моей шее. Я закрыл глаза, отдаваясь этому ощущению. Влажный воздух был пропитан ароматом его кожи — смесью озона и сандала.

– Наконец-то мы одни, – прошептал он мне в самое ухо, и его горячее дыхание заставило меня вздрогнуть.

Внезапно я почувствовал, как что-то гладкое и холодное коснулось моей талии. Теневые щупальца Юки, живые и гибкие, начали свое движение. Они не были похожи на обычные конечности; они казались продолжением его воли, его страсти. Одно из них медленно обвилось вокруг моей груди, дразняще сжимая сосок, в то время как другое скользнуло ниже, обхватывая мой член уверенным, властным движением.

Я выгнулся в его руках, издав невольный стон, который эхом отразился от кафельных стен. Его прикосновения были везде одновременно. Пока его губы терзали мою кожу, оставляя багровые отметины, его тени ласкали меня с такой точностью, будто знали каждый мой нервный конец.

– Юки... – выдохнул я, едва находя в себе силы стоять на ногах.

Я повернулся в его объятиях, глядя в эти невероятные небесно-голубые глаза, которые в полумраке светились внутренним огнем. Его фарфоровая кожа была влажной от пота и пара, а взъерошенные черные волосы прилипли ко лбу. Он выглядел как падшее божество, прекрасное и опасное.

– Знаешь, – начал я, смущенно отводя взгляд, но тут же заставляя себя снова посмотреть на него. – Я... я хочу поменяться.

Юки замер. Его щупальца на мгновение застыли, а на губах появилась понимающая, хищная ухмылка. Он приподнял мой подбородок пальцем, заставляя смотреть прямо на него.

– Хочешь меня трахнуть? – спросил он прямо, без тени стеснения.

– Да... – мой голос прозвучал глухо, почти хрипло от возбуждения.

Я ожидал какой угодно реакции — смеха, отказа или борьбы за доминирование, которая была нам обоим так свойственна. Но Юки лишь медленно кивнул. Его тени нехотя отпустили моё тело, втягиваясь обратно в его ауру, словно давая мне пространство для действий.

– Хорошо, – он отступил на шаг, раскинув руки в стороны, демонстрируя свою полную уязвимость и в то же время абсолютную силу. – Я весь твой, Джин-Джин. Делай со мной всё, что захочешь.

Он сделал паузу, и его взгляд стал еще темнее, еще глубже.

– Но помни одну вещь: потом я возьму своё. Я трахну тебя так, что ты забудешь своё имя.

Я не стал отвечать словами. Я шагнул к нему, сокращая расстояние, и толкнул его к стене, чувствуя, как внутри меня пробуждается истинный Теневой Монарх — не тот, что командует армиями мертвых, а тот, что жаждет обладать единственным живым существом, которое имело значение.

Мои руки скользнули по его атлетичному телу, запоминая каждый рельеф мышц. Когда я вошел в него, Юки запрокинул голову, и из его горла вырвался хриплый, надрывный звук. Он вцепился пальцами в мои плечи, оставляя глубокие царапины, но не отстранился. Напротив, он подался навстречу, принимая меня целиком, отдавая себя без остатка.

В этом акте не было нежности — только первобытная страсть и признание друг друга. Мы были двумя тенями, сливающимися в одну, двумя силами, которые нашли свой баланс в этой запретной близости. Каждый толчок, каждый вздох был клятвой верности, которую мы никогда не произнесем вслух при свете дня.

Когда всё закончилось, мы еще долго стояли, прижавшись друг к другу, пытаясь выровнять дыхание. Вода в ванной уже остыла, но нам было жарко.

– Ты был великолепен, брат, – прошептал Юки, целуя меня в плечо. – Но не расслабляйся. Ночь еще длинная.

Я улыбнулся, чувствуя невероятную легкость. В этом новом доме, с этими новыми обязанностями и этой странной, пугающей любовью, я наконец-то обрел то, чего у меня никогда не было — дом, который не нужно защищать от самого себя.

Мы вышли из ванной, стараясь ступать как можно тише, чтобы не разбудить Минхо и Юну. В коридоре я на секунду замер у двери их комнаты, прислушиваясь к мерному дыханию детей.

– Они спят, – тихо сказал Юки, кладя руку мне на пояс. – Пойдем. У нас есть еще несколько часов до рассвета.

Мы скрылись в нашей спальне, и дверь закрылась, отсекая нас от остального мира. Здесь, в темноте, не было Теневого Монарха и его брата. Были только двое людей, которые нашли друг друга вопреки всему, и чья любовь была такой же вечной и глубокой, как сама тень. И я знал, что завтра, когда взойдет солнце, мы снова наденем свои маски, но эта ночь навсегда останется вписанной в наши души золотыми буквами на черном шелке.