← Назад к обзору

Бывает

Электрический блюз в ритме Токио

Токио не просто давил — он пережевывал. Крис чувствовала, как каждый шаг по раскаленному асфальту отдается в висках пульсирующей болью. После той безумной встряски в технической щели между зданиями её тело все еще вибрировало, словно внутри неё поселился рой разозленных ос. Она ненавидела это состояние. Состояние, когда ты не понимаешь, хочешь ли ты пристрелить Чева Челиоса или затащить его в ближайший темный угол, чтобы повторить то, что произошло.

Они вышли к оживленной развязке, где неоновые вывески слепили глаза, а толпа японцев в строгих костюмах обтекала их, словно вода — два грязных, окровавленных камня.

– Нам нужна машина, – прохрипел Чев.

Он выглядел паршиво. Несмотря на то, что «подзарядка» в переулке дала ему временную передышку, его движения оставались дергаными. Кожа приобрела сероватый оттенок, а взгляд постоянно метался в поисках новой цели.

– Какая машина, Чев? – Крис резко обернулась, едва не задев сумочкой проходящего мимо туриста. – Нас ищет половина города. Любая тачка с белым лицом за рулем будет остановлена через два квартала.

– Тогда маршрутка, – Чев указал подбородком на остановку, где уже выстроилась плотная очередь.

– Ты издеваешься? – Крис окинула себя взглядом. Короткая черная кожаная юбка, обтягивающая бедра так, что каждый шаг был вызовом общественной морали. Короткий топ, едва прикрывающий живот. И волосы, которые после их «сеанса» в стене выглядели так, будто она только что вылезла из центрифуги. – Я в этом виде не пойду в общественный транспорт.

– Пойдешь, если не хочешь сдохнуть здесь, – отрезал Чев и, не дожидаясь ответа, схватил её за локоть, увлекая к остановке.

Они прождали полчаса. Для Крис это время тянулось вечностью. Она чувствовала на себе липкие взгляды японских клерков, которые пытались делать вид, что смотрят в свои телефоны, но их зрачки то и дело соскальзывали на её открытые ноги. Но больше всего её бесила Ив. Та самая Ив, которая сейчас, вероятно, сидела в безопасном (относительно) месте и даже не подозревала, что её парень только что вжимал бывшую напарницу в бетонную стену, выбивая из неё искры в буквальном смысле.

– Как ты вообще с ней живешь? – внезапно спросила Крис, глядя на проезжающие мимо такси.

Чев, который в этот момент пытался незаметно потереть локти о металлический столб, чтобы вызвать хоть каплю статики, нахмурился.

– О чем ты?

– Об Ив. Она же... она же как сахарная вата. Сладкая, липкая и абсолютно пустая внутри. Тебе нужен драйв, Чев. Тебе нужна сталь. А она даже не знает, как перезарядить «Глок».

– Именно поэтому она мне и нужна, – буркнул Челиос. – Она — нормальная. А мы с тобой — мусор, Крис. Отработанный материал.

– Говори за себя, – огрызнулась она, поправляя юбку, которая так и норовила задраться еще выше.

Наконец, к остановке подкатил старый, побитый микроавтобус. Когда двери с шипением открылись, Крис едва не стошнило. Внутри было столько народу, что казалось, люди там утрамбованы промышленным прессом. Запах пота, дешевого парфюма и перегара ударил в нос густой волной.

– Нет. Ни за что, – Крис сделала шаг назад. – Я лучше пешком дойду до Осаки.

– Заходи, – Чев толкнул её в спину.

– Челиос, там люди буквально лежат друг на друге!

– Идеально для меня, – прорычал он. – Больше трения — дольше жизнь. Живее!

Его рука легла ей на талию. Это не было нежным жестом. Он буквально впихнул её внутрь, наступая на пятки. Крис оказалась зажата между каким-то толстым японцем в очках и спинкой сиденья, на котором сидели трое. Чев ввалился следом, и двери за ним закрылись, едва не прищемив ему полы куртки.

Маршрутка тронулась с места, резко дернувшись. Крис охнула, когда её прижало к какому-то мужчине. Она чувствовала, как чьи-то руки — случайно или нет — касаются её бедер и спины. В тесноте транспорта личные границы стерлись.

– Убери от меня свои грабли, – прошипела она в пространство, надеясь, что тот, кто её задел, поймет интонацию, если не поймет слов.

Она обернулась, ища глазами Чева. Он стоял прямо за ней, но выглядел ужасно. Его голова была опущена, плечи мелко дрожали. Он тяжело дышал, и этот звук пугал Крис сильнее, чем толпа извращенцев вокруг.

– Чев? – позвала она тихо. – Эй, ты как?

Он не ответил. Датчик на его запястье, который она мельком увидела, мигал тревожным красным цветом. Заряд кончался. Того короткого замыкания в переулке хватило ненадолго. Его искусственное сердце работало на износ, требуя новой порции энергии, которую в этом душном, забитом людьми ящике на колесах взять было негде.

Внезапно Крис почувствовала, как кто-то плотно прижался к ней сзади. Она хотела уже развернуться и съездить локтем в челюсть наглецу, но знакомый жар, исходящий от тела, остановил её.

Горячая, тяжелая ладонь легла ей прямо на бедро, сминая черную кожу юбки. Пальцы впились в кожу с такой силой, что Крис едва не вскрикнула.

– Челиос, ты что творишь? – она попыталась дернуться, но в этой давке любое движение было практически невозможным. – Совсем страх потерял? Иди к своей Ив, пусть она тебе служит аккумулятором!

– Заткнись, – его голос прозвучал прямо у её уха, низкий, вибрирующий от напряжения. – Просто... не двигайся.

Крис почувствовала, как его вторая рука обхватила её за талию, притягивая к себе. Он буквально вжимался в неё, используя её тело как щит от остальной толпы и как источник тепла. Но она знала, что дело не в тепле. Ему нужен был разряд. Ему нужно было, чтобы её сердце забилось быстрее, чтобы адреналин в её крови заставил его собственную систему работать.

– Ты используешь меня, – прошептала она, чувствуя, как гнев борется с чем-то другим, гораздо более темным и глубоким. – Снова.

– Мне нужен... ток... – Чев прижался лбом к её затылку. Его кожа была сухой и обжигающей. – Крис, помоги мне.

Она хотела вырваться. Она честно хотела оттолкнуть его, закричать на всю маршрутку, устроить скандал, который так любила. Но она чувствовала, как его рука на её бедре дрожит. Он действительно умирал. Здесь, среди сотен равнодушных людей, в вонючей маршрутке посреди Токио.

– Черт бы тебя побрал, Челиос, – выдохнула она.

Крис перестала сопротивляться. Наоборот, она чуть подалась назад, усиливая контакт. Она чувствовала, как его пальцы под кожей юбки поднимаются выше, как его дыхание становится рваным. Она знала, что сейчас происходит. Он пытался выжать из этой ситуации максимум — злость, возбуждение, страх. Любую эмоцию, которая даст искру.

– Давай, – прошептала она, закрыв глаза. – Бери, что тебе нужно. Но учти, я выставлю тебе счет.

Чев глухо зарычал. Его движения стали более резкими, почти грубыми. В этой тесноте, под аккомпанемент японской попсы, доносящейся из динамиков водителя, они вели свою собственную, тихую войну за выживание. Крис чувствовала, как по её телу пробегают электрические разряды — настоящие или воображаемые, она уже не знала.

Толпа вокруг них жила своей жизнью. Никто не замечал, что в центре этого человеческого месива двое людей балансируют на грани жизни и смерти, на грани ярости и страсти.

В какой-то момент маршрутка резко затормозила. Людей качнуло вперед. Чев еще сильнее впился в Крис, и в этот момент она почувствовала, как он вздрогнул. Его сердце, казалось, сделало мощный толчок, пробив ритм сквозь её собственную спину.

– О... да... – выдохнул он.

Его рука медленно соскользнула с её бедра, но он не отстранился. Наоборот, он тяжело навалился на неё, восстанавливая дыхание.

– Живой? – спросила Крис, чувствуя, как её собственные колени подгибаются.

– Вроде того, – голос Чева стал тверже. – Ты... ты чертов генератор, Крис.

– Я чертов дура, что до сих пор с тобой вожусь, – она попыталась поправить одежду, насколько это было возможно. – Где нам выходить?

– Следующая, – Чев выпрямился, и в его глазах снова появился тот самый безумный блеск, который она так ненавидела и который так её притягивал.

Когда двери открылись, они буквально вывалились на тротуар. Свежий (если так можно назвать смог Токио) воздух показался им божественным нектаром. Крис стояла, тяжело дыша и пытаясь унять дрожь в руках.

– Больше никаких маршруток, – заявила она, указывая на него пальцем. – Больше никаких прижиманий в толпе. И если ты еще раз тронешь мою юбку без разрешения, я отстрелю тебе то, что у тебя вместо сердца.

Чев усмехнулся, вытирая пот со лба.

– Ты же сама сказала — бери, что нужно.

– Я сказала это, чтобы ты не сдох у меня на руках! Это была гуманитарная помощь, Челиос. Благотворительность для умственно отсталых наемников.

– Ну да, конечно, – он подошел ближе, и Крис непроизвольно сделала шаг назад. – Именно поэтому у тебя сейчас зрачки расширены так, будто ты под дозой.

– Это от ненависти, – отрезала она, хотя знала, что он прав. – Куда теперь?

Чев посмотрел на высокие башни делового центра, сверкающие в ночи.

– Нам нужен Дон Ким. У него есть то, что мне нужно, чтобы остановить этот чертов таймер. И у него есть люди, которых я хочу убить.

– Прекрасный план, – Крис саркастически улыбнулась. – Идти в логово к самому опасному корейцу в Японии, имея в арсенале только твое садящееся сердце и мою испорченную юбку.

– У нас есть еще кое-что, – Чев вытащил из-за пояса пистолет, который он где-то успел раздобыть.

– Что? Твой оптимизм?

– Нет. У нас есть ты. А ты в гневе страшнее любого Дона Кима.

Крис фыркнула, но в глубине души почувствовала, как остатки адреналина превращаются в холодную, расчетливую ярость. Она поправила топ, проверила нож в скрытом кармашке на бедре и посмотрела на Чева.

– Ладно, Челиос. Пойдем, разберемся с этим. Но после этого ты купишь мне новую юбку. И, клянусь богом, это будет самая дорогая юбка в этом проклятом городе.

– Идет, – кивнул Чев.

Они двинулись вглубь Синдзюку, две тени в океане неона. Крис шла чуть впереди, и её бедра покачивались в такт её решимости. Она знала, что эта ночь еще не скоро закончится. Она знала, что Чев снова будет требовать от неё невозможного. И она знала, что снова ответит на его вызов.

Потому что в этом безумном мире, где сердце работает на батарейках, только такая яростная, болезненная связь и казалась по-настоящему живой. Ив могла оставить себе его нежность и его «нормальную» жизнь. Крис забирала себе его пот, его кровь и его безумный драйв.

– Эй, Челиос! – окликнула она его, не оборачиваясь.

– Что?

– Если мы выживем... не смей говорить Ив, что произошло в маршрутке.

Чев промолчал, но Крис почти физически почувствовала его ухмылку у себя за спиной.

– Она все равно не поверит, – наконец ответил он.

– Вот и отлично.

Они нырнули в очередной переулок, навстречу новым неприятностям, новым разрядам и новой порции чистого, неразбавленного адреналина, который был единственным топливом в их общем аду. Токио продолжал гудеть, не замечая, как две маленькие частицы его безумия готовятся взорвать этот город изнутри.