← Назад к обзору

Девочка с русыми волосами

Свинцовые сумерки и аромат полыни

– Долорес, если ты сейчас же не вернёшься в дом, я лично наложу на тебя Петрификус Тоталус и засуну в самый глубокий сундук Грюма! – Грозный Глаз Грюм вращал своим магическим глазом так яростно, что казалось, тот сейчас выскочит из орбиты.

– Аластор, не кипятись, это вредно для твоего единственного здорового сосуда, – Долорес Диггори стояла на крыльце дома на Тисовой улице, скрестив руки на груди. Её светло-русые волосы были туго заплетены в косу, а в зелёных глазах горел тот самый огонь, который когда-то заставлял профессора Снейпа бессильно сжимать зубы. – Я никуда не уйду. Гарри — мой друг. И если вы думаете, что я останусь отсиживаться в «Норе», пока вы тут развлекаетесь полетами под обстрелом, то вы плохо меня знаете.

Гарри, стоявший чуть поодаль и проверявший крепления своего рюкзака, невольно засмотрелся на неё. За последние два года всё изменилось. Очарование Уинифред Джойс, такое холодное и безупречное, постепенно поблекло, как старая фотография. Его место заняла эта невыносимая, храбрая и бесконечно живая девчонка, которая видела его не как «Избранного», а как парня, который умеет искренне смеяться над её дурацкими шутками.

– Она всё равно пробралась сюда тайком, Грюм, – подал голос Бильбо Цабини, старший брат Блейз. Он подбрасывал в руке какой-то подозрительный шар, который то и дело менял цвет с фиолетового на ядовито-зелёный. – Я нашёл её в багажнике машины Артура. Пряталась под мантией-невидимкой, которую стащила у Рона.

Бильбо был мастером розыгрышей и магических ловушек, в чём превзошёл даже Фреда и Джорджа в некоторых вопросах технического исполнения. Его короткие чёрные волосы торчали ежиком, а на лице блуждала вечная полуухмылка.

– Ты предатель, Бильбо, – фыркнула Долорес. – Я обещала тебе показать рецепт взрывающихся лимонных долек, а ты меня сдал.

– Я тебя не сдал, я обеспечил нам прикрытие, – Бильбо подмигнул Гарри. – Раз уж она здесь, Грюм, пусть летит со мной. У меня на метле установлены дополнительные стабилизаторы и пара сюрпризов для Пожирателей. Вдвоём мы будем более маневренными.

Грюм прорычал что-то нечленораздельное, что могло означать как проклятие, так и согласие. Времени на споры не осталось. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и небо окрасилось в цвет запекшейся крови.

– Пейте, – скомандовал Грюм, протягивая флягу с Оборотным зельем.

Гарри смотрел, как его друзья — Рон, Гермиона, Фред, Джордж, Флёр и Мундунгус — превращаются в его двойников. Это было странное и неприятное зрелище. Шесть одинаковых Гарри Поттеров в одинаковых одеждах.

Долорес подошла к настоящему Гарри. Она не пила зелье — по плану она и Бильбо должны были быть замыкающими, отвлекающим маневром, не связанным с основной группой «двойников».

– Будь осторожен, – тихо сказала она. В её голосе больше не было насмешливости. Она поправила ему воротник куртки, и её пальцы на мгновение задержались у его шеи. – Если ты посмеешь свалиться с метлы раньше, чем мы доберемся до Тонкс, я тебя сама добью, клянусь Мерлином.

– Обещаю держаться в седле, – улыбнулся Гарри, чувствуя, как внутри всё сжимается от нежности. – Присматривай за Бильбо, он иногда слишком увлекается своими фейерверками.

– Эй! Я всё слышу! – крикнул Бильбо, оседлав свою скоростную метлу. – Запрыгивай, Лоло! Пора показать этим ребятам в масках, что такое гриффиндорский дрифт.

– По местам! – рявкнул Грюм. – На счет три! Раз... два... три!

Они взмыли в воздух одновременно. Ветер ударил в лицо, выбивая слезы. Гарри, сидевший в люльке мотоцикла Хагрида, вцепился в края коляски. Сначала была тишина, нарушаемая только ревом мотора, но через секунду небо вокруг них буквально взорвалось.

Серебристые вспышки заклинаний прорезали темноту. Пожиратели Смерти материализовались из ниоткуда, окружая их плотным кольцом.

– Держись, Гарри! – взревел Хагрид, направляя мотоцикл вверх.

Гарри оглянулся. Он видел, как пары разлетаются в разные стороны. Где-то справа мелькнул Бильбо. Его метла оставляла за собой шлейф искр. Долорес, сидевшая сзади него, яростно отбивалась заклинаниями.

– Экспеллиармус! Остолбеней! – её голос доносился сквозь свист ветра.

Внезапно двое Пожирателей отделились от основной группы и бросились наперерез Бильбо и Долорес.

– Сейчас будет жарко! – крикнул Бильбо. Он нажал на какую-то кнопку на рукояти метлы, и из хвоста вырвался сноп ослепительно белого пламени, на мгновение ослепив преследователей. – Лови, ребята!

Он подбросил вверх тот самый шар, который крутил в руках на земле. Шар взорвался в воздухе, превратившись в гигантскую, липкую паутину, которая окутала одного из Пожирателей, сбивая его с курса.

– Отлично, Бильбо! – крикнула Долорес, посылая оглушающее заклинание во второго. – Гарри, вперед! Не смотри на нас!

Но Гарри не мог не смотреть. Он видел, как небо заполняется тьмой. Пожирателей было слишком много. Хагрид нажал на кнопку ускорения, и мотоцикл рванул вперед, оставляя друзей позади.

– Хагрид, мы должны им помочь! – крикнул Гарри, перекрывая шум мотора.

– У нас приказ, Гарри! Ты — главный приоритет! – голос лесничего дрожал от напряжения.

В этот момент Гарри увидел Его. Волан-де-Морт летел по небу, словно черная тень, без метлы, без опоры. Он приближался, и шрам Гарри взорвался такой болью, что мир на мгновение почернел.

– Он здесь! Хагрид, он здесь!

Где-то внизу, среди облаков, он мельком увидел вспышку фиолетового света — фирменный знак Бильбо. Они еще держались. «Пожалуйста, выживите», – билась в голове единственная мысль.

Прошло вечность или пара минут — Гарри не знал. Мотоцикл падал, Хагрид выпал из сиденья, пытаясь остановить Пожирателя. Затем была вспышка света от палочки Гарри, которая сработала сама по себе, и, наконец, жесткое приземление в мутную воду пруда.

Когда Гарри, пошатываясь и отплевываясь от тины, выбрался на берег у дома Теда и Андромеды Тонкс, он чувствовал себя выпотрошенным. Хагрид лежал рядом, тяжело дыша.

– Мы... мы живы? – прохрипел лесничий.

– Кажется, да, – Гарри посмотрел на небо. Оно было тихим. Слишком тихим.

Через портал они перенеслись в «Нору». Двор перед домом был залит светом магических фонарей. Джинни, Блейз и Аврора стояли у крыльца, их лица были серыми от напряжения.

Едва Гарри ступил на траву, Джинни бросилась к нему.

– Гарри! Ты ранен? Где остальные?

– Я в порядке, Джинни, – Гарри огляделся. – Кто уже вернулся?

– Люпин и Джордж... – голос Блейз дрогнул. – Джордж ранен. У него... у него нет уха, Гарри. Снейп... это сделал Снейп.

Гарри почувствовал, как внутри всё леденеет. Он посмотрел на Блейз. Она стояла, обняв себя за плечи, и её взгляд был прикован к небу. Она ждала брата. И Долорес.

– Они были прямо за нами, – сказал Гарри, подходя к ней. – Бильбо использовал свои ловушки, они сбили двоих Пожирателей...

– Их всё еще нет, – тихо произнесла Аврора Мерли. Её золотые кудри, обычно такие аккуратные, были растрепаны, а в голубых глазах стояли слезы. – Рон и Тонкс тоже не вернулись. И Грюм с Биллом.

Минуты тянулись, как густой сироп. Каждый шорох заставлял их вздрагивать. Наконец, в воздухе раздался хлопок, и на землю рухнули Тонкс и Рон. Рон выглядел ужасно, но был цел. Тонкс лихорадочно начала рассказывать о Беллатрисе.

Затем прибыли Билл и Флёр. Лицо Билла было мрачным.

– Грюм погиб, – коротко бросил он.

Тишина, последовавшая за этими словами, была невыносимой. Но Блейз вдруг вскинула голову.

– Слышите?

Издалека донесся странный звук. Это не был хлопок трансгрессии и не свист метлы. Это был звук... взрывов. Маленьких, частых, похожих на пулеметную очередь.

В ночном небе расцвел гигантский огненный цветок — точь-в-точь такой, какие Фред и Джордж запускали на пятом курсе. А затем из облаков буквально вывалилась метла. Она дымилась, хвост её был обгоревшим, но на ней всё еще сидели двое.

Метла врезалась в землю в нескольких метрах от защитного барьера и протащила седоков по траве.

– Долорес! Бильбо! – Блейз и Гарри сорвались с места одновременно.

Бильбо лежал лицом вниз, его куртка дымилась. Долорес сидела рядом, пытаясь отползти от горящей метлы. Её лицо было исцарапано, одна рука висела плетью, но когда Гарри подбежал к ней, она подняла на него взгляд и слабо улыбнулась.

– Я же говорила... что не свалюсь... – прошептала она, прежде чем потерять сознание.

– Бильбо! Бильбо, очнись, идиот! – Блейз трясла брата за плечи.

Бильбо перевернулся на спину и закашлялся, выплевывая сажу.

– Тише, мелкая... я просто... решил прилечь. Ты видела... как тот парень в маске... влетел в мое «Облако вечного поноса»? Это было... поэтично.

Миссис Уизли уже бежала к ним с флаконами зелий. Билл и Рон помогли Бильбо подняться, а Гарри осторожно взял Долорес на руки. Она была удивительно легкой, и от неё пахло гарью и всё той же полынью.

– Она в порядке, Гарри, просто истощение, – успокаивающе сказала миссис Уизли, бегло осмотрев девочку. – И руку придется сращивать, но это пустяки. Несите её в дом.

В гостиной «Норы» было тесно и душно. Джордж лежал на диване, Фред сидел рядом, пытаясь шутить, но его глаза оставались испуганными. Блейз и Аврора хлопотали вокруг Бильбо, который, несмотря на ожоги, продолжал в красках описывать, как Долорес уложила Пожирателя Смерти точным ударом ботинка по носу, когда тот подлетел слишком близко.

Гарри сидел на полу рядом с креслом, в которое уложили Долорес. Её рука была забинтована, а на щеке красовался длинный порез, который Аврора уже обработала заживляющей мазью.

Через час она открыла глаза.

– Пить... – прохрипела она.

Гарри тут же поднес к её губам стакан с водой. Она сделала несколько жадных глотков и откинулась на подушки.

– Мы все вернулись? – спросила она, обводя комнату взглядом.

Гарри помедлил.

– Кроме Грюма.

Долорес закрыла глаза. На её ресницах заблестели слезы, но она быстро смахнула их здоровой рукой.

– Он бы сказал, что это была достойная смерть. «Постоянная бдительность», чтоб её...

– Ты зачем полезла туда, Лоло? – тихо спросил Гарри, сжимая её ладонь. – Ты ведь могла погибнуть. Грюм был прав, тебе не следовало лететь.

– А тебе не следовало рождаться с этим шрамом, Поттер, но мы имеем то, что имеем, – она повернула голову к нему, и в её глазах снова блеснула та самая искорка. – Если ты думаешь, что я позволю тебе спасать мир в одиночку, пока я буду протирать юбки в «Норе», то ты еще глупее, чем кажешься в этих очках.

– Я серьезно, Долорес. Я чуть с ума не сошел, когда увидел, что за вами двое погнались.

– А я чуть с ума не сошла, когда увидела Сами-Знаете-Кого, летящего к тебе, – парировала она. – Так что мы в расчете.

Она немного помолчала, а затем добавила, уже совсем тихо:

– Гарри... когда мы падали... я думала только об одном. Что я так и не успела сказать тебе, что Уинифред Джойс — полная дура, раз отпустила тебя.

Гарри почувствовал, как к лицу приливает жар. Он наклонился к ней, так близко, что чувствовал её дыхание.

– Она не отпускала меня, Долорес. Это я ушел. Потому что понял, что мне не нужна принцесса в башне. Мне нужна напарница, которая умеет бросать навозные бомбы в Пожирателей Смерти.

Долорес тихо рассмеялась, поморщившись от боли в руке.

– Ну, в этом я мастер.

– Я знаю, – Гарри коснулся губами её лба. – Отдыхай. Скоро рассвет.

– Гарри?

– Да?

– Пообещай мне... что когда всё это закончится... мы купим самую быструю метлу в мире и улетим куда-нибудь, где нет министерств, пророчеств и безносых маньяков.

– Обещаю, – сказал он, и в этот момент он верил в это обещание больше, чем в любое пророчество Трелони.

За окном «Норы» небо начало светлеть. Это был первый рассвет новой, страшной войны, но в маленькой гостиной, среди запаха лекарств и горелой шерсти, Гарри Поттер впервые за долгое время чувствовал себя не «Избранным», а просто человеком, которому есть за что — и за кого — сражаться.

Бильбо Цабини, сидевший неподалеку, поймал взгляд Гарри и одними губами произнес:

– Только попробуй её обидеть, Поттер. У меня в запасе еще много идей для розыгрышей.

Гарри только кивнул. Он знал, что впереди их ждет тьма, но пока рядом были эти люди — лихая Блейз, спокойная Аврора, безумный Бильбо и его Долорес — у этой тьмы не было ни единого шанса.