← Назад к обзору

Дракон

Узы крови и тени

Прошло три дня с того момента, как стены госпиталя Ассоциации охотников содрогнулись от первого крика наследника двух величайших родов. Выписка прошла в обстановке строжайшей секретности: коридоры были заполнены невидимыми тенями, а Кайсел, верный дракон Монарха, кружил высоко в облаках, скрытый магическим туманом, готовый в любой момент спикировать вниз.

Сейчас в их загородном особняке царила непривычная, почти оглушительная тишина. Юми спала в их обновленной спальне — той самой, где теперь стояла кровать, способная выдержать удар небольшого метеорита. Беременность и роды, сопряженные с колоссальным выбросом магической энергии Небесного Дракона, истощили её. Даже S-ранговая охотница нуждалась в глубоком, восстанавливающем сне, чтобы её каналы маны пришли в норму.

Сон Джинву стоял у панорамного окна в гостиной. На нем были только свободные домашние штаны из мягкого хлопка. Его мощный торс, испещренный шрамами и следами недавних «страстных» схваток с Юми, в мягком свете луны казался вылитым из темного мрамора. На руках он осторожно, с почти пугающей нежностью, качал небольшой сверток.

Маленький Юкио не спал. Его огромные небесно-голубые глаза, в которых время от времени вспыхивали серые искры, внимательно изучали лицо отца. Джинву чувствовал, как от этого крошечного тела исходит пульсация силы. Это не была просто мана — это была смесь первобытной тьмы Монарха и ослепительного света Дракона. Ребенок был настолько переполнен энергией, что воздух вокруг него едва заметно вибрировал, а тени в углах комнаты непроизвольно вытягивались в его сторону, словно приветствуя маленького господина.

– Ты слишком силен для такого крохи, – прошептал Джинву, коснувшись носом лба сына. – Весь в мать. Такая же неукротимая душа.

Юкио издал тихий звук, похожий на ворчание, и внезапно схватил отца за палец. Хватка была такой крепкой, что обычный человек вскрикнул бы от боли, но Джинву лишь усмехнулся. Он чувствовал, как мана ребенка пытается «прощупать» его собственную силу.

– Хочешь проверить меня на прочность? – Джинву улыбнулся, и его глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым. – Тебе придется подождать еще лет десять, малыш. А пока твоя главная задача — дать маме отдохнуть.

Он продолжал мерно покачивать сына, расхаживая по комнате. Его мысли невольно обратились к завтрашнему дню. Он уже сообщил семье о пополнении. Завтра утром приедут его мать и сестра, Джин А. Джинву знал, что это будет непростой разговор. Скрыть существование Юми было сложно, но скрыть ребенка — невозможно. К тому же, Юми была официально его женой, пусть и тайной.

– Игрис, – негромко позвал Джинву.

Из тени за его спиной бесшумно поднялся верный рыцарь. Его доспехи тускло мерцали, а красный плюмаж на шлеме неподвижно замер. Игрис склонил голову в глубоком почтении.

– Позаботься о том, чтобы завтра поместье было в идеальном порядке, – скомандовал Монарх. – И... скажи Беру, чтобы он не смел вылезать из тени в присутствии моей матери. Его энтузиазм по поводу «молодого господина» может напугать её до смерти.

Игрис снова склонил голову, выражая полное понимание, и медленно растворился в темноте.

Джинву вздохнул. Он чувствовал, как Юми проснулась наверху. Её аура стала более четкой, она потянулась к нему через пространство дома, словно проверяя, всё ли в порядке.

Через несколько минут на лестнице послышались тихие шаги. Юми спустилась вниз, кутаясь в длинный шелковый халат. Её волосы были спутаны, лицо всё еще хранило следы усталости, но глаза светились мягким теплом.

– Он всё еще не спит? – спросила она, подходя к Джинву и кладя голову ему на плечо.

– Исследует мир, – ответил Джинву, передавая ей сына. – У него столько энергии, Юми. Я чувствую, как его мана резонирует с тенями.

Юми взяла Юкио на руки, и ребенок тут же успокоился, уткнувшись носом в её грудь. Она вдохнула его запах — смесь молока, детской присыпки и чего-то неуловимо магического, похожего на озон перед грозой.

– Это кровь Дракона, – тихо сказала она. – Мы никогда не спим много, когда чувствуем рядом источник силы. А ты для него — как целое солнце.

Они сели на диван, и Джинву обнял её за плечи, притягивая к себе.

– Завтра приедет моя семья, – напомнил он. – Ты готова к знакомству? Моя мать добрая женщина, но она будет в шоке. А Джин А... ну, она просто Джин А. Она завалит тебя вопросами.

Юми усмехнулась, поглаживая крошечную ручку сына.

– Я пережила уничтожение собственного клана и рождение ребенка от Теневого Монарха. Думаю, я справлюсь с твоей сестрой. К тому же, я хочу, чтобы Юкио знал свою семью. Он не должен расти в изоляции, как я.

– Я не позволю этому случиться, – твердо пообещал Джинву. – Он будет самым защищенным ребенком в этом мире. Но я хочу, чтобы он был прежде всего человеком.

– С такими родителями? – Юми подняла на него ироничный взгляд. – Это будет сложно. Ты видел, что он сделал с погремушкой сегодня утром?

– Она просто... аннигилировалась, – признал Джинву, вспоминая кучку пластиковой пыли. – Нам нужно заказать игрушки из магической стали или костей монстров высшего ранга.

– Игрис уже этим занимается, – Юми зевнула, чувствуя, как сон снова подступает к ней. – Я видела, как он точил какие-то обломки клыков великана. Думаю, это будет самая опасная детская комната в истории.

Джинву рассмеялся — тихо и искренне. В этот момент он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Не правителем мертвых, не спасителем человечества, а просто мужем и отцом.

– Иди спать, Юми. Я посижу с ним еще немного.

– Нет, давай вместе, – она упрямо тряхнула головой. – Я хочу запомнить каждую минуту этого спокойствия. Скоро начнется хаос.

На следующее утро, ровно в десять, к воротам поместья подъехало такси. Джинву уже ждал на крыльце, одетый в простую черную футболку. Он выглядел спокойным, но внутри него бушевало легкое волнение.

Мать Джинву, Пак Кён Хе, вышла из машины первой. Она выглядела прекрасно — годы сна под воздействием маны и последующее исцеление сделали её моложе. Следом выскочила Джин А, которая тут же начала озираться по сторонам.

– Ого, братик! – воскликнула она, подбегая к нему. – Ты наконец-то решил обзавестись приличным домом? А то твоя квартира была совсем тесной для национального героя!

– Здравствуй, мама, – Джинву обнял мать, игнорируя колкость сестры. – Я рад, что вы приехали.

– Джинву, дорогой, ты по телефону звучал так загадочно, – Кён Хе внимательно посмотрела на сына. – Что-то случилось? Ты сказал, что у тебя есть важная новость.

– Проходите в дом, – он жестом пригласил их внутрь. – Нам нужно многое обсудить.

Когда они вошли в просторную гостиную, залитую солнечным светом, Джин А внезапно замерла. Её чувства охотника, пусть и не такие острые, как у брата, забили тревогу.

– Эй... почему здесь так пахнет... силой? – прошептала она, оглядываясь. – И чьи это духи?

В этот момент из кухни вышла Юми. Она была одета в простое светлое платье, которое подчеркивало её хрупкость, а на руках она держала спящего Юкио. Её волосы были аккуратно уложены, а в глазах читалась вежливая уверенность.

Мать Джинву и Джин А застыли как вкопанные.

– Мама, Джин А, – голос Джинву звучал торжественно и мягко. – Познакомьтесь. Это Окумура Юмина, моя жена. А это... ваш внук и племянник, Юкио.

Тишина, воцарившаяся в комнате, была почти осязаемой. Джин А открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова, переводя взгляд с невероятно красивой девушки на крошечный сверток у неё на руках, а затем на брата.

– Жена?.. – наконец выдавила Кён Хе, прижимая руку к груди. – Внук? Джинву, ты... когда ты успел?

– Мы поженились некоторое время назад, – Джинву подошел к Юми и обнял её за талию. – Мы хотели сохранить это в тайне, пока не родится ребенок. Юми — охотница особого ранга, и её безопасность была для меня приоритетом.

Юми сделала шаг вперед и слегка поклонилась, насколько позволял ребенок на руках.

– Для меня большая честь познакомиться с вами, – сказала она на безупречном корейском. – Джинву много рассказывал о вас. Простите за такую внезапность, но обстоятельства требовали тишины.

Кён Хе, преодолев первый шок, медленно подошла к Юми. Её глаза наполнились слезами, когда она увидела личико спящего младенца.

– О боже... он такой крошечный... – прошептала она, протягивая дрожащую руку. – Можно мне?

Юми осторожно передала ей Юкио. Как только ребенок оказался в руках бабушки, он открыл глаза и зевнул. Кён Хе ахнула.

– У него твои волосы, Джинву... но глаза... какие удивительные глаза!

– Братик, ты серьезно?! – Джин А наконец обрела дар речи и буквально подпрыгнула на месте. – Ты женился на S-ранговой охотнице из Японии? На той самой «Принцессе Драконов»? И у вас уже ребенок?! Ты хоть представляешь, что будет, когда об этом узнает школа? Мой брат — отец!

– Джин А, потише, – Джинву нахмурился, но в его глазах плясали смешинки. – Ты напугаешь его.

– Его? Напугаешь? – Джин А подошла ближе, рассматривая племянника. – От него маной несет за версту! Он больше похож на маленького монстра, чем на обычного ребенка. В хорошем смысле!

Юми улыбнулась, чувствуя, как напряжение окончательно уходит. Семья Джинву приняла её гораздо легче, чем она ожидала. В этой простоте и искренности было что-то, чего ей так не хватало в её собственном прошлом.

– Он очень сильный, – подтвердила Юми. – Иногда мне кажется, что он пытается призвать тени, когда проголодается.

– Ну, в этом он точно пошел в отца, – рассмеялась Кён Хе, прижимая внука к себе. – Джинву в детстве тоже был очень настойчивым.

Весь день дом был наполнен смехом, разговорами и запахом домашней еды, которую привезла Кён Хе. Джин А не отходила от Юми, засыпая её вопросами о том, как они познакомились и каково это — быть женой самого сильного человека в мире. Юми отвечала честно, иногда бросая на Джинву многозначительные взгляды, от которых тот слегка краснел.

К вечеру, когда гости уехали, пообещав возвращаться каждые выходные, Джинву и Юми снова остались одни. Юкио наконец уснул в своей люльке, которая была укреплена магическими печатями самого Монарха.

– Ну как? – спросил Джинву, обнимая жену со спины, когда они стояли на балконе, глядя на закат.

– Твоя мама замечательная, – тихо ответила Юми. – Она подарила мне ощущение, что я действительно часть семьи. Не «сосуд силы», не «наследница», а просто... невестка. Это странно, но очень приятно.

– Ты и есть часть семьи, Юми. Теперь это твой мир.

Джинву прижал её к себе сильнее. Он чувствовал, как их общая мана переплетается, создавая вокруг дома нерушимый щит.

– Знаешь, – Юми повернулась в его руках, заглядывая в серые глаза. – Джин А сказала, что Юкио похож на маленького монстра. Она права. В нем столько мощи, что я боюсь представить его первый день в школе.

– Мы научим его контролировать это, – пообещал Джинву. – У него лучшие учителя.

Он наклонился и поцеловал её — долго и глубоко, вкладывая в этот поцелуй всю свою благодарность за то, что она ворвалась в его холодный, одинокий мир теней и принесла с собой это яростное, живое пламя.

– Нам всё еще нужно расширить дом, – прошептала Юми, отстранившись. – Если Юкио начнет ползать и случайно использует «Обмен тенями», мы его не найдем.

Джинву хмыкнул, представляя, как Игрис или Бер будут нянчиться с телепортирующимся младенцем.

– Я прикажу теням построить дополнительное крыло. И на этот раз... пусть используют черную сталь. На всякий случай.

Они стояли в тишине, наслаждаясь моментом. Теневой Монарх и Небесный Дракон. Их союз был рожден из необходимости, но окреп в страсти и любви. И теперь, глядя на звезды, они знали: их сын станет легендой, но для них он всегда будет тем самым маленьким чудом с небесно-голубыми глазами, которое объединило тьму и свет.

А в детской комнате, в тени под люлькой, Бер тихонько напевал что-то похожее на колыбельную, присягнув на верность новому, самому крошечному, но бесконечно могущественному господину. История рода Сон только начиналась.