← Назад к обзору

Дракон и тень

Дыхание Бездны и Золото Колыбели

Солнечный свет лениво полз по паркету просторной гостиной нового поместья Окумура-Сон, замирая на ворсинках ковра. В доме стояла та редкая, почти магическая тишина, которая бывает только тогда, когда двое младенцев одновременно решают впасть в глубокий послеобеденный сон.

Алекс Окумура, которому недавно исполнилось шестнадцать, сидел на ковре между двумя колыбелями. Его огромный рост в сто девяносто пять сантиметров заставлял его выглядеть среди детских вещей как доброго великана из сказок. Он осторожно, едва касаясь, поправлял край кружевного одеяла.

– Тише ты, Лев, – прошептал Алекс, когда его верный мейн-кун попытался запрыгнуть на край колыбели. – Если разбудишь Миджун, успокаивать её будешь сам. А у неё голос — как ультразвуковая атака охотника S-ранга.

Кот обиженно фыркнул, но послушно улегся у ног хозяина, превратившись в огромный меховой коврик. Алекс перевел взгляд на детей. Миджун была точной копией отца: те же иссиня-черные волосы, которые уже начали виться, и даже во сне её личико сохраняло серьезное, почти властное выражение. Джин Хо же, названный в честь старого друга Джинву, пошел в мать — его кожа была фарфоровой, а черты лица обещали стать такими же божественно правильными, как у Юмины.

Сон Джинву стоял в дверях, прислонившись к косяку. На нем была простая домашняя футболка, и он выглядел до странности умиротворенным. Теневой Монарх, чье имя заставляло содрогаться монархов других миров, сейчас просто любовался своими детьми.

– Они необычайно тихие сегодня, – негромко произнес Джинву, проходя в комнату и присаживаясь рядом с Алексом.

– Наслаждайтесь моментом, Сон, – Алекс усмехнулся, поправляя свои светлые волосы. – Мама ушла по магазинам, а это значит, что через час они проголодаются и потребуют своего законного внимания. Кровь Драконов и сила Монарха в одном флаконе — это гремучая смесь для желудка.

В этот момент в комнату заглянул Сухо. Он выглядел немного нерешительным, словно всё еще привыкал к этой новой, расширенной версии своей семьи. Он сел в кресло напротив, наблюдая за тем, как Алекс уверенно управляется с малышами.

– Слушай, Алекс, – начал Сухо, понизив голос, чтобы не нарушить покой. – Я давно хотел спросить... но всё как-то момента не было.

Алекс поднял свои ярко-голубые глаза на сводного брата.

– Спрашивай. Ты весь день ходишь с таким лицом, будто решаешь уравнение с десятью неизвестными.

– Твой отец, Цезарь... – Сухо замялся, бросив короткий взгляд на Джинву. – Он ведь женат на мужчине. На Ли Воне. И твоя мама... она сама выбрала его в качестве отца для тебя, зная всё это. Как ты к этому относишься? Ну, к их выбору, к тому, как устроена ваша семья?

Джинву тоже замер, внимательно прислушиваясь. Ему было важно услышать ответ Алекса, ведь его собственные отношения с Юминой и разрыв с Хэ Ин всё еще оставались болезненной темой для Сухо.

Алекс откинулся на руки, глядя в потолок. Его серьги черно-серебристого цвета тускло блеснули в солнечном свете.

– Знаешь, Сухо, в моем роду — в роду Окумура — ценят не форму, а суть, – голос Алекса звучал мудро, не по годам рассудительно. – Моя мать — существо высшего порядка. Она видит людей насквозь. Когда она выбирала Цезаря, она искала не просто «мужа» в классическом понимании. Ей нужен был генетический код, сила, достоинство и человек, который сможет стать опорой, не пытаясь её подчинить.

Юноша перевел взгляд на спящего Джин Хо.

– Цезарь и Ли Вон — самые счастливые люди из всех, кого я знаю. Ли Вон — гениальный адвокат, он мозг империи моего отца. А мой отец — её сердце и кулаки. То, что они любят друг друга, делает их сильнее. Я вырос, видя не «странную пару», а двух людей, которые преданы друг другу до конца. И мой отец всегда был для меня примером. Мы с ним на одной волне. Он никогда не лгал мне, и мама никогда не лгала.

– Но разве тебе не хотелось... ну, обычной семьи? – тихо спросил Сухо.

– Обычной? – Алекс рассмеялся, но тут же прикрыл рот рукой, заметив, как Миджун зашевелилась. – Посмотри на нас, Сухо. Мой отчим — Теневой Монарх. Моя мать — наследница древних драконов. Мой биологический отец — русский великан, который может голыми руками свалить здание. Что в нашей жизни может быть «обычным»?

Джинву слегка улыбнулся, положив руку на плечо Алекса.

– Твой ответ делает тебе честь, Алекс. Ты действительно мудр не по годам.

– Это наследственное, – Алекс подмигнул. – Я понимаю, к чему ты клонишь, Сухо. Тебе трудно принять, что твой отец выбрал путь, который разрушил старую картинку. Но посмотри на него сейчас. Разве он был таким с твоей мамой?

Сухо посмотрел на отца. Джинву выглядел живым. В нем больше не было той замороженной маски долга, которую он носил годами.

– Нет, – признал Сухо. – Он никогда так не улыбался.

– Вот и ответ, – Алекс встал, разминая затекшие ноги. – Счастье родителей — это лучшая среда для роста детей. Я знаю, что когда у меня самого будут дети, они унаследуют всё: и мою силу, и роль главы рода Окумура. И я хочу, чтобы они видели перед собой человека, который живет по правде, а не по правилам, написанным кем-то другим.

В этот момент Миджун открыла глаза. Её фиолетовый взгляд, точная копия отцовского, сфокусировался на Алексе. Она не заплакала, а лишь издала требовательный звук.

– Ну вот, – Алекс подхватил малышку на руки. – Проснулась принцесса Тьмы.

Джинву тут же оказался рядом, осторожно забирая дочь из рук Алекса. Он прижал её к себе с такой нежностью, что казалось, весь его грозный облик растаял.

– Мое сокровище, – прошептал Джинву, целуя крошечный лоб. – Миджун... ты ведь уже чувствуешь свою силу, верно?

Малышка схватила отца за палец, и в комнате на мгновение сгустились тени, ласково окутывая её колыбель. Это было проявление магии высшего порядка, неосознанное, но пугающе мощное.

– Она — твоя копия, Джинву, – Алекс подошел к другой колыбели, где заворочался Джин Хо. – А этот парень явно ждет маму. Он уже пытается сканировать пространство на наличие её ауры.

– Юми скоро будет, – Джинву посмотрел на часы. – Она обещала не задерживаться. Сказала, что в Сеуле открыли какой-то новый бутик с детской одеждой из магического шелка.

– Магический шелк для младенцев, – Сухо покачал頭. – Наша семья официально сошла с ума.

– Это только начало, брат, – Алекс похлопал Сухо по плечу. – Подожди, когда они начнут ходить. С их способностями нам придется перестраивать поместье каждые две недели.

Джинву рассмеялся, баюкая дочь. В этот момент он чувствовал себя абсолютно целостным. Его жизнь была разделена на «до» и «после», и это «после» было наполнено смыслом, который не могла дать ни одна битва.

– Алекс, – позвал Джинву, когда юноша уже собирался выйти из комнаты, чтобы приготовить смесь. – Спасибо тебе. За то, что принял нас. За то, что стал для Сухо братом, а для этих малышей — защитником.

Алекс остановился в дверях, его атлетичное телосложение почти полностью перекрывало проем. Он обернулся, и на его лице была та самая легкая, сдержанная улыбка.

– Мы — одна кровь, Сон. Драконы и тени всегда ходят рядом. К тому же... кто-то же должен присматривать за тобой, чтобы ты не слишком баловал их.

Когда Алекс ушел на кухню, Сухо подошел к отцу. Он долго смотрел на сестру, а потом протянул руку и осторожно коснулся её ладошки.

– Она красивая, пап. Правда.

– Она — надежда, Сухо, – ответил Джинву. – Как и ты. Как и Алекс. Вы — те, кто будет править этим миром, когда мы с Юми уйдем в тень.

– Я постараюсь быть для них хорошим старшим братом, – серьезно пообещал Сухо. – Хотя, кажется, Алекс уже занял вакансию «самого крутого брата в мире».

– У вас разные роли, – Джинву улыбнулся. – Но вы оба нужны им.

На кухне Алекс возился с бутылочками. Его движения были точными и уверенными. Он любил готовить, и даже приготовление детского питания превращалось для него в своего рода ритуал. Лев сидел на столе, внимательно наблюдая за процессом.

– Скоро мама придет, Лев, – бормотал Алекс. – Принесет нам кучу пакетов и заставит всё это примерять. Готовься, тебе наверняка купили новый ошейник с какими-нибудь кристаллами маны.

Кот издал звук, подозрительно похожий на вздох обреченности.

Входная дверь хлопнула, и по дому разнесся мелодичный голос Юмины.

– Я дома! Джинву, Алекс, идите помогать с пакетами! Я нашла совершенно потрясающие вещи!

Алекс улыбнулся шире. Его мать была счастлива, и это было главным. Он вышел в прихожую, где Юмина, окруженная парящими в воздухе пакетами (которые она удерживала своей маной), уже снимала свои изящные ботильоны.

– Ого, мам, ты скупила половину Каннама? – Алекс подхватил самые тяжелые пакеты.

– Только самое необходимое, – Юмина подошла к сыну и поцеловала его в щеку. – Как дети? Не плакали?

– Вели себя как истинные аристократы Тьмы, – доложил Алекс. – Джинву сейчас в детской, проходит курс молодого бойца с Миджун.

Юмина рассмеялась, её глаза сияли небесной синевой. Она выглядела как божество, спустившееся на землю ради шопинга.

– Пойду спасать нашего Монарха, – она направилась вглубь дома.

Алекс остался в прихожей, глядя на гору покупок. Он чувствовал, как в доме пульсирует жизнь — мощная, яркая, защищенная со всех сторон любовью и невероятной силой.

Ему было шестнадцать. Впереди была целая жизнь, полная открытий. Он знал, что его сила будет расти, что однажды он возглавит род Окумура, и что его собственные дети унаследуют это золото драконьей крови. Но сейчас... сейчас он был просто сыном, братом и опорой для своей семьи.

– Эй, Алекс! – крикнул Джинву из гостиной. – Юми принесла персики! Те самые, из спецзаказа!

– Иду! – отозвался Алекс, его глаза азартно блеснули. – Оставьте мне самые крупные!

Он шел по коридору своего дома, и каждый его шаг отдавался уверенностью. Здесь, в этом месте, где встретились две великие легенды, не было места страху. Было только будущее — чистое, как фарфоровая кожа его матери, и глубокое, как тени его отчима.

Семья Окумура-Сон была готова к любым вызовам. И Алекс знал, что он — тот самый мост, который соединяет все эти миры в единое целое. Он был Окумурой. Он был наследником Дракона. И он был абсолютно счастлив.

Вечером, когда все пакеты были разобраны, а дети наконец уснули под присмотром Льва, вся семья собралась на террасе. Джинву обнимал Юмину, Сухо что-то увлеченно рассказывал Алексу о новых подземельях, а Алекс просто слушал, лениво покусывая сочный персик.

– Знаешь, Джинву, – тихо сказала Юмина, глядя на звезды. – Цезарь звонил сегодня. Сказал, что Милана уже спрашивает, когда мы приедем в Россию. Она хочет познакомиться с «темными близнецами».

– Скоро, – ответил Джинву. – Как только они немного окрепнут. Думаю, деду Александру понравится Миджун. Она уже умеет смотреть так же сурово, как он.

Алекс рассмеялся, и этот смех подхватил ветер, унося его далеко за пределы поместья. Мир охотников жил своей жизнью, случались прорывы, гильдии боролись за власть, но здесь, в этом кругу света, царил абсолютный покой.

– Мы — хорошая команда, – заметил Алекс, глядя на родителей.

– Лучшая, – подтвердил Джинву.

И в этом простом слове была заключена вся истина их долгого и трудного пути. Пути, который привел их к этой тихой ночи, к этому вкусу персиков и к этой уверенности в завтрашнем дне. Наследие двух солнц было в надежных руках, и рассвет, который они создали вместе, обещал быть вечным.