← Назад к обзору

Друг дебил

Первые шаги в неизведанное

Вильям и Рик сидели в столовой, окруженные гулом голосов и запахами еды, но для них двоих мир сузился до их столика, до их взглядов, до их дыхания. Рик вытирал слезы тыльной стороной ладони, его глаза все еще блестели, а на щеках играл румянец. Вильям, напротив, выглядел собранным, но его желтые глаза горели необычным огнем. Он держал руку Рика в своей, поглаживая большим пальцем его нежные костяшки.

– Я... я не знаю, что сказать, – прошептал Рик, наконец, его голос все еще дрожал.

– Ничего не говори, – ответил Вильям, его голос был глубже обычного, почти бархатным. – Просто... дай мне понять. Дай мне время.

Рик кивнул, не в силах оторвать взгляд от его лица. Он видел в Вильяме что-то новое, что-то, чего никогда раньше не замечал. Или не хотел замечать. Нежность? Уязвимость?

– Я... я не хочу, чтобы ты жалел, – сказал Рик, опустив глаза. – Я знаю, как ты относился...

– Забудь, – Вильям сжал его руку. – Забудь все, что я говорил раньше. Это... это было глупо. Я был глуп.

Рик поднял на него глаза, полные недоверия.

– Но... ты же так искренне верил в это.

– Искренне? – Вильям усмехнулся, но в этой усмешке не было привычной насмешки, только горечь. – Я верил в то, что мне внушили. В то, что казалось мне правильным. Но это было не мое. Это было чужое.

Он замолчал, погрузившись в свои мысли. Рик терпеливо ждал. Он прекрасно понимал, что для Вильяма это не просто признание чувств, это целый переворот в его мировоззрении, в его жизни.

– Знаешь, – Вильям заговорил снова, его голос был тихим, почти исповедальным, – когда ты поцеловал меня тогда... я был в шоке. Полном. Мозг отказывался воспринимать. Но знаешь, что было самым странным?

Рик покачал головой.

– Я не почувствовал отвращения. – Вильям посмотрел ему прямо в глаза. – Я ждал его. Ждал, что меня стошнит, что я захочу стереть твои губы с моих. Но ничего этого не было. Было... просто ничего. А потом... потом я начал думать. И чем больше я думал, тем сильнее понимал, что это не «ничего». Это было... любопытство. И какое-то странное чувство... не знаю, чего.

Он вздохнул, отпуская руку Рика и почесывая затылок.

– А потом ты начал меня избегать. И вот тут-то все и началось. Я не мог понять, почему я так злюсь. Почему я так раздражен. Почему мне так не хватает тебя. Я, Вильям Пентон, скучал по Рику Блейку. По его глупым шуткам, по его вечному оптимизму, по его спокойному голосу. Это сводило меня с ума. Я не понимал, что происходит.

Рик слушал его, затаив дыхание. Он никогда не думал, что Вильям способен на такую откровенность, на такое самокопание.

– Я пытался убедить себя, что это просто привычка, – продолжил Вильям. – Что это потому, что ты мой друг. Но потом я поймал себя на мысли, что постоянно ищу тебя глазами. Что я ловлю себя на том, что думаю о твоих глазах, о твоей улыбке. И тогда я понял. Понял, что это не просто дружба.

Он снова взял Рика за руку, его взгляд был серьезным и пронзительным.

– Я не знаю, что это, Рик. Но я хочу узнать. Хочу узнать с тобой.

Рик снова заплакал, но на этот раз это были слезы радости и облегчения. Он наклонился и обнял Вильяма, уткнувшись ему в плечо. Вильям сначала слегка напрягся, но потом расслабился и обнял его в ответ, осторожно поглаживая по спине.

– Я... я так долго этого ждал, – прошептал Рик. – Я думал, что никогда...

– Тшш, – Вильям поцеловал его в волосы. – Теперь это неважно. Важно то, что сейчас. И то, что будет дальше.

Они сидели так несколько минут, в объятиях друг друга, не обращая внимания на окружающих. Для них двоих в этот момент существовал только их маленький мир, мир, который только что начал меняться.

Когда они, наконец, отстранились, Рик посмотрел на Вильяма с робкой улыбкой.

– Что теперь?

Вильям усмехнулся.

– Теперь? Теперь мы идем ко мне. Нам нужно поговорить. Многое обсудить.

Рик смутился.

– К тебе? Но... а как же...

– Как же что? – Вильям поднял бровь. – Мои соседи? Мои друзья? Мне плевать. Я устал прятаться. Устал притворяться. И я не хочу, чтобы ты прятался.

В его голосе была такая решимость, что Рик не посмел возразить. Он встал, Вильям последовал за ним. Они пошли по коридору, держась за руки, и Рик заметил, как некоторые студенты смотрят на них с удивлением, а некоторые даже с осуждением. Но он не обращал внимания. Рядом с Вильямом он чувствовал себя в безопасности, чувствовал себя сильным.

Когда они пришли в комнату Вильяма в общежитии, там было пусто. Соседи Вильяма, видимо, были на тренировке или на занятиях. Вильям закрыл дверь, повернулся к Рику и притянул его к себе, снова целуя. Этот поцелуй был еще более глубоким и страстным, чем предыдущий. В нем было столько накопившихся эмоций, столько невысказанных слов, столько надежды.

Когда они оторвались друг от друга, Рик тяжело дышал, его щеки горели.

– Вильям... – выдохнул он. – Я... я не знаю, что происходит.

– Происходит то, что я хочу быть с тобой, Рик, – сказал Вильям, его голос был хриплым от желания. – Я хочу узнать тебя. Узнать, что это за чувство. И я хочу, чтобы ты был рядом.

Он провел рукой по русым волосам Рика, его пальцы нежно погладили его затылок.

– Я никогда не думал, что смогу так чувствовать. Никогда не думал, что смогу... любить.

Рик вздрогнул от этого слова. Любить. Вильям сказал, что любит его.

– Ты... ты любишь меня? – прошептал Рик, его глаза расширились.

Вильям кивнул, его желтые глаза смотрели на Рика с такой интенсивностью, что Рик почувствовал, как его сердце пропускает удар.

– Да, Рик. Я думаю, что люблю тебя. И это... это пугает меня до чертиков. Но одновременно... это самое прекрасное, что когда-либо со мной случалось.

Он поцеловал его снова, на этот раз нежно и трепетно. Рик ответил на поцелуй, его руки обвили шею Вильяма, притягивая его ближе. Он чувствовал, как мир вокруг них растворяется, оставляя только их двоих, их чувства, их дыхание.

Они провели остаток дня в комнате Вильяма, разговаривая, целуясь, просто находясь рядом друг с другом. Вильям рассказывал Рику о своих мыслях, о своих страхах, о том, как он боролся с собой эти два месяца. Рик, в свою очередь, делился своими переживаниями, своей болью, своей надеждой. Они узнавали друг друга заново, открывая друг в друге новые грани, новые стороны.

Вильям, который всегда казался таким серьезным и агрессивным, оказался гораздо более чувствительным и вдумчивым, чем Рик мог себе представить. А Рик, который всегда был таким мягким и робким, показал неожиданную силу и стойкость.

Они говорили о своих планах, о своих мечтах, о том, как они будут строить свои отношения. Вильям признался, что ему будет непросто изменить свое отношение к геям, к себе, но он был готов работать над этим. Он был готов учиться, готов меняться. Ради Рика.

– Я знаю, что это будет нелегко, – сказал Вильям, поглаживая Рика по щеке. – Нам придется столкнуться с осуждением, с непониманием. Но я готов. Если ты будешь рядом.

– Я буду, – Рик прижался к нему. – Всегда.

Они поужинали в комнате, заказав пиццу, и смеялись над глупыми шутками. Рик чувствовал себя так легко, так свободно, как никогда раньше. Он мог быть собой рядом с Вильямом, мог не бояться осуждения, мог не скрывать своих чувств.

Вечером, когда стемнело, они сидели на кровати, обнявшись. Вильям нежно поглаживал Рика по волосам, а Рик прижался к нему, слушая биение его сердца.

– Знаешь, – прошептал Рик, – я всегда мечтал об этом.

– О чем? – пробормотал Вильям, целуя его в макушку.

– О том, чтобы ты меня полюбил. О том, чтобы ты принял меня таким, какой я есть.

Вильям крепче обнял его.

– Я не просто принял тебя, Рик. Я... я по-настоящему полюбил тебя. И я рад, что ты был достаточно смел, чтобы показать мне это.

Рик поднял голову и посмотрел на него. В его карих глазах светилась такая любовь, такое счастье, что у Вильяма сжалось сердце.

– Я люблю тебя, Вильям, – сказал Рик, и в его голосе не было ни капли страха, только чистая, искренняя любовь.

– И я тебя, Рик, – ответил Вильям, и в его голосе тоже не было ни капли прежней ненависти, только нежность и тепло.

Они поцеловались, и этот поцелуй был обещанием. Обещанием нового начала, обещанием любви, обещанием будущего, которое они будут строить вместе. Неважно, что ждало их впереди, неважно, с какими трудностями им придется столкнуться. Главное, что они были вместе. И это было все, что имело значение.

На следующее утро они проснулись в объятиях друг друга. Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, освещая их лица. Рик спал, прижавшись к Вильяму, его голова лежала у него на плече. Вильям смотрел на него, его сердце переполнялось нежностью. Он не мог поверить, что это происходит на самом деле. Что этот милый, хрупкий парень, которого он так долго считал просто другом, теперь был его. Его любовь.

Он осторожно погладил Рика по волосам, и тот проснулся, медленно открывая свои карие глаза. Он посмотрел на Вильяма, и на его лице появилась сонная улыбка.

– Доброе утро, – прошептал Рик.

– Доброе, – ответил Вильям, целуя его в лоб. – Как спалось?

– Лучше, чем когда-либо, – Рик прижался к нему. – Я думал, что это сон.

– Нет, не сон, – Вильям обнял его крепче. – Это реальность. Наша реальность.

Они лежали так еще некоторое время, наслаждаясь тишиной и близостью. Потом Вильям встал, чтобы приготовить завтрак, а Рик остался лежать в кровати, наблюдая за ним. Он видел, как Вильям двигается по кухне, как он сосредоточенно готовит яичницу, и в этот момент он понял, что его жизнь изменилась навсегда. И он был готов к этим изменениям.

Когда они завтракали, Вильям сказал:

– Нам нужно будет поговорить с моими друзьями. И с твоими. И с родителями.

Рик напрягся.

– Я знаю, – сказал Вильям, заметив его реакцию. – Это будет непросто. Но мы справимся. Вместе.

Рик кивнул, его сердце колотилось от предвкушения и страха. Но рядом с Вильямом он чувствовал себя увереннее.

– А потом... – Вильям улыбнулся. – Мы пойдем на свидание. На настоящее свидание.

Рик засмеялся.

– Куда?

– Куда захочешь, – Вильям потянулся через стол и взял его за руку. – В кино, в кафе, в парк. Куда угодно. Я хочу, чтобы все знали, что ты мой.

В его словах была такая уверенность, такая гордость, что Рик почувствовал, как его сердце наполняется теплом. Он знал, что их путь не будет простым, но он был готов пройти его. С Вильямом. С его любовью. И он знал, что эта любовь, которая зародилась из ненависти, теперь станет их путеводной звездой, освещающей им путь в неизведанное будущее.