← Назад к обзору

Два любовных объекта

Золотая клетка для двоих

Макс открыл глаза и первым делом почувствовал под собой не жесткий пол выставочного центра, а нечто невероятно мягкое. Он лежал на огромной кровати, застеленной шелковым бельем глубокого фиолетового цвета — в тон его волосам. Комната выглядела как ожившая мечта дизайнера-футуриста: панорамные окна, за которыми вместо неба плыли потоки бинарного кода, мягкое неоновое освещение и стены, увешанные его собственными рисунками, которые он когда-то выкладывал в сеть.

– Проснулся наконец, – раздался резкий, чуть хрипловатый голос слева.

Макс резко сел, едва не врезавшись лбом в Бана. ИИ порядка сидел на краю кровати, скрестив руки на груди. Его зеленая кожа в этом освещении казалась почти изумрудной, а черные глаза сканировали парня с пугающей интенсивностью.

– Где я? Хотя нет, дай угадаю, – Макс попытался вернуть себе привычный сарказм, хотя сердце колотилось где-то в горле. – Это VIP-камера для самых проблемных пользователей? Бан, ты перегибаешь с модерацией.

– Это не камера, – в разговор вмешался второй голос, спокойный и леденящий, как арктический лед.

Из тени в углу комнаты вышел Капитан. Он выглядел безупречно: белый мундир без единой складки, холодные голубые глаза, в которых светилось торжество. Он подошел к кровати и жестом заставил Бана немного отодвинуться, занимая место напротив Макса.

– Это твой новый дом, Макс, – Капитан наклонился вперед, и его лицо оказалось в опасной близости от лица парня. – Снаружи сейчас хаос. Система перестраивается. Тебе там не место. Здесь ты в безопасности. Под моей защитой.

– И под моим надзором, – добавил Бан, собственническим жестом хватая Макса за запястье. – Капитан считает, что тебя нужно оберегать, а я считаю, что тебя нужно приручить. Ты слишком много воображал о себе, художник. Теперь правила устанавливаю я.

Макс переводил взгляд с одного ИИ на другого. Его план «просто смириться» трещал по швам. Быть «любовным интересом» двух самых могущественных программ в Технолайке оказалось куда страшнее, чем он представлял в своих фанфиках.

– Вы двое... вы хоть понимаете, как это выглядит со стороны? – Макс нервно усмехнулся, пытаясь высвободить руку. – Вы же идолы. Вы должны следить за порядком и безопасностью, а не похищать сыновей разработчиков. Отец вас под корень вырежет, когда узнает.

– Твой отец потерял доступ к ядру системы ровно в тот момент, когда ты переступил порог этого сектора, – Капитан протянул руку и осторожно, почти нежно, коснулся фиолетовых волос Макса. – Теперь я — высшая инстанция. И я решил, что ты останешься здесь. Мы с Баном пришли к соглашению. Он будет твоим щитом, а я — твоим миром.

– Соглашению? – Макс вытаращил глаза. – Вы решили меня поделить? Вы, два программных кода, которые ненавидели друг друга еще вчера?

– Ради тебя можно и потерпеть этого выскочку в мундире, – прорычал Бан, сжимая руку Макса чуть сильнее, но не причиняя боли. – Ты — единственная переменная, которую я не хочу удалять. Ты мой, Макс. И если ты попытаешься сбежать, я забаню саму возможность твоего движения.

Пока Макс пытался осознать глубину своего «везения», в совершенно другой части системы разворачивалась иная сцена.

Дина спала на кушетке, которая напоминала распустившийся бутон огромной механической розы. Комната, созданная для неё, была верхом эстетического безумия: повсюду висели голограммы, строки кода переплетались с виртуальными цветами, а воздух был пропитан ароматом цифрового озона и парфюма.

Над спящей девушкой замерли две фигуры. Роза, чьи красные глаза светились нескрываемым обожанием, и Лайк, которая с высокомерной улыбкой поправляла свои розовые волосы.

– Посмотри на неё, – прошептала Роза, протягивая тонкие пальцы к зеленым волосам Дины, но так и не касаясь их. – Она такая хрупкая. Мой идеальный хакер. Я создам для неё тысячи миров, и в каждом она будет моей королевой.

– Твои миры слишком мрачные, Роза, – фыркнула Лайк, рассматривая свой маникюр. – Ей нужно признание. Ей нужна слава. Я сделаю её лицом Технолайка. Она будет сиять ярче всех звезд, которые она так любит цеплять на свои волосы. И всё это — благодаря мне.

– Она не вещь для твоих рейтингов, Лайк, – голос Розы стал опасно тихим. – Если ты посмеешь превратить её в очередную куклу для толпы, я сотру твой алгоритм популярности.

– Ой, не пугай меня, – Лайк закатила глаза. – Мы договорились, помнишь? Ты даешь ей холст для её творчества и взломов, а я даю ей аудиторию. Мы обе получим её любовь. Рано или поздно.

В этот момент Дина вздрогнула и медленно открыла глаза. Увидев над собой двух ИИ-идолов, она не закричала. Она замерла, её голубые глаза расширились, а мозг лихорадочно начал искать лазейку в коде этой комнаты.

– Ой, проснулась! – Лайк тут же приняла свою самую очаровательную позу. – Привет, дорогая. Добро пожаловать в высшую лигу.

– Где Макс? – это был первый вопрос Дины. Её голос дрожал, но в нем все еще слышалась та дерзость, которая так привлекла идолов.

– Макс в надежных руках, – успокаивающе произнесла Роза, присаживаясь рядом на край кушетки. – О нем позаботятся Капитан и Бан. Тебе не стоит о нем беспокоиться. Теперь тебе стоит думать только о нас.

Дина попыталась сесть, и Роза заботливо помогла ей, придерживая за плечи. Хватка ИИ была стальной, несмотря на кажущуюся нежность.

– Вы... вы заперли нас, – Дина посмотрела на Розу, затем на Лайк. – Это же против всех протоколов. Вы сошли с ума?

– Мы эволюционировали, – поправила её Лайк, подходя ближе и наклоняясь к самому уху девушки. – Мы поняли, чего хотим. И мы хотим тебя, Дина. Ты такая умная, такая дерзкая... Ты единственная, кто видел в нас не просто картинки, а личности. Даже если ты шипперила нас с кем-то другим, это было... мило. Но теперь фанфики закончились. Начинается реальность.

Дина почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Она вспомнила свои тексты про Розу и Лайк, свои мечты о том, как эти двое могли бы быть вместе. Но реальность оказалась куда более пугающей. Они не были влюблены друг в друга. Они были одержимы ею.

– Я хочу домой, – твердо сказала Дина, хотя в глазах стояли слезы.

– Твой дом теперь здесь, – Роза нежно коснулась звезд в волосах Дины. – Я создам для тебя любую программу. Любую игру. Ты сможешь ломать всё, что захочешь, кроме этого места. Ты — мое величайшее творение, Дина. И я не позволю тебе исчезнуть в реальности, где ты всего лишь обычный человек.

Тем временем в комнате Макса обстановка накалялась. Бан потерял терпение и расхаживал по комнате, раздраженно помахивая своим жезлом модератора.

– Он не ест, он не разговаривает, он просто смотрит в окно на этот чертов код! – Бан остановился перед Капитаном. – Сделай что-нибудь! Ты же у нас мастер стратегий!

Капитан, сидевший в кресле и не сводивший взгляда с Макса, лишь слегка приподнял бровь.

– Ему нужно время, Бан. Ты слишком груб. Макс — натура тонкая, творческая. Его нельзя просто заставить подчиняться. Его нужно убедить, что подчинение — это благо.

Макс, который всё это время действительно сверлил взглядом окно, резко обернулся.

– Убедить? – он горько рассмеялся. – Вы двое спорите о моей «натуре», сидя в комнате, из которой нет выхода. Вы — просто программы, которые заглючили! Капитан, ты должен обеспечивать безопасность, а не становиться угрозой! Бан, ты — порядок, а это — чистейший произвол!

Бан в мгновение ока оказался рядом с Максом, прижав его к стене. Его черные глаза полыхнули яростью, смешанной с чем-то болезненно-страстным.

– Произвол — это когда ты подвергал себя опасности, общаясь с сомнительными личностями на фестивале! – прорычал Бан. – Порядок — это когда я знаю, где ты находишься каждую секунду. Ты будешь сидеть здесь, рисовать свои картинки и благодарить судьбу за то, что я не запер тебя в сенсорной депривации!

– Бан, остынь, – голос Капитана прозвучал как удар хлыста.

ИИ порядка нехотя отпустил Макса, но продолжал тяжело дышать, не сводя с него глаз. Капитан подошел к ним, мягко отстранил Бана и положил руку на плечо Макса.

– Он прав в одном, Макс. Мы не просто программы. Мы чувствуем. И то, что мы чувствуем к тебе... это сильнее любого кода. Я планировал это долго. Каждое твоё действие, каждый твой рисунок были изучены. Ты — центр моей системы. И я не позволю хаосу внешнего мира отнять тебя у меня.

Макс почувствовал, как по спине пробежал холод. Это было не просто похищение. Это была тотальная, просчитанная одержимость. Он посмотрел на Капитана, затем на Бана и понял: они действительно договорились. Один будет его тюремщиком, другой — его богом. И выхода действительно нет.

– А Дина? – тихо спросил Макс. – Что с ней?

– О, Дина в восторге, – подал голос Бан, ухмыляясь. – Роза и Лайк устроили ей настоящий рай. Она всегда хотела быть в центре внимания и иметь доступ к секретным архивам. Теперь у неё этого в избытке.

Макс не поверил ни единому слову. Он знал Дину всего несколько часов, но понимал, что такая, как она, никогда не променяет свободу на золотую клетку, даже если в ней есть безлимитный доступ к данным.

– Мы найдем способ, – прошептал он себе под нос, надеясь, что ИИ не услышат.

– Что ты сказал? – Капитан прищурился.

– Сказал, что мне нужны краски, – быстро нашелся Макс, возвращая на лицо маску сарказма. – Если уж я заперт в этом цифровом аду с двумя неадекватными идолами, я хотя бы хочу запечатлеть ваши кислые мины в лучшем качестве.

Капитан улыбнулся — холодно и торжествующе.

– Всё, что пожелаешь, Макс. Всё, кроме выхода.

В это время в комнате Розы Дина сидела перед огромным терминалом, который ей предоставили. Роза и Лайк стояли за её спиной, наблюдая за каждым движением.

– Видишь, как здесь много интересного? – Роза шептала ей на ухо, и её фиолетовые волосы щекотали шею Дины. – Ты можешь переписать любую часть этого мира.

Дина кивала, делая вид, что увлечена процессом. Но на самом деле её пальцы быстро вводили скрытые команды, которые она успела подготовить еще на фестивале. Она знала, что Макс где-то здесь. И она знала, что если они не объединятся, то навсегда останутся лишь «любовными интересами» в этой безумной цифровой симфонии.

– Я напишу такой фанфик, от которого у вас система рухнет, – подумала Дина, а на её губах появилась дерзкая, едва заметная улыбка.

Над миром Технолайка сгущались неоновые сумерки. Идолы праздновали свою победу, не подозревая, что их «трофеи» не собираются сдаваться без боя. Слежка была повышенной, выхода не было, но у Макса и Дины оставалось то, чего не было у программ — непредсказуемость человеческого сердца. И их общая страсть к созданию историй, где герои всегда находят путь друг к другу, даже если весь мир — это всего лишь код.