← Назад к обзору

Джон Траволта

Роял-чизбургер с драконьей кровью

Винсент Вега сидел в своей машине, постукивая пальцами по рулю в такт «Misirlou», звучащей из радио. Золотой галеон в кармане пиджака казался неестественно тяжелым, словно он весил не пару граммов, а добрый фунт. Лос-Анджелес жил своей обычной жизнью: пахло смогом, разогретым асфальтом и дешевым парфюмом, но Винсент никак не мог отделаться от ощущения, что реальность дала трещину.

– Эй, Винс, ты меня вообще слышишь? – Джулс Уиннфилд, сидевший на пассажирском сиденье, недовольно покосился на напарника. – Я тебе уже пять минут толкую про Антуана Рокамору и его падение из окна, а ты смотришь в пустоту так, будто увидел там второе пришествие.

Винсент медленно повернул голову. Он затянулся сигаретой, выпустил густую струю дыма и задумчиво произнес:

– Слушай, Джулс, ты когда-нибудь задумывался о том, что всё, что мы знаем о мире — это просто обертка? Ну, как бумажка на бургере. Ты ее разворачиваешь, а там внутри не котлета, а... не знаю, говорящая шляпа или сова-почтальон.

Джулс нахмурился, его густые брови сошлись на переносице.

– Винсент, я всегда говорил, что твой героин из Амстердама до добра не доведет. Какая еще шляпа? Какие совы? Мы едем к Бретту, чтобы забрать чемодан Марселласа. Это серьезное дерьмо, а ты несешь какую-то чепуху про зоомагазин.

– Это был не героин, Джулс. И не Амстердам, – Винсент полез в карман и выудил золотую монету. – Глянь на это.

Джулс взял галеон, поднес его к глазам и попробовал на зуб.

– Золото. Настоящее. Откуда оно у тебя? Ты ограбил антикварную лавку, пока я ходил за кофе?

– Я был в банке, – тихо сказал Винсент. – Только банк был не в центре города. И кассиры там были... ну, скажем так, им бы не помешал визит к стоматологу и пластическому хирургу. Маленькие такие уродцы. Злющие, как черти.

– Гоблины, что ли? – Джулс хохотнул, но, заметив абсолютно серьезное лицо Винсента, осекся. – Погоди, ты серьезно?

– Серьезней некуда. И там был старик. Белая борода до пояса, мантия, звезды. Звали Альбус. Очень вежливый дедуля, хотя и со странностями. Он угостил меня стейком, который появился из ниоткуда. Просто — бац! — и тарелка полная.

Джулс замолчал. Он долго смотрел на монету, затем на Винсента, потом снова на монету.

– Ты хочешь сказать, – медленно начал он, – что пока я ждал тебя у входа в туалет, ты провалился в какую-то кроличью нору, пообедал с волшебником и вернулся с золотым дублоном?

– Именно так. И знаешь, что самое странное? Там у них есть парень, Северус. Тип еще тот. Вечно недовольный, волосы сальные, смотрит на тебя так, будто ты плюнул ему в суп. Напомнил мне того парня из бухгалтерии Марселласа, который вечно придирается к чекам.

Джулс вернул монету.

– Винсент, если это правда, то это божественное вмешательство. Но не такое, о котором я обычно говорю. Это какое-то... альтернативное вмешательство.

– Может и так, – вздохнул Вега, включая передачу. – Но сейчас нам нужно разобраться с Бреттом. А потом я, пожалуй, поищу место, где подают тыквенный сок. Просто интересно, какой он на вкус.

Они поднялись на четвертый этаж многоквартирного дома. Обычная работа: напугать парней, забрать чемодан, возможно, кого-то пристрелить. Но в этот раз Винсент чувствовал себя иначе. Когда они вошли в квартиру, и Джулс начал свою знаменитую тираду про «Биг Мак» и «Четвертьфунтовый чизбургер», Винсент стоял у окна, рассеянно поглаживая рукоятку своего «Кольта».

– Как они называют «Четвертьфунтовый чизбургер» во Франции? – гремел голос Джулса.

– Роял-чизбургер, – машинально ответил Бретт, дрожа от страха.

– А знаешь, как они называют его в Хогвартсе? – вдруг подал голос Винсент, выходя из тени.

Все в комнате замерли. Джулс удивленно посмотрел на напарника. Бретт и его друзья вообще не поняли, о чем речь.

– В Хог... где? – переспросил Бретт.

– Забудь, – махнул рукой Винсент. – Там вообще не едят бургеры. Там едят почки в тесте и пьют сливочное пиво. Кстати, Джулс, ты не поверишь, но у них там свечи в воздухе летают. Без всяких ниточек. Просто висят и светят.

– Винсент, сейчас не время для дизайна интерьеров! – рявкнул Джулс. – Мы здесь по делу!

Но атмосфера в комнате уже безвозвратно изменилась. Напряжение, которое обычно предшествовало кровавой развязке, сменилось каким-то абсурдным недоумением. Когда пришло время для цитирования пророка Иезекииля, Джулс начал как обычно:

– Путь праведника труден...

Но на середине фразы он запнулся. Взгляд Джулса упал на золотую монету, которую Винсент зачем-то выложил на комод рядом с чемоданом. Галеон слабо засветился тусклым желтым светом.

– ...и совершу над ними великое мщение наказаниями яростными... – продолжал Джулс, но его голос дрогнул. – Слушай, Винс, а та палочка, про которую ты говорил... Она реально могла превратить человека в жабу?

– Старик Альбус говорил, что при желании можно и в чайник, – кивнул Винсент. – Но он парень мирный. А вот тот, сальный... тот, я думаю, мог бы и чего похуже сотворить.

Бретт, видя, что киллеры отвлеклись на странную беседу, попытался дернуться к пистолету под столом. Винсент среагировал мгновенно. Но вместо того, чтобы просто выстрелить, он сделал странное движение рукой — резкий взмах, который он подсмотрел у Дамблдора.

– Экспеллиармус, твою мать! – выкрикнул он, сам не зная зачем.

Раздался не выстрел, а странный хлопок. Пистолет Бретта вылетел из-под стола и, описав дугу, врезался в стену, разлетевшись на куски. Все в комнате, включая Винсента, замерли в шоке.

– Мать твою, Винсент! – заорал Джулс, отпрыгивая назад. – Ты это видел?! Ты что, только что наколдовал это дерьмо?!

Винсент посмотрел на свою пустую руку, потом на разбитый пистолет.

– Я... я просто попробовал. Это слово крутилось у меня в голове.

– Какое еще слово?! Ты выглядел как гребаный фокусник из Лас-Вегаса, только без кролика! – Джулс тяжело дышал. – Мы уходим. Забирай чемодан, и мы уходим прямо сейчас. Я не собираюсь торчать здесь, пока ты не превратил нас всех в сервиз на шесть персон.

Они выбежали из квартиры, оставив онемевших парней сидеть за столом. В машине Джулс долго молчал, вцепившись в руль.

– Значит так, – наконец сказал он. – Мы отвезем чемодан Марселласу. Потом мы поедем в закусочную. Мы сядем и обсудим это. Но если ты еще раз взмахнешь рукой и скажешь что-то на латыни, я клянусь, Винсент, я высажу тебя на ближайшем перекрестке.

– Договорились, – смиренно ответил Вега. – Но признай, это было круто.

– Это было пугающе, Винс. Пугающе.

Через час они сидели в типичной американской забегаловке. Перед Винсентом стоял огромный молочный коктейль, а Джулс ковырял вилкой яичницу.

– Послушай, – сказал Винсент, помешивая коктейль соломинкой. – Я тут подумал. Если там есть магия, значит, там есть и другие вещи. Например, лекарства. Помнишь, как мы везли Мию к Лэнсу, когда у нее был передоз?

– Как такое забудешь, – буркнул Джулс.

– Так вот, там у них есть зелья. Одна капля — и ты снова на ногах. Никаких шприцев в сердце, никаких криков. Просто глоток какой-то бурды со вкусом мяты.

– И что ты предлагаешь? Открыть аптеку для торчков с магическим уклоном? Марселлас нас пришьет.

– Нет, я просто думаю... Может, мне стоит вернуться? Альбус сказал, что путь назад непрост, но он не говорил, что он невозможен. Там всё как-то... чище, что ли. Даже гоблины, хоть они и сволочи, они честные сволочи. Они любят золото, и они этого не скрывают. А у нас? У нас все улыбаются, а потом стреляют тебе в затылок, потому что ты не так посмотрел на их чизбургер.

Джулс внимательно посмотрел на друга.

– Ты серьезно хочешь свалить в мир, где люди носят платья и ездят на метлах?

– Это не платья, Джулс, это мантии. И это чертовски удобно. Никаких тугих галстуков.

В этот момент дверь закусочной открылась, и вошел человек в длинном черном пальто. Он огляделся и направился прямо к их столику. Винсент напрягся, рука привычно легла на пистолет под столом.

Человек сел на свободный стул. У него было бледное лицо и холодные, пронзительные глаза.

– Мистер Вега, – произнес он голосом, от которого по спине пробежал холодок. – Директор Дамблдор просил передать, что вы забыли свою книгу в туалете.

Он положил на стол потрепанный томик в мягкой обложке. Тот самый, который Винсент читал перед тем, как всё началось.

– Северус? – выдохнул Винсент.

– Профессор Снейп для вас, – отрезал гость. – И уберите свою пушку, мистер Вега. В этом заведении слишком много свидетелей, а у меня нет желания стирать память всему кварталу из-за вашей неосторожности.

Джулс сидел, открыв рот. Яичница на его вилке давно остыла.

– Это он? – прошептал он. – Тот самый парень с грязной головой?

Снейп медленно перевел взгляд на Джулса.

– А вы, полагаю, тот самый Джулс, который считает, что цитирование искаженных текстов придает ему авторитетности? Весьма... маггловский подход.

– Слышь, приятель, – Джулс начал приходить в себя. – Я не знаю, как ты нас нашел, и мне плевать, какой ты там профессор, но ты сейчас сидишь на территории Марселласа Уоллеса.

– Марселлас Уоллес, – Снейп скривил губы в подобии улыбки. – Человек, который не может уследить за собственным чемоданом. Нам известно о нем. Нам известно о многих.

Винсент подался вперед.

– Зачем ты здесь, Северус? Не верю, что ты проделал путь между мирами только ради книги.

– Вы правы, Вега. Директор считает, что ваше... кратковременное пребывание у нас оставило след. Тот «Экспеллиармус» в квартире был ошибкой. Вы нарушаете Статут о секретности.

– Я просто защищался! – возмутился Винсент.

– Вы использовали магию без палочки, не имея ни образования, ни лицензии. Это хаос. А хаос, как вы сами изволили заметить, ваше второе имя.

Снейп достал из кармана маленькую стеклянную бутылочку с прозрачной жидкостью.

– Выпейте это. Это сотрет последние два часа из вашей памяти. Вы вернетесь к своей скучной жизни, будете возить жену босса по ресторанам и обсуждать массаж стоп.

Винсент посмотрел на бутылочку, затем на Снейпа, затем на Джулса.

– А если я не хочу? – тихо спросил он. – Если мне понравилось? Знаешь, Северус, я всю жизнь делаю то, что мне говорят. Марселлас говорит — я стреляю. Волчья стая говорит — я чищу машину от мозгов. А там, в вашем замке, я впервые за долгое время почувствовал, что мир может быть... другим. Удивительным.

Снейп на мгновение смягчился. В его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание, но оно тут же исчезло за маской холодного безразличия.

– Мир магии — это не парк аттракционов, Вега. Это война. Это смерть, которая скрывается за каждым углом, и она гораздо страшнее, чем пуля калибра .45.

– Я привык к смерти, – пожал плечами Винсент. – Мы с ней старые знакомые.

Джулс внезапно ударил ладонью по столу.

– Так, стоп! Никто ничего пить не будет. Винс, если ты хочешь отправиться в это безумие — валяй. Но я остаюсь здесь. У меня здесь дела. И у меня есть предчувствие, что мне пора завязывать с этой работой. Но ты... ты всегда был парнем с воображением.

Винсент улыбнулся. Он взял бутылочку, но не открыл ее.

– Знаешь, Северус, у меня есть предложение. Давай ты вернешься к своему директору и скажешь, что я буду вести себя тихо. Никакой магии в общественных местах. Но взамен... иногда я буду заходить к вам. Угощу тебя настоящим стейком. Не тем, который появляется из воздуха, а тем, который шкварчит на гриле.

Снейп встал. Он поправил свое пальто, которое теперь казалось Винсенту подозрительно похожим на мантию.

– Директор Дамблдор предвидел такой исход. Он сказал, что человеку, который оценил пятидолларовый коктейль, трудно отказать в гостеприимстве.

Снейп положил на стол маленькую визитную карточку. Она была пустой, если не считать маленького тисненого изображения льва и змеи.

– Когда захотите «стейка», просто приложите палец к этой карточке и подумайте о туалете в «Jack Rabbit Slim’s». Это будет ваш портал. И ради всего святого, Вега... помойте голову.

С этими словами Снейп развернулся и вышел из закусочной. Когда дверь закрылась, он словно растворился в воздухе.

В зале воцарилась тишина. Джулс медленно потянулся к своему кофе.

– Винс?

– Да, Джулс?

– Мы только что говорили с волшебником в дешевой закусочной?

– Ага.

– И он сказал, что я цитирую искаженные тексты?

– Похоже на то.

Джулс вздохнул и допил кофе одним глотком.

– Знаешь что? Поехали к Марселласу. Отдадим чемодан. А потом я пойду в церковь. Или в библиотеку. Мне нужно проверить этот чертов текст про Иезекииля.

Винсент Вега завел мотор. Он чувствовал себя великолепно. В его кармане лежал золотой галеон, в другом — визитка в магический мир, а впереди был вечер с Мией Уоллес.

– Эй, Джулс, – сказал он, выезжая на шоссе. – А как ты думаешь, если я приглашу Мию в Хогвартс на танцы, Марселлас сильно расстроится?

– Винсент, – устало ответил Джулс, закрывая глаза. – Просто веди машину. И не вздумай превращать этот шевроле в тыкву. Я только вчера его помыл.

Винсент усмехнулся и прибавил громкость радио. Жизнь в Лос-Анджелесе продолжалась, но теперь в ней было чуть больше искр, чем обычно. А где-то в далеком шотландском замке Альбус Дамблдор, возможно, уже листал меню «Jack Rabbit Slim’s», предвкушая свой пятидолларовый коктейль.