Эдриан Агрест и Т/И Т/Ф знакомство
Лучи, пронзающие кружево
Утро в Париже началось для [Т/И] не со звонка будильника, а с мягкого золотистого света, пробивающегося сквозь тяжелые бархатные шторы отеля «Plaza Athénée». Она потянулась в огромной кровати, чувствуя непривычную легкость. Обычно утро перед отъездом или важными съемками сопровождалось легким мандражом, но сегодня в мыслях крутилось только одно имя — Эдриан.
Вчерашний вечер казался сном. Если бы не визитка с номером телефона, аккуратно лежащая на прикроватной тумбочке, она бы подумала, что ее воображение слишком разыгралось от парижского воздуха. Но нет, сообщение, пришедшее поздно вечером, подтверждало: «Не забудь, мы встречаемся в полдень у фонтана в парке на площади Вогезов. Жду с нетерпением! Э.».
[Т/И] встала и подошла к окну. Город уже проснулся, наполняясь звуками клаксонов и гомоном туристов. Ей предстояло выбрать наряд, который бы не кричал о ее статусе «дочери знаменитостей», но при этом соответствовал бы образу девушки, которая знает толк в стиле. В конце концов, она выбрала легкий сарафан цвета пыльной розы и белые кеды — идеальный вариант для прогулки по парку.
– Ты куда-то собираешься, милая? – Мама [Т/И], облаченная в шелковый халат, вошла в комнату с чашкой кофе в руках. Она выглядела безупречно даже спросонья.
– Да, мам. Вчера на приеме я познакомилась с Эдрианом Агрестом. Он пригласил меня погулять со своими друзьями, – ответила [Т/И], заплетая волосы в небрежную косу.
Мама понимающе улыбнулась, приподняв бровь.
– Сын Габриэля? Хороший выбор компании. Габриэль всегда говорил, что его сын — образец манер. Только будь осторожна с папарацци, дорогая. В Париже они прячутся даже в цветочных горшках.
– Не волнуйся, я буду начеку, – пообещала [Т/И], целуя маму в щеку и выбегая из номера.
Площадь Вогезов встретила ее ароматом цветущих каштанов. У центрального фонтана уже собралась небольшая группа подростков. Эдриан был заметен сразу — его светлые волосы буквально сияли на солнце. Он о чем-то оживленно спорил с парнем в красной кепке и с наушниками на шее. Рядом стояли две девушки: одна с темными волосами, собранными в два хвоста, и другая в очках, с решительным выражением лица.
Заметив [Т/И], Эдриан просиял и замахал рукой.
– Привет! Ты пришла! – Он сделал несколько шагов ей навстречу, и [Т/И] почувствовала, как сердце пропустило удар.
– Я же обещала, – улыбнулась она, подходя ближе. – Надеюсь, я не опоздала?
– Ни в коем случае, мы сами только собрались, – Эдриан повернулся к своим друзьям. – Ребята, знакомьтесь. Это [Т/И]. Она в Париже проездом, и я подумал, что ей просто необходимо увидеть город глазами местных жителей, а не из окна лимузина.
Парень в кепке первым протянул руку.
– Я Нино, главный диджей этой компании и по совместительству лучший друг этого блондина. Добро пожаловать в нашу банду!
– А я Алья, – представилась девушка в очках, поправляя их на переносице. В ее глазах горел профессиональный интерес блогера, но она сдержалась. – Приятно познакомиться. Эдриан сказал, что ты тоже модель, но при этом «совершенно нормальная». Это обнадеживает!
Девушка с хвостиками выглядела немного смущенной, но дружелюбно улыбнулась.
– Я Маринетт. Очень приятно. Твое платье... оно чудесное! Это же из новой коллекции «Boutique de Soie»?
[Т/И] была приятно удивлена.
– Да, именно! Ты разбираешься в моде?
– Маринетт сама отличный дизайнер, – гордо вставил Эдриан, приобняв подругу за плечи. Маринетт тут же слегка покраснела и начала что-то невнятно бормотать о том, что она «просто шьет шляпки».
Компания двинулась вглубь парка. Разговор завязался удивительно легко. [Т/И] ожидала, что ей придется отвечать на сотни вопросов о ее знаменитых родителях или о том, каково это — сниматься для обложек, но ребят интересовала она сама. Они спрашивали о ее любимой музыке, о том, какие города ей понравились больше всего, и делились своими историями.
– Так значит, ты завтра улетаешь в Милан? – спросила Алья, когда они присели на траву в тени большого дерева. – Неужели тебе совсем не хочется просто... ну, прогулять съемки и остаться здесь?
[Т/И] вздохнула, глядя на то, как солнечные зайчики пляшут на траве.
– Иногда хочется. Но это работа. Отец всегда говорит, что дисциплина — это половина успеха. Хотя, признаться, этот день в Париже я запомню надолго. Здесь всё кажется таким... живым.
– Это потому что ты с нами! – воскликнул Нино, включая на телефоне какой-то расслабляющий бит. – Париж без друзей — это просто куча старых камней и дорогая еда. А с друзьями это лучший квест в мире.
Эдриан сидел рядом с [Т/И], прислонившись спиной к стволу дерева.
– Ты знаешь, – тихо произнес он, чтобы слышала только она, – я редко чувствую себя так свободно, как в такие моменты. Мой отец очень строг с графиком, и каждая минута на счету. Но сегодня он разрешил мне отдохнуть, узнав, что я буду с тобой.
– Почему именно со мной? – полюбопытствовала [Т/И].
– Наверное, он считает, что общение с дочерью [Имя Отца] — это «полезный социальный контакт», – Эдриан грустно усмехнулся. – Но для меня это просто возможность пообщаться с кем-то, кто меня понимает.
[Т/И] накрыла его ладонь своей.
– Я рада, что мой «статус» помог тебе получить выходной. Но давай договоримся: сегодня мы не модели и не наследники империй. Мы просто [Т/И] и Эдриан.
Он посмотрел на нее своими изумрудными глазами, и в них отразилась такая искренняя благодарность, что у девушки перехватило дыхание.
– Договорились, – прошептал он.
– Эй, голубки, вы идете? – крикнула Алья, которая уже успела отойти на приличное расстояние вместе с Нино и Маринетт. – Мы идем в лучшую пекарню в округе. Маринетт клянется, что их круассаны могут исцелять разбитые сердца!
– Идем! – отозвался Эдриан, вскакивая на ноги и подавая руку [Т/И].
Остаток дня пролетел как один миг. Они бродили по узким улочкам Маре, заглядывали в крошечные лавочки с винтажными вещами, смеялись над шутками Нино и ели те самые легендарные круассаны, которые оказались действительно божественными. [Т/И] чувствовала себя так, словно знала этих ребят всю жизнь. Маринетт даже пообещала прислать ей эскиз платья, которое, по ее мнению, идеально подошло бы для следующей фотосессии [Т/И].
Когда солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в розовые и оранжевые тона, они вышли к набережной Сены.
– Нам пора, – с сожалением сказала Алья. – У Нино сегодня репетиция, а мне нужно монтировать новое видео для блога. [Т/И], это было круто. Обещай, что когда вернешься в Париж, первым делом напишешь нам.
– Обязательно, – [Т/И] по очереди обняла новых друзей. – Спасибо вам. Это был лучший день за всю мою поездку.
Маринетт подошла последней и тихо добавила:
– Ты очень милая, [Т/И]. Береги Эдриана, он... он очень ценит таких людей, как ты.
Когда ребята ушли, Эдриан и [Т/И] остались вдвоем на мосту Искусств. Ветер доносил прохладу от воды и звуки уличного аккордеона.
– Ты правда улетаешь завтра утром? – спросил Эдриан, глядя на реку.
– Да. Рейс в девять утра.
– Я хотел спросить... – он замялся, подбирая слова. – Мы ведь продолжим общаться? Я знаю, что у нас обоих сумасшедшие графики, перелеты, съемки... Но мне бы очень не хотелось, чтобы наше знакомство закончилось на этом мосту.
[Т/И] подошла ближе, чувствуя, как вечерняя прохлада заставляет ее поежиться. Эдриан, заметив это, тут же снял свой легкий пиджак и накинул ей на плечи.
– Спасибо, – она поплотнее закуталась в ткань, сохранившую его тепло. – Конечно, мы будем общаться. В наше время расстояние — это всего лишь цифры в приложении для видеозвонков. К тому же, я планирую вернуться в Париж через месяц на Неделю моды.
Эдриан улыбнулся, и эта улыбка была самой яркой вещью в сумерках Парижа.
– Тогда я буду ждать. И, может быть, в следующий раз мы сходим куда-нибудь только вдвоем? Без сока на платьях и без толпы друзей?
[Т/И] почувствовала, как щеки обдало жаром.
– Это свидание, Эдриан Агрест?
Он слегка склонил голову, глядя на нее с нежностью.
– Если ты не против, то да. Самое настоящее свидание.
– Я не против, – ответила она, чувствуя, как внутри все поет от счастья.
Они еще долго стояли на мосту, обсуждая пустяки и серьезные вещи, пока огни Эйфелевой башни не начали свой ежечасный танец. В этот момент [Т/И] поняла: Париж действительно город любви, но не потому, что так написано в путеводителях, а потому, что именно здесь, среди миллионов людей, она нашла того, кто увидел в ней не просто красивую картинку, а ее саму.
– Пойдем, я провожу тебя до отеля, – сказал Эдриан, мягко беря ее за руку. – Не хочу, чтобы твой отец решил, что я украл его дочь навсегда. Хотя, признаться, такая мысль кажется мне довольно заманчивой.
Они пошли по вечерним улицам, и [Т/И] знала, что этот вечер — не конец, а только начало большой и удивительной истории, которая началась с одного разлитого стакана сока.