...

Фанфик по серии книг "Гарри Поттер" (Временной промежуток 1975год. Когда Гарри ещё не родился. А на шестом курсе учились Мародеры, Лили и Снейп) Представим, что у Джеймса Поттера есть сестра на год младше — Эмили Поттер. Внешне совсем разные. В отличие от брата она блондинка с ярко жёлтыми глазами, низкая и слегка веснушчатая. Характер похож, но не сильно. Кстати, как и брат играет в квиддич. Она охотник. Вообще они с Джеймсом почти всегда были не разлей вода. Ну... Если это младшая сестра Джеймса, то и для остальных мародеров она "мелкая", так что часть проделок брата и его друзей совершались вместе с ней. Она настолько хорошо может располагать к себе людей, что вполне легко нашла общий язык чуть-ли не со всей школой... И... Что интересно, как бы Мародеры не издевались над Снейпом, как бы он первое время(пару месяцев после их знакомства(её первый курс его второй)) не огрызался на девушку, она всегда оставалась в его сторону довольно мила. Да и впринципе к её пятому курсу они начали вполне неплохо общаться... Но все же Джеймс по отношению к Северусу та ещё тварь. Во дворе между ними началась довольно сильная перепалка. Эмили подбежала хотябы приостановить это все. Снейп же в порыве эмоций на это выдал довольно неприятную фразу, даже больше на девушку, чем на обидчика... —...Ну если тебе моя фамилия не нравиться, давай я твою возьму?!— не сдержалась Эмили... В шоке были все. Она никогда ни на кого так не кричала, а уж тем более от неё не ожидали подобной фразы. За то травля на пару минут остановлена... И... После этой ситуации они с братом не разговаривают уже почти два месяца. Ладно Джеймс перестал дуться спустя недели три, а вот Эмили... Да вообще никто не думал, что она умеет обижаться, даже её брат. А он уже вместе с мародерами пытается разработать план по применению ведь простое "Прости пожалуйста" не работает... Коридоры Хогвартса обычно наполнены гомоном, смехом и звуками торопливых шагов, но для Джеймса Поттера последние два месяца тишина стала самым громким звуком на свете. И эта тишина исходила от человека, который раньше не умолкал ни на секунду. Эмили Поттер, младшая сестра «короля Гриффиндора», всегда была его тенью, его сообщницей и его совестью. Маленькая, хрупкая, с копной светлых волос, которые никак не вязались с чернильно-черной шевелюрой брата, и поразительными янтарными глазами, она казалась солнечным зайчиком, случайно заскочившим в мрачный замок. Она была единственным охотником в истории факультета, который умудрялся забивать голы и тут же извиняться перед вратарем соперников за «досадную неудачу». Но сейчас солнце скрылось за тучами. – Она даже не посмотрела на меня за завтраком, – уныло констатировал Джеймс, развалившись на свой кровати – Сириус, она передала мне соль через Люпина. Я сидел прямо перед ней! Сириус Блэк, лениво перелистывавший журнал по квиддичу, сочувственно хмыкнул, хотя в его глазах плясали смешинки. – Ну, Сохатый, ты должен признать, что та сцена у озера была... эпичной. Я до сих пор вижу лицо Нюниуса во сне. Он выглядел так, будто проглотил целую стаю книжных червей. – Это не смешно, Бродяга! – Джеймс вскочил, взъерошив и без того беспорядочные волосы. – Она заступилась за него. За этого сальноволосого... за Снейпа! И что она ляпнула? «Давай я возьму твою фамилию»? Она хоть понимает, как это звучит? – Это звучало как капитуляция перед здравым смыслом, – вставил Римус, не отрываясь от учебника по Защите от темных искусств. – Но, Джеймс, ты сам виноват. Ты перегнул палку. Отравить его учебники слизью — это одно, но высмеивать его при Эмили, зная, что они общаются... – Общаются! – выплюнул Джеймс. – Да она с ним зелья варит в заброшенном классе! Она приносит ему сэндвичи из Большого зала, потому что он «забывает поесть за учебой». Это предательство семейных ценностей! – Предательство — это когда ты не разговариваешь с сестрой два месяца из-за своей гордости, – тихо заметил Питер, сжимаясь под тяжелым взглядом лидера компании. Джеймс замер. Слова Хвоста, на редкость меткие, попали в цель. Эмили не просто злилась. Она вычеркнула его из своей жизни. Больше никаких совместных полетов по ночам, никаких обсуждений тактики квиддича, никакого шепота под мантией-невидимкой. Эмили Поттер стала призраком. Она исправно посещала уроки, блестяще играла в квиддич, принося Гриффиндору победу за победой, но она больше не смеялась в компании брата. – Нам нужен план «Примирение», – решительно заявил Сириус, хлопая ладонью по столу. – Джеймс, ты исчерпал лимит извинений. Твои совы возвращаются с нераспечатанными письмами. Твои конфеты из «Сладкого королевства» она раздает первокурсникам Хаффлпаффа. – Она даже не ест шоколадных лягушек, – всхлипнул Джеймс. – Это серьезно. – Значит, нужно действовать через то, что она любит больше всего, – Римус отложил книгу. – Квиддич и... справедливость. – И как мы это совместим? – спросил Питер. – Мы устроим «суд», – Сириус хитро прищурился. – Но не обычный. Мы заманим её в раздевалку после тренировки. Джеймс, ты встанешь на колени. Буквально. – Я уже стоял! – возмутился Поттер. – Она просто перешагнула через меня и спросила у Фрэнка Лонгботтома, как дела у его бабушки! —Ну если уж так говорить, то Лили сказала, что она и со Снегом не разговаривает...— невзначай сказал Люпин... ...Одна из женских комнат Гриффиндора... Соседки Лили был кто где, так что девушки были одни... —Слушай, а не перебарщиваем ли мы?— спросила Эмили —Ну мы же хотим их примирить? Я чувствую. От того что я сказала Люпину, он явно поймёт свое безвыходное положение и пойдёт на разговор со Снейпом... —Да помню я наш план, помню. Просто я уже не могу их игнорировать...