...

анфик по фандому "Геншин Импакт" Рощин Константин. Десятый предвесник Фатуи. Звание Предатель. Довольно женоподобный юноша. Длинные, обычно собранные в пучок, белые волосы с темно-красными прядями, бледная кожа, нежные и аккуратные черны лица, бледно-оранжевые глаза с светлыми, выразительными ресницами. Является самым младшим из предвесников. Четырнадцать лет, последние два года из которых он работает на правительство Снежной. Все, конечно, прифигели, когда на роль одного из предвесников Фатуи назначили двенадцати летнего подростка, но с Царицей спорить не стали. Архонт и сама знает, что делает(хотя по словам одного из предвесников: "бабка сошла с ума...")... Все не пошло зря, хоть мальчик был довольно юн, он удивительно хорошо смог влиться в работу. Его серьёзность и рассудительность хоро момогали ему этом... За эти два года Крио архонт осталась вполне довольна своим, как могло показаться раньше, абсурдным решением. Да и другие предвесники тоже вроде были от части рады. Костя медленно и метадично налаживал внутренние дела Снежной... Что же говорить про отношение с предвесниками... К удивлению со всеми либо нейтральные, либо положительные, правда его иногда могут подстебнуть возрастом, но ничего... ...В один вечер Капитано предложил выпить компанией предвесников за почти выполненную цель захвата сердец бога у архонтов... Первый, девятый, одиннадцатый, второй, пятый и десятый, удивительно, что последнего вообще позвали учитывая его возраст, но он тоже там. Спились все, даже Предатель и Петух, которые изначально не хотели много пить... ...Предатель и Чаилд проснулись с дикой головной болью в покоях первого. Каждый из них не помнил ничего из вчерашнего вечера. Они были в крайней степени удивления, но каждый по своему... Костя, отходя от боли не только в голове, но и в отдельных местах тела(заднице, бедрах и кистей рук, на которых были синяки) был в легком шоке. Тарталья мягко говоря тоже охринел(конечно, по пьяни трахнуть даже не достигшего возраста согласия коллегу. А если другие узнают или не дай бог что-то помнят... Как минимум по шее почти от каждого предвесника получит. Особенно от Арлекино, которая за такое "солнце" загрызть может. Да и впринципе вся женская половина Фатуи прибъет его, если все это вскроется. Нет он не боялся, почти). Но старался не показывать это, ему тоже хреново с похмелья... ...С того момента прошло пол года. И какой бы это не было неожиданностью, но подобная близость повторялась уже достаточно часто. Инициатором внезапного секса чаще всего был Аякс, но вот загвоздка... Он хоть актив, но доминирует чаще всего Костя... Мда... Либидо у обоих поднялось знатно... Конечно, все держится в тайне. Проблем ни десятый, ни уж тем более одиннадцатый предвесник, которого скорее всего прибьют за Костю, не хочет. Так что минимум следов на теле, а лучше, чтобы вообще без них... Какими бы грозными предвесниками Фатуи они не были, какой жесткий секс не был ночью, утром они ласкаются, как слепые котята, ищущие тепло и ласку... Одно такое утро... Утро соли и шёлка Солнце ещё не решилось просочиться сквозь тяжёлый бархат штор, но Костя уже открыл глаза — привычка, въевшаяся в кости за два года службы Царице. Голова гудела отдалённо, как старый колокол, в который кто-то ударил спьяну и забыл заглушить. Он лежал на боку, лицом к окну, ощущая спиной жар чужого тела — ровный, тяжёлый, как раскалённый камень у очага. Рука Тартальи лежала на его талии. Пальцы расслабленно сжимали её. Костя чувствовал, как размеренное дыхание Аякса шевелит волосы на его затылке, — и это было… странно приятно. По-кошачьи правильно. Никакой спешки, никаких масок Предвестников, только двое под одним одеялом, связанные чем-то большим, чем просто соглашение о сексе. — Не спишь? — голос Тартальи хрипел со сна, уткнувшись носом в его затылок. — Сплю, — ответил Костя, не поворачиваясь. Горло саднило от стонов, которые он вчера сдерживал. Аякс тихо хмыкнул, и его пальцы скользнули по оголенным участкам тела партнёра. Просто изучая кожу, как слепой читает шрифт Брайля. На бедре Кости синел свежий отпечаток ладони — не злой, но жадный. Ночью он почти не чувствовал боли, утром — каждая метка горела цветком под кожей. — Я думала, ты разбудишь меня злее, — Костя наконец повернулся, встретившись с мутными сонными глазами цвета океана перед штормом. — Устал злиться, — Аякс улыбнулся криво, почти виновато. Белые пряди волос разметались по подушке, падая на лицо. — Ты вчера сказал, что я похож на пса, который грызёт кость и не знает, когда остановиться. — Ты и есть пёс, — Костя протянул руку — пальцы дрогнули, коснувшись скулы Тартальи, тёплой, небритой. — Но сегодня я разрешаю тебе быть ручным. Аякс прикрыл глаза, подставляясь под прикосновение — жест, который любой другой Предвестник счёл бы унизительным. Но здесь, в этой комнате, где воздух пах солью и потом, где на простынях остались следы ночных метаний, не было ни Десятого, ни Одиннадцатого. Был Костя, у которого бола поясница, и Аякс, который прижимался к его ладони щекой, как нашкодивший, но прощённый пёс. Предатель затянул Чаилда в томный поцелуй. Он оветил, медленно проводя кончиками пальцев от затылка по спине и к ягодицам, в моменте сжимая одну из не больно, но собственнически. —У тебя стоит— с легким кошачьим мурчанием сказал десятый, когда они оторвались друг от друга....