(гарем) вару
Искушение в зелёных тонах
Комната, казалось, сжалась, пропитанная густым ароматом азарта и едва сдерживаемого вожделения. Вару чувствовал, как его собственное тело отзывается на каждое движение этих троих. Он всегда был провокатором, мастером хаоса, но сейчас он сам стал эпицентром бури, которую так старательно раздувал.
Джокер сзади обхватил его крепче, его ладони, обычно холодные, теперь казались раскалёнными углями сквозь тонкую ткань футболки. Фёдор, стоявший напротив, тяжело дышал, его взгляд был прикован к губам Вару, которые всё ещё блестели после их недавнего поцелуя. Рикардо же, сохраняя внешнее хладнокровие, сжимал руку Вару так сильно, что косточки пальцев побелели.
– Ну что же вы замерли? – прошептал Вару, и его голос, обычно пронзительный и едкий, сейчас приобрёл хриплые, обволакивающие нотки. – Неужели великий Создатель, безумный Джокер и опасный мафиози не могут договориться из-за одного маленького клона?
– Мы не договариваемся, Вару, – отозвался Рикардо, притягивая его руку к своим губам и оставляя мимолётный, почти невесомый поцелуй на костяшках. – Мы берем то, что принадлежит нам по праву.
– По праву? – Джокер издал короткий, лающий смешок прямо в затылок Вару. – О, Рикки, ты всегда был таким формалистом. Здесь нет прав. Есть только желание. И я чувствую, как Вару дрожит от него.
Вару действительно дрожал, но не от страха. Адреналин смешивался с чем-то более тёмным и тягучим. Он резко обернулся в кольце рук Джокера, оказываясь к нему лицом к лицу. Зелёные очки съехали ещё ниже, и теперь Джокер мог видеть его глаза — в них не было привычной насмешки, только вызов.
– Покажи мне своё безумие, Джо, – выдохнул Вару.
Джокер не заставил себя ждать. Он впился в губы Вару с такой силой, что тот почувствовал вкус металла на языке. Это был не поцелуй, а схватка, борьба за доминирование, в которой Вару с радостью проигрывал. В то же время Фёдор, не желая оставаться в стороне, подошёл вплотную, его рука легла на шею Вару, большие пальцы нежно, но властно поглаживали пульсирующую жилку.
– Хватит, – низким голосом произнёс Фёдор, обращаясь скорее к Джокеру, чем к Вару. – Ты его задушишь.
– Пусть пробует, – пробормотал Вару, отрываясь от губ Джокера и переводя затуманенный взгляд на Создателя. – Фёдор... ты же так хотел поговорить. Так говори. Покажи мне, на что ты готов ради своего «любимого» творения.
Фёдор прищурился. В этом взгляде Вару увидел не просто автора, а человека, который слишком долго сдерживал свои порывы. Создатель резко дёрнул Вару на себя, вырывая его из рук Джокера. Тот лишь усмехнулся, облизывая окровавленную губу, и отступил на шаг, давая пространство, но не уходя.
Рикардо, до этого момента наблюдавший за сценой с холодным интересом, вдруг оказался рядом. Его трость с глухим стуком упала на ковёр.
– Вы слишком много суетитесь, – заметил мафиози. – Вару любит порядок в хаосе, не так ли, кустик?
Он обхватил Вару за талию, прижимая к себе, и его свободная рука скользнула по спине клона, заставляя того выгнуться навстречу.
– Ты называешь это порядком? – Вару рассмеялся, запрокидывая голову. – Вы же сейчас перегрызёте друг другу глотки.
– Если придётся, – бросил Фёдор, делая шаг вперёд.
Музыка за дверью внезапно сменила ритм. Глухие басы проникали сквозь стены, резонируя в грудной клетке. Вару чувствовал, как напряжение достигает пика. Это была игра, самая опасная и сладкая игра в его жизни.
– Я не хочу выбирать, – вдруг серьёзно произнёс Вару, обводя их взглядом. – Вы все хотите меня. И я хочу вас всех. Разве это не честно? В этой комнате нет правил, Фёдор. Ты сам их отменил, когда позволил нам всем здесь собраться.
Джокер подошёл ближе, кладя руки на плечи Фёдору и Рикардо, словно объединяя их в этом безумном круге.
– Малыш прав, – пропел он. – Зачем делить, когда можно разделить?
Фёдор посмотрел на Рикардо, тот ответил коротким кивком. Напряжение, висевшее в воздухе, сменилось молчаливым соглашением. Ревность никуда не исчезла, она просто трансформировалась в топливо для общего пожара.
Вару почувствовал, как его подхватили и опустили на широкую кровать, стоявшую в глубине комнаты. Он раскинул руки, глядя на троих мужчин, возвышавшихся над ним. В свете, пробивающемся из коридора, их тени казались огромными, мистическими существами.
– Ну же, – Вару облизнул губы, чувствуя, как сердце колотится о рёбра. – Чего вы ждёте? Устройте мне шоу, которое я никогда не забуду.
Фёдор первым опустился на колени у края кровати, его руки начали расстёгивать пуговицы на рубашке Вару. Рикардо устроился сбоку, его пальцы уже вовсю исследовали чувствительную кожу на бедрах клона, а Джокер замер у изголовья, перебирая зелёные кудри и шепча на ухо какие-то безумные, ласковые гадости.
– Ты мой самый удачный сбой в системе, – прошептал Фёдор, наклоняясь и целуя бледный живот Вару.
– Я твой ночной кошмар, Создатель, – выдохнул Вару, зажмуриваясь от удовольствия, когда губы Рикардо нашли чувствительную точку на его шее.
Комната наполнилась звуками сбитого дыхания, шорохом одежды и тихими стонами. Вару тонул в ощущениях. Каждый из них дарил ему что-то своё: Фёдор — властную нежность, Рикардо — холодную, расчетливую страсть, а Джокер — непредсказуемый, обжигающий вихрь эмоций.
В какой-то момент Вару почувствовал, что больше не может сдерживаться. Его пальцы впились в плечи Фёдора, он выгибался под ласками Рикардо, а Джокер продолжал сводить его с ума своими прикосновениями.
– Ещё... – умолял Вару, теряя связь с реальностью. – Пожалуйста...
– Пожалуйста? – Рикардо приподнял бровь, его голос был пропитан иронией. – Вару просит? Это дорогого стоит.
– Заткнись и делай, что делал, – огрызнулся Вару, но тут же вскрикнул, когда Джокер прикусил его мочку уха.
Ревность всё ещё вспыхивала искрами. Когда Фёдор слишком долго задерживался на губах Вару, Рикардо бесцеремонно отстранял его, требуя своей доли внимания. Джокер же, казалось, наслаждался самим процессом хаоса, то и дело провоцируя остальных на более решительные действия.
– Смотрите, как он сияет, – прошептал Джокер, глядя на раскрасневшееся лицо Вару. – Наш маленький зелёный бог.
– Он не бог, – Фёдор тяжело дышал, его глаза потемнели от страсти. – Он просто Вару. И он сейчас полностью наш.
Музыка за стеной начала затихать, сменяясь спокойным гулом голосов других клонов, которые даже не подозревали, какая драма разворачивается за закрытой дверью. Но здесь, внутри, время не имело значения.
Вару чувствовал, как силы покидают его, уступая место блаженной истоме. Он лежал, раскинувшись на смятых простынях, тяжело дыша и глядя в потолок. Трое мужчин расположились рядом, каждый по-своему приходя в себя.
Джокер лениво перебирал пальцами прядь волос Вару, Рикардо поправлял свою одежду, сохраняя на лице выражение странного удовлетворения, а Фёдор просто смотрел на Вару с какой-то новой, глубокой грустью и нежностью.
– Это было... – Вару запнулся, пытаясь подобрать слово. – Неплохо. Для начала.
– Для начала? – Рикардо усмехнулся, поднимая свою трость. – Ты неисправим, Вару.
– А ты разве хотел бы другого? – Вару хитро прищурился, садясь на кровати и поправляя очки.
– Ни за что на свете, – ответил Фёдор, протягивая руку и стирая капельку пота со лба Вару.
В комнате воцарилась тишина, но это была не та тишина, что была в начале. Теперь она была наполнена общим секретом, тайной связью, которую никто из них не решится разорвать. Ревность всё ещё тлела где-то в глубине, но теперь она была приручена, превращена в часть их странного, изломанного союза.
– Ну что, пойдем к остальным? – предложил Джокер, вставая и потягиваясь. – Представляю лицо Куромаку, когда он увидит нас всех вместе.
– Он вычислит вероятность нашего «разговора» за секунду, – фыркнул Вару, спрыгивая с кровати. – И эта вероятность ему очень не понравится.
– Пусть считает, – Рикардо открыл дверь, пропуская остальных вперёд. – В конце концов, математика бессильна перед тем, что произошло здесь.
Вару вышел первым, чувствуя на себе взгляды троих мужчин. Он знал, что эта игра только началась. Музыка в гостиной снова стала громче, и Вару, счастливо улыбаясь, направился в самый центр веселья, зная, что теперь он никогда не будет одинок в своём зелёном омуте.
– Эй, тряпки! – крикнул он, привлекая внимание всех клонов. – Кто хочет партию в карты? Обещаю, я буду играть честно... ну, почти.
Фёдор, Джокер и Рикардо обменялись взглядами и, не сговариваясь, последовали за ним. Впереди была долгая ночь, полная музыки, смеха и скрытых искр, которые в любой момент могли снова превратиться в пожар. И Вару был готов подбросить в этот огонь ещё немного дров.