← Назад к обзору

Гоку перенесся в новеллу восхождения героя щита

Последний вздох умирающего солнца

– Держись, Рафталия! Не отпускай мою руку! – голос Гоку, обычно звонкий и полный жизни, теперь звучал как скрежет металла о камень.

Он стоял на вершине парящего острова, который когда-то был цветущим регионом Мелромарка. Теперь под ними не было земли — лишь бесконечная, бурлящая бездна Хаоса, пожирающая остатки реальности. Небо, лишенное облаков и звезд, превратилось в сплошное полотно пульсирующей багровой тьмы.

Рафталия, чье тело было покрыто глубокими ранами, едва держалась за его ладонь. Её верный меч был сломан, а в глазах, когда-то полных веры, теперь отражался лишь ужас перед наступающим небытием.

– Господин Гоку... – прошептала она, и изо рта её брызнула кровь. – Пожалуйста... спасайтесь сами. Вы не можете... удержать весь мир.

– Глупости! Я никогда не сдаюсь! – Гоку закричал, и золотистая аура Супер Сайяна, уже тусклая и нестабильная, вспыхнула в последний раз.

Перед ними, в центре небесного разлома, парило Существо. Это не был монстр Волны и не Тень Порядка. Это был сам Источник — воплощенная энтропия, принявшая облик колоссального зеркального фантома. Каждое его движение вызывало распад целых стран. Битва, длившаяся последние три дня, стерла с лица земли Фолбрей, Шильтвельт и все остальные королевства.

– Твои усилия бессмысленны, Сон Гоку, – голос Существа вибрировал в самой структуре пространства. – Ты — инородный элемент, который лишь ускорил коллапс. Твоя мощь, твоя Ки... она слишком тяжела для этого хрупкого мира. Пытаясь спасти его, ты раздавил его своей силой.

– Это неправда! – Гоку стиснул зубы так, что они заскрипели. – Я защищал их! Рен, Мотоясу, Ицуки... они сражались до конца!

– И где они теперь? – Существо указало вниз, в бездну. – Они стали пылью, как и их Священное Оружие. Ты один остался в живых, потому что твоя природа выше этого измерения. Но цена твоего выживания — смерть всего, что тебе дорого.

Гоку оглянулся. От некогда прекрасного мира остались лишь обломки скал, парящие в пустоте. Не было больше лесов, где он тренировал Рафталию. Не было таверн с вкусной едой. Не было людей, которые сначала ненавидели его, а потом начали боготворить. Всё исчезло.

– Нет... – Гоку почувствовал, как внутри него что-то обрывается. Это не была физическая боль. Это было осознание того, что он проиграл. Впервые в жизни он не смог защитить тех, кто на него полагался.

Внезапно остров под ними содрогнулся и начал рассыпаться.

– Господин Гоку! Простите меня... – рука Рафталии выскользнула из его ладони.

– РАФТАЛИЯ! – взревел Гоку, бросаясь вниз, в пустоту.

Он поймал её, прижал к себе, пытаясь передать ей остатки своей Ки, чтобы закрыть её раны. Но было слишком поздно. Тело получеловека, не обладающее божественной стойкостью Сайяна, начало распадаться на светящиеся частицы. Мир Мелромарка больше не мог поддерживать существование своих детей.

– Спасибо вам... за всё... – она улыбнулась, и в следующую секунду Гоку обнимал лишь пустоту.

Он замер в невесомости, окруженный обломками реальности. Его щит, легендарный артефакт, который должен был защищать, теперь светился серым светом. Система, которая когда-то давала ему задания и уровни, теперь выдавала лишь одну бесконечную строку: «Ошибка. Мир не обнаружен. Пользователь — последний носитель данных».

– Хватит... – прошептал Гоку. Его челка закрыла глаза. – Хватит этого!

Он поднял голову, и его глаза были не золотыми и не стальными. Они были пустыми. Белое сияние, холодное и абсолютное, начало исходить от него. Это не был Супер Сайян. Это была чистая, необузданная ярость существа, потерявшего всё.

– Ты хотел увидеть мою силу? – Гоку обратился к Существу, которое всё еще парило в центре катастрофы. – Ты сказал, что я раздавил этот мир? Хорошо. Тогда я раздавлю тебя вместе с остатками этого кошмара!

Сайян рванулся вперед. Его скорость была такова, что само время перестало существовать. Он не наносил ударов — он просто проходил сквозь материю Существа, разрывая её на квантовом уровне.

– Ты не понимаешь! – закричало Существо, пытаясь закрыться щитами из пустоты. – Моя смерть лишь ускорит финал!

– Мне плевать! – Гоку нанес удар кулаком, в который вложил всю свою жизнь, всю свою боль и всю свою ненависть к этому несправедливому миру.

Ударная волна была такой силы, что пространственный разлом вывернулся наизнанку. Существо вскрикнуло и рассыпалось мириадами осколков, которые тут же были поглощены великим Ничто.

И тогда наступила Тишина.

Гоку висел в абсолютной пустоте. Не было верха, не было низа. Не было света и не было тьмы. Только он и его щит, который теперь стал бесполезным куском металла на его руке.

– Эй! – крикнул он, но звука не было. Воздуха тоже не было, но Сайяну он уже не требовался. Его тело поддерживала энергия, накопленная за годы битв, но теперь эта энергия казалась ему проклятием.

Он закрыл глаза и попытался почувствовать хоть чью-то Ки. Хоть одну крошечную искру жизни.

Ничего.

Он летел сквозь пустоту часы, дни, а может быть, столетия. В этом месте время не имело значения. Он вспоминал лица друзей. Вспоминал смех Готенка, ворчание Вегеты, улыбку Чи-Чи. А потом вспоминал Рафталию. Её преданность, её рост, её последние слова.

– Я ведь просто хотел помочь... – прошептал он в пустоту.

Внезапно щит на его руке засветился. Слабое, едва заметное мерцание.

«Внимание. Обнаружен запрос на перезагрузку системы», — всплыло окно в его сознании.

– Перезагрузку? – Гоку горько усмехнулся. – Что ты собираешься перезагружать? Тут ничего не осталось. Ты съел этот мир, а я помог тебе его дожевать.

«Запрос: Использовать накопленную энергию носителя для инициации нового Большого Взрыва? Предупреждение: Текущая личность носителя будет стерта».

Гоку замер. Он посмотрел на свои руки. В его теле всё еще пульсировала мощь, способная создавать и разрушать вселенные. Мощь, которую он копил всю жизнь.

– Если я это сделаю... они вернутся? – спросил он, зная, что ответа не будет. – Рафталия, Рен... все они?

Система молчала, лишь мигала курсором.

Гоку вздохнул и расслабился. Он больше не чувствовал гнева. Только бесконечную усталость. Он вспомнил, как когда-то давно он пожертвовал собой, чтобы спасти Землю от Селла. Тогда он уходил с улыбкой, зная, что оставляет мир в надежных руках.

Здесь надежных рук не осталось. Кроме его собственных.

– Ну что ж, – Гоку улыбнулся той самой доброй улыбкой, которую так любили его друзья. – Кажется, это мой последний бой. И на этот раз мне даже не нужно никого бить.

Он сложил ладони вместе, как для Камехамехи, но направил энергию внутрь себя, в самое сердце своей Ки.

– Прощайте, ребята. Надеюсь, в следующий раз мы встретимся в мире, где героям не нужно сражаться до самого конца. И где блинчики будут действительно вкусными.

Гоку закрыл глаза и отпустил контроль.

Вспышка была ярче тысячи солнц. Вся Ки величайшего воина вселенной, смешанная с магическими кодами погибшего мира Щита, вырвалась наружу гигантским расширяющимся потоком. Пустота начала заполняться светом, цветом и материей.

Рождались новые звезды. Формировались новые планеты. Время снова начало свой бег.

В центре этого новорожденного космоса, на мгновение, возник призрак человека в оранжевом доги. Он посмотрел на дело своих рук, удовлетворенно кивнул и окончательно растворился в сиянии новой жизни.

Спустя миллионы лет на одной из планет, очень похожей на старый Мелромарк, маленькая девочка-енот нашла в лесу странный предмет. Это был небольшой, потемневший от времени щит с зеленым камнем в центре.

– Смотри, мама! – крикнула она, поднимая артефакт. – Он такой теплый! Словно кто-то внутри него улыбается.

Мать подошла к ней и погладила по голове.

– Это древняя легенда, доченька. Говорят, когда-то давно мир погиб, но один очень добрый и сильный человек отдал всё, чтобы мы могли родиться снова.

– А как его звали?

Женщина посмотрела на чистое голубое небо, по которому плыли пушистые белые облака.

– Никто не помнит его имени. Но легенды называют его Золотым Сиянием, которое спасло Завтра.

А где-то далеко, в ином измерении, за пределами круга перерождений, Сон Гоку наконец-то сидел за столом, заставленным горами дымящейся еды. Напротив него сидели Кайя, Вегета и все те, кого он потерял.

– Ну, – Вегета скрестил руки на груди, наблюдая, как Гоку поглощает еду. – Ты как обычно. Даже умудрился взорвать целую вселенную, чтобы просто пообедать в тишине.

– Хе-хе, – Гоку поднял палец вверх, не переставая жевать. – Зато там теперь всё в порядке, Вегета. Я это чувствую.

Это был конец истории Героя Щита. Но для мира, который он создал, это было только начало. И в каждой искре света, в каждом вздохе живого существа в той новой вселенной навсегда осталась частичка души сайяна, который не умел сдаваться.