Идеал для монарха
Ненасытная тьма
Я смотрел на него, и внутри меня всё переворачивалось. Это было не просто желание, не просто похоть, которую можно утолить и забыть. Это было чувство абсолютного обладания. Юки — мой лучший друг, мой единственный якорь в этом мире, — теперь принадлежал мне не только душой, но и каждой клеткой своего нового, созданного моей волей тела.
Его кожа под моими пальцами казалась раскаленным шелком. Я чувствовал, как бешено колотится его сердце, как его мышцы, еще не привыкшие к новой массе и силе, подрагивают от перенапряжения. Он был прекрасен. Выше, сильнее, с четким рельефом пресса и широкими плечами, но всё с тем же растерянным, небесно-голубым взглядом, который я любил больше жизни.
– Как думаешь, Юки, – я прикусил мочку его уха, ощущая, как он вздрагивает, – сколько раз мне нужно наполнить тебя, чтобы ты забеременел? Десять? Двадцать? Или мне стоит просто не выпускать тебя из этой постели неделю?
Мой голос звучал глухо, в нем перекатывалась мощь Теневого Монарха, которую я больше не желал сдерживать. Я видел, что в его голове сейчас полная каша. Шоковое состояние от трансформации смешалось с гормональным взрывом и физическим истощением. Юки не отвечал, он только хрипло дышал, уставившись в потолок остекленевшим взглядом.
Я не мог остановиться. Система, которая когда-то сделала меня сильнее всех живущих, теперь словно подначивала меня, требуя закрепить успех. Я снова перевернул его на живот, не обращая внимания на его слабый протест. Мои руки сжимали его бедра, оставляя багровые следы, которые, я знал, быстро заживут благодаря моей магии, разлитой в воздухе.
– Джин... нет... – прохрипел он, когда я снова вошел в него, задавая жесткий, почти животный ритм. – Слишком... много...
– Для тебя никогда не будет слишком много, – прорычал я, впиваясь пальцами в его плечи.
Я менял позы, заставляя его тело изгибаться под немыслимыми углами. Я хотел исследовать каждый сантиметр этого нового Юки. Я брал его снова и снова, наслаждаясь тем, как его мужской голос срывается на высокие, почти девичьи ноты в моменты пика. Время потеряло значение. За окном небоскреба сменялись тени, огни Сеула мерцали, как далекие звезды, а здесь, в полумраке спальни, существовали только мы и моя бесконечная жажда.
Наконец, когда предрассветные сумерки начали окрашивать комнату в серые тона, я отстранился. Юки лежал пластом, уткнувшись лицом в подушку. Его тело было покрыто испариной, липкими следами нашей близости и мелкими покраснениями. Белые простыни были скомканы и пропитаны запахом секса и мускуса.
Я приподнялся на локтях, наблюдая, как из него медленно вытекает то, чем я его так щедро одарил. Он был переполнен — буквально и метафорически.
– Джинву... – Его голос был едва слышным шелестом. Он попытался пошевелиться, но только болезненно поморщился. – Ты... ты просто животное в гоне. Хватит.
Я усмехнулся, проведя ладонью по его влажной спине.
– Я Монарх, Юки. Животные инстинкты — это лишь малая часть того, что во мне есть. Тебе не понравилось? Твое тело говорит об обратном.
Юки с трудом перевернулся на бок, подтягивая к себе край одеяла, чтобы хоть как-то прикрыться, хотя в этом уже не было никакого смысла. Его голубые глаза, обычно ясные, теперь были затуманены усталостью и раздражением.
– Мне нужен отдых, – отрезал он, и в его голосе прорезались те самые нотки, которыми Юми когда-то отчитывала меня за пропущенные обеды. – Мне нужен душ. И еда. И если ты сейчас меня хотя бы пальцем тронешь в этом смысле... клянусь, Джинву, ты получишь по своему самому дорогому месту. Мне плевать, что ты S-ранг или бог смерти.
Я не смог сдержать смех. Этот дерзкий тон, эта несокрушимая воля — именно это делало его идеальным партнером для меня. Даже превратившись в мужчину, даже пройдя через марафон моей ненасытности, он оставался собой. Моим Юми. Моим Юки.
– Угрожаешь Монарху? – я прищурился, делая вид, что наступаю.
– Предупреждаю, – он попытался сесть, но его ноги подогнулись, и он едва не свалился с кровати.
Я мгновенно оказался рядом. Мои движения были быстрыми и плавными, как у тени. Я подхватил его на руки, легко, словно он всё еще весил сорок пять килограммов, а не был крепким парнем почти под два метра ростом.
– Пусти! – дернулся он, но тут же охнул от боли в мышцах и обмяк, вынужденно обхватив меня за шею. – Я сам могу дойти.
– Не можешь, – мягко возразил я, выходя из спальни и направляясь в сторону просторной ванной комнаты. – Ты едва дышишь, Юки. Позволь мне позаботиться о тебе.
– Ты уже «позаботился», – буркнул он, пряча лицо у меня на груди. – Всю ночь только об этом и думал. Извращенец. Твоя система случайно не добавила тебе навык «Сексуальный маньяк»?
– Если и добавила, то только ради тебя, – я зашел в ванную и осторожно опустил его на мягкий коврик, пока наполнялась огромная чаша джакузи.
Вода шумела, наполняя помещение паром. Я видел, как Юки разглядывает свое отражение в огромном зеркале во всю стену. Он касался своих скул, проводил пальцами по кадыку, по широкой груди. Его лицо выражало сложную гамму чувств: от ужаса до странного, почти восторженного любопытства.
– Это так странно... – прошептал он, забыв о своем гневе. – Всё такое другое. Тяжелое. Мощное. Я чувствую силу в руках, Джин. Но внутри... внутри я всё еще чувствую себя собой. Только...
– Только теперь ты можешь быть со мной на равных, – закончил я за него, подходя сзади и обнимая его за талию.
Я смотрел на наше отражение. Двое высоких, черноволосых мужчин. Один — воплощение тьмы и абсолютной власти, другой — созданный из этой тьмы идеал, хрупкий в своей новой силе.
– Я просто очень люблю тебя, – прошептал я ему в затылок, вдыхая запах его кожи. – Ты всегда была... был единственным, кто видел во мне человека. Теперь я хочу, чтобы ты был тем, кто разделит со мной вечность.
Юки затих. Его плечи расслабились, и он откинул голову мне на плечо.
– Ты сумасшедший эгоист, Сон Джинву, – тихо сказал он, и я почувствовал, как его рука накрыла мою. – Но, кажется, я тоже не совсем в своем уме, раз мне это... почти нравится.
Я улыбнулся, глядя в зеркало. Впереди у нас была бесконечность, и я собирался потратить её на то, чтобы Юки никогда не пожалел о случившемся. Но сначала — душ, еда и еще немного того, от чего он так отчаянно пытался отказаться. Ведь Теневой Монарх всегда получает то, что хочет. А я хотел его. Весь мир мог подождать.