Игра?
Янтарный плен и шёпот крови
Прошло два дня с того момента, как в долине Тяньцю Итэр обрёл покой в руках бывшего Архонта. Но покой этот оказался обманчивым, как гладь озера перед бурей. Гавань Ли Юэ жила своей шумной, размеренной жизнью, но для Путешественника мир сузился до пульсации в висках и странного, тягучего томления, которое не утихало, а лишь крепло с каждым часом.
Это не было похоже на холод гидро-слаймов или на прежний разрушительный жар. Внутри Итэра словно проснулся древний, голодный зверь, рождённый из самой соли земли и янтарной смолы. Ему не хватало воздуха, не хватало пространства, но больше всего ему не хватало того самого «монолита», который два дня назад заполнил его пустоту.
Паймон, как обычно, нашла себе занятие, избавив Итэра от своего назойливого присутствия. Книжная лавка «Ваньвэнь» выпустила коллекционное издание «Записок о путешествии за пределы небес», и маленькая спутница, едва завидев обложку, буквально вросла в прилавок.
– Итэр, ты только посмотри на эти иллюстрации! – восторженно пищала она, перелистывая страницы с такой скоростью, что от них исходил ветерок. – Паймон должна прочитать это прямо здесь и сейчас! Иди, погуляй, я буду тут... ну, час или два... или до вечера!
Итэр лишь коротко кивнул. Он не мог говорить — горло пересохло, а язык казался свинцовым. Ему нужно было найти Чжун Ли. Немедленно. Это чувство не было просто желанием или благодарностью; это была биологическая, почти магическая необходимость, сродни той, что заставляет росток пробиваться сквозь гранит к солнцу.
Он нашёл его на террасе «Юйцзин», в самом тихом её уголке, где аромат глазурных лилий был наиболее густым. Чжун Ли стоял спиной к тропе, созерцая далёкие горы. Его фигура, облачённая в безупречный коричневый пиджак, казалась частью самого ландшафта — незыблемой и вечной.
Итэр не окликнул его. Он не замедлил шаг. Напротив, едва завидев знакомый силуэт, он сорвался на бег. Разум застилала золотистая дымка, а в ушах грохотал прибой, смешанный с рокотом камнепада.
Чжун Ли начал медленно оборачиваться, почувствовав стремительное приближение своего подопечного.
– Итэр? Ты выглядишь...
Он не успел договорить. Путешественник врезался в него всем телом, едва не сбив с ног даже такого крепкого мужчину. Руки Итэра мёртвой хваткой вцепились в плечи Чжун Ли, сминая дорогую ткань. В глазах юноши, обычно золотых и ясных, сейчас бушевал расплавленный янтарь, зрачки были расширены до предела.
– Малыш, что с тобой? – голос Чжун Ли был полон искреннего беспокойства, он попытался перехватить руки юноши, но Итэр был охвачен минутным безумием.
Вместо ответа Итэр рванулся вперёд, прижимаясь лицом к шее Чжун Ли, прямо над высоким воротником. Запах ладана, сандала и чего-то древнего, земного, ударил в нос, окончательно лишая остатков рассудка. Похоть, смешанная с элементальным голодом, требовала выхода, требовала подтверждения того, что связь, установленная два дня назад, всё ещё крепка.
Итэр приоткрыл рот и, издав тихий, почти звериный рык, с силой вонзил зубы в чувствительную кожу на шее Чжун Ли.
Бывший Архонт резко выдохнул, его тело на мгновение напряглось, став твёрдым как скала. Он почувствовал резкую боль, которая тут же сменилась обжигающим жаром. Итэр не просто кусал — он пытался буквально впиться в его сущность, его зубы оцарапали кожу, и капля золотистой, светящейся крови проступила на поверхности.
– Итэр... остановись, – голос Чжун Ли вибрировал от сдерживаемой мощи, но в нём не было гнева.
Однако Путешественник не слышал. Он жадно прильнул губами к ранке, слизывая божественный нектар, чувствуя, как внутри него всё резонирует от этого вкуса. Это было лучше любого лекарства, лучше любого отдыха. Пустота внутри него радостно взвыла, принимая этот дар.
Чжун Ли понял, что слова бесполезны. Он обхватил Итэра за талию, прижимая к себе, и другой рукой жёстко, но осторожно взял его за подбородок, вынуждая оторваться от своей шеи.
– Посмотри на меня, – скомандовал он, вкладывая в голос всю силу своего авторитета.
Итэр поднял взгляд. Его лицо было искажено гримасой желания, губы блестели от золотистой влаги, а дыхание было прерывистым и горячим.
– Ещё... – выдохнул он, пытаясь снова дотянуться до шеи Чжун Ли. – Мне... мало. Вы обещали... что я стану частью...
– Тише, – Чжун Ли прижал его голову к своей груди, позволяя юноше слышать мерный, мощный стук своего сердца, который звучал как удары молота по наковальне. – Я помню свои обещания. Но твой разум сейчас затуманен избытком энергии Гео, которую ты не можешь переварить. Ты не кусаешь меня, Итэр, ты пытаешься поглотить то, что уже принадлежит тебе.
– Оно... оно не моё, – Итэр содрогнулся, вжимаясь в мужчину. – Оно уходит. Я чувствую, как оно утекает... мне нужно закрепить это. Пожалуйста, Чжун Ли... сделайте что-нибудь. Я схожу с ума.
Чжун Ли закрыл глаза, глубоко вдыхая аромат волос Итэра. Он понимал, что произошло. Резонанс, который он создал для спасения жизни юноши, превратился в зависимость. Теперь Итэр был настроен на частоту Моракса, и любая разлука, любое ослабление потока энергии вызывало у него ломку, подобную той, что испытывают смертные при потере самого дорогого.
– Это моя ошибка, – негромко произнёс Чжун Ли, поглаживая Итэра по спине, успокаивая его нервную дрожь. – Я дал тебе слишком много силы, не подготовив сосуд. Твой укус — это крик о помощи, а не просто похоть.
– Мне всё равно, как это называется, – Итэр поднял голову, его взгляд стал чуть более осмысленным, но не менее жгучим. – Я хочу чувствовать вас. Каждую секунду. Внутри, снаружи... везде. Если я не получу этого, я просто... я не знаю, что я сделаю.
Чжун Ли посмотрел на него долгим, изучающим взглядом. Он видел перед собой не просто героя, спасшего Ли Юэ, а существо, которое он сам, своими руками, привязал к себе узами более крепкими, чем любой контракт.
– В Ли Юэ говорят, что драгоценные камни требуют огранки, – Чжун Ли провёл большим пальцем по нижней губе Итэра, стирая остатки своей крови. – Твой голод не утолить простым укусом. Тебе нужно научиться хранить эту силу внутри себя, а не пытаться вырвать её из меня снова и снова.
– Так научите меня... – Итэр перехватил руку Чжун Ли, прижимая его ладонь к своей щеке. – Прямо сейчас. Я не дождусь завтрашнего рассвета.
Чжун Ли огляделся. Терраса «Юйцзин» была пуста, но это место было слишком открытым для того, что должно было произойти.
– Идём, – он взял Итэра за руку, и его хватка была властной и надёжной. – В бюро «Ваншэн» есть закрытый зал для медитаций. Там никто не помешает нам завершить начатое.
Они шли через город, и Итэр едва переставлял ноги, полностью полагаясь на поддержку Чжун Ли. Каждое случайное касание их тел вызывало у него вспышки перед глазами. Он чувствовал себя так, словно шёл по раскалённым углям, и только рука Чжун Ли была тем единственным холодным островком, который не давал ему сгореть окончательно.
В это время в книжной лавке Паймон перевернула последнюю страницу.
– Ну надо же! – воскликнула она, вытирая воображаемую слезу. – Оказывается, главный герой всё это время был воплощением древнего духа гор! Вот почему его так тянуло к камням! Итэр, ты должен это послушать... Итэр?
Она огляделась, но Путешественника нигде не было.
– Хм, наверное, он пошёл перекусить в «Народный выбор», – рассудила она, потирая животик. – Паймон тоже проголодалась. Почитаю за обедом!
Она весело полетела в сторону ресторанов, даже не подозревая, что её друг сейчас находится в самом эпицентре «геологического» катаклизма.
В зале для медитаций бюро «Ваншэн» царил полумрак. Воздух был неподвижен, пах старым деревом и тяжёлыми благовониями. Чжун Ли закрыл массивную дверь на засов и повернулся к Итэру.
Юноша стоял посреди комнаты, его грудь часто вздымалась. Стоило двери закрыться, как он снова бросился к Чжун Ли, но в этот раз мужчина был готов. Он перехватил Итэра, прижимая его спиной к прохладной стене.
– Слушай меня, Итэр, – голос Чжун Ли стал подобен рокоту земли. – То, что ты чувствуешь — это зов резонанса. Ты хочешь близости, потому что твой дух ищет опору. Я дам тебе её, но это будет урок, который ты запомнишь навсегда.
Чжун Ли прижал свою ладонь к шее Итэра, туда, где пульсировала жилка. Золотистое свечение начало исходить от его пальцев, проникая внутрь.
– Ты укусил меня, требуя жизни, – продолжал Чжун Ли, его лицо было пугающе близко. – Теперь я дам тебе её столько, сколько ты сможешь вынести.
Он накрыл губы Итэра своими в глубоком, властном поцелуе. Это не было похоже на человеческую ласку. Это был обмен стихиями. Итэр почувствовал, как в него врывается поток чистейшей энергии Гео, плотной, как алмаз, и горячей, как магма. Он застонал в поцелуй, его тело забилось в судороге наслаждения.
Чжун Ли не отпускал его. Он буквально вливал свою волю в юношу, заполняя каждый уголок его сознания. Пустота, которая мучила Итэра, начала кристаллизоваться, превращаясь в прочный внутренний стержень.
– Ах... Ч-чжун Ли... – Итэр с трудом оторвался от его губ, его глаза сияли неземным светом. – Это... слишком много... я не...
– Ты вынесешь, – Чжун Ли подхватил его под бёдра, поднимая и заставляя обхватить себя ногами. – Ты просил заполнить тебя. Смотри же, какова цена контракта с камнем.
Он усадил Итэра на широкий деревянный помост, предназначенный для медитаций, и начал медленно освобождать его от одежды. Каждое движение было выверенным и церемониальным. Когда Итэр остался полностью обнажённым, Чжун Ли окинул его взглядом, в котором читалось нескрываемое восхищение, смешанное с собственническим инстинктом древнего божества.
– Твоё тело теперь отмечено моим присутствием, – Чжун Ли провёл рукой по животу Итэра, оставляя за собой светящийся след. – Те слаймы, что пытались захватить тебя... они были лишь жалкими тенями. То, что сделаю я, изменит твою природу.
Итэр потянулся к нему, его руки дрожали.
– Пожалуйста... не ждите. Сделайте меня своим... окончательно.
Чжун Ли опустился на колени между его ног. Его руки легли на внутреннюю сторону бёдер Итэра, и юноша почувствовал, как по его телу пробегает мощный электрический разряд. Это был не ток, а чистая вибрация земли.
– Резонанс — это не только слияние, – произнёс Чжун Ли, его голос стал почти гипнотическим. – Это настройка. Я настрою тебя на себя так, что даже на другом краю мира ты будешь чувствовать мою твёрдость.
Он начал медленно входить в Итэра, используя свою энергию, чтобы подготовить путь. Для Итэра это было подобно тому, как если бы в него входил сам горный хребет. Ощущение было настолько полным, настолько всепоглощающим, что он потерял дар речи. Боль и удовольствие слились в единый поток, который вымывал из его разума всё лишнее.
– Чжун Ли! – вскрикнул он, запрокидывая голову. – Я... я чувствую всё! Каждую искру!
– Хорошо, – Чжун Ли двигался размеренно, с каждым толчком укрепляя связь. – Держись за это чувство. Это твой якорь.
Внутри Итэра происходило нечто невероятное. Энергия Чжун Ли не просто заполняла его, она перестраивала его элементальные цепи. Золотистые узоры Гео начали проступать на его коже, переплетаясь с его собственными знаками Путешественника. Он чувствовал, как его кости становятся крепче, а чувства — острее.
Чжун Ли, видя, что Итэр достигает предела, увеличил темп. Его дыхание стало тяжёлым, а движения — более стихийными. Он больше не был просто консультантом бюро «Ваншэн». Он был Мораксом, Властелином Камня, который забирал то, что по праву принадлежало ему.
– Ты... мой... – прорычал Чжун Ли, впиваясь пальцами в бёдра Итэра.
В момент наивысшего напряжения Итэр почувствовал, как внутри него что-то окончательно встало на свои места. Вспышка золотого света озарила зал, такая яркая, что на мгновение всё погрузилось в белизну. Резонанс достиг своего пика, связывая их души невидимыми цепями янтарного блеска.
Итэр обмяк в руках Чжун Ли, его тело всё ещё содрогалось от отголосков оргазма, который был больше похож на элементальный взрыв. Он чувствовал себя тяжёлым, наполненным и невероятно спокойным. Пустота исчезла, сменившись твёрдым, тёплым присутствием Чжун Ли.
Прошло много времени, прежде чем они смогли пошевелиться. Чжун Ли бережно уложил Итэра на циновки, накрыв его своим плащом. Он сам выглядел несколько утомлённым, но в его глазах светилось глубокое удовлетворение.
– Теперь ты понимаешь? – тихо спросил он, убирая прилипшую прядь волос с лица юноши.
Итэр медленно открыл глаза. В них больше не было безумия, только бесконечная нежность и осознание.
– Да, – прошептал он. – Я чувствую... фундамент. Вы больше не просто снаружи. Вы — часть меня.
Чжун Ли коснулся ранки на своей шее, которая уже почти затянулась благодаря божественной регенерации.
– Твой укус был контрактом, Итэр. И этот контракт исполнен. Теперь, когда ты чувствуешь голод, тебе не нужно кусаться. Тебе нужно просто обратиться к тому свету, что я оставил внутри тебя.
Итэр улыбнулся, его рука нашла руку Чжун Ли и крепко сжала её.
– И всё же... я думаю, что иногда мне всё равно захочется... почувствовать вас по-настоящему.
Чжун Ли издал тихий, грудной смешок.
– Я буду рядом. Камень не уходит, он лишь ждёт своего часа.
Спустя час они вышли из бюро. Гавань Ли Юэ уже погрузилась в сумерки, зажглись фонари. У входа в «Народный выбор» их встретила Паймон, которая как раз доедала третью порцию окуня.
– О, вот вы где! – воскликнула она, вытирая рот салфеткой. – Итэр, ты где пропадал? И почему ты... э-э... ты как-то странно светишься?
Итэр переглянулся с Чжун Ли. В янтарных глазах бывшего Архонта промелькнула весёлая искра.
– Мы занимались... изучением истории Ли Юэ, Паймон, – спокойно ответил Чжун Ли. – Путешественник оказался очень способным учеником.
– Опять история! – фыркнула Паймон. – Ну ладно, главное, что ты не мокрый и не красный. Пошли в гостиницу, Паймон хочет рассказать тебе, чем закончилась книга!
Итэр шёл вслед за ней, чувствуя, как при каждом шаге внутри него отзывается тёплая, надёжная тяжесть. Он больше не боялся пустоты и не боялся слаймов. Ведь теперь у него был свой собственный, персональный монолит, который хранил его покой в этом изменчивом мире. А след от укуса на шее Чжун Ли, хоть и исчез внешне, навсегда остался в памяти обоих как печать их нерушимого янтарного резонанса.