Изгнанный Поттер стал лидером страны
Прейскурант на спасение родины
Свинцовые тучи над Лондоном набрякли гарью, сажей и запахом сгоревшего пергамента.
Атриум Министерства магии, некогда блиставший золотом, полированным палисандром и пафосом фонтана Магического братства, сейчас походил на полевой сортировочный госпиталь после тяжелого артобстрела. Величественные мраморные плиты были выщерблены тысячами мелких зазубрин, лепные потолки закоптились, а в воздухе вместо привычного звона служебных записок стоял непрекращающийся, давящий стон раненых.
Амелия Боунс перешагнула через лужу запекшейся крови, едва не зацепив сапогом разорванный защитный жилет аврора. Ее монокль треснул, на скуле темнел глубокий пороховой ожог, но спину глава Департамента магического правопорядка держала так, словно принимала парад.
– Потери? – коротко бросила она, не оборачиваясь.
Сзади хромал Кингсли Бруствер. Его темно-лиловая мантия превратилась в грязные лохмотья, на левом плече алела грубая полевая повязка, сквозь которую сочилась сукровица.
– Седьмой патрульный дивизион уничтожен полностью, мадам Боунс, – глухо, со свистом в поврежденных легких ответил аврор. – Десятый сектор Косого переулка... выжжен. Пожиратели смерти больше не используют дуэльные связки. Они больше не кричат заклинания, давая нам время на ответный «Протего».
– Я видела отчеты, Кингсли, – сквозь зубы процедила Амелия. – Расскажи мне то, чего нет на бумаге.
– Они подошли тремя тройками, – Бруствер сжал кулак так, что побелели костяшки. – Впереди шли двое со старыми советскими ручными пулеметами Калашникова. Магловскими, с барабанными магазинами на семьдесят пять патронов. Только пули были зачарованы Долоховым на воспламенение костной ткани. Когда наши ребята подняли щиты, по ним ударили из двух гранатометов РПГ-7. Кумулятивная струя пробивает даже родовые купола семейных лавок, Амелия. Металл летит со скоростью восемь километров в секунду. Щит поглощает кинетику первых десяти пуль, а одиннадцатая просто разрывает грудную клетку. Мы потеряли сорок человек за двадцать минут. Самых опытных.
– А мальчишка? – Амелия резко остановилась перед дверями зала заседаний Визенгамота. – Где наш великий Избранный? Где Годрик Поттер?
Кингсли лишь горько, безрадостно усмехнулся:
– Сидит в поместье отца. Заперся в спальне. Целители Мунго разводят руками: нервные окончания в кисти сожжены свинцом крупного калибра. Тот выстрел из Натры... он лишил парня мелкой моторики. Годрик не может удержать даже перо, не то что палочку. Он плачет каждую ночь и требует, чтобы ему вернули магию брата. А Темный Лорд... Темный Лорд наступает. Если мы не найдем способ пробивать их новую броню и гасить автоматический огонь, к концу месяца Министерство падет.
Амелия толкнула тяжелые дубовые двери.
В зале заседаний царила паника, дошедшая до стадии животного оцепенения. Корнелиус Фадж сидел во главе стола, уронив голову на скрещенные руки, рядом с ним нервно теребил край мантии Джеймс Поттер. На лорде Поттере не было лица: серый, с ввалившимися глазами, он казался дряхлым стариком. Напротив сидел Альбус Дамблдор.
Великий светлый маг больше не излучал безмятежной уверенности. Его серебристая борода была подпалена, а на вышитом звездами рукаве красовалась свежая заплата — след недавней стычки с наемниками Волан-де-Морта в предместьях Хогсмида.
– Довольно пустых споров! – голос Амелии Боунс хлестнул по залу, заставив притихнуть взвинченных лордов. – У нас нет времени на политические реверансы. Пожиратели перешли на комбинированную тактику. Темный Лорд закупил на черном рынке в Восточной Европе тридцать тонн магловского оружия, противотанковые мины и нанял бывших офицеров штази и советского спецназа для обучения своих боевиков. Наши чары бессильны против перекрестного огня из пулеметов с руническими патронами.
– И... и что вы предлагаете, Амелия? – заикаясь, поднял отекшее лицо Фадж. – Сдаться? Пригласить магловскую полицию с их смешными пистолетиками?
– Магловские пистолетики вчера уложили четверых чистокровных магов из рода Лестрейндж за восемь секунд, Корнелиус, – ледяным тоном отрезала женщина. – Нам нужно такое же оружие. Нам нужны рунические защитные комплекты, способные держать прямое попадание осколочной гранаты и выдерживать очереди в упор. Нам нужны тяжелые снайперские винтовки, бьющие на полтора километра сквозь маскировочные чары. И нам нужны инструкторы.
– В Европе есть только одно место, где производят подобные вещи, – негромко, надтреснутым голосом произнес Джеймс Поттер.
Все взгляды скрестились на нем. Джеймс медленно поднял глаза, полные невыразимой, сосущей муки:
– Августград. Республика Натра.
– Исключено! – взвизгнул один из престарелых консерваторов на дальнем ряду. – Мы только что выплатили этому бастарду три миллиона франков контрибуции! Мы отдали ему уэльский уголь! Этот самозваный Арбалест искалечил национального героя! Вы хотите, чтобы мы пошли на поклон к сквибу, которого вышвырнули за порог?!
– Либо мы пойдем на поклон к Гарри Арбалесту, – Амелия с силой ударила кулаком по столу, заставив подпрыгнуть чернильницы, – либо через две недели Волан-де-Морт повесит всех присутствующих в этом зале на фонарях Уайтхолла! Выбирайте, господа. Лично я предпочитаю иметь дело с циничным генералом-президентом, чем с сумасшедшим некромантом.
Дамблдор тяжело, прерывисто вздохнул. Кончики его пальцев, лежавшие на Бузинной палочке, мелко дрожали. Старый стратег понимал: петля затягивается. Он сам загнал себя в этот угол. Пожертвовав первенцем ради сомнительного величия младшего брата, он породил монстра, который теперь стоял на пороге их мира — не с темной магией, а с чугуном, сталью и безжалостной финансовой смекалкой.
– Джеймс, – тихо произнес Дамблдор. – Ты возглавишь делегацию.
– Альбус, он не станет со мной говорить, – в голосе Поттера прозвучало неприкрытое отчаяние. – Он презирает меня. Он видит во мне пустое место.
– Он торговец, Джеймс, – Дамблдор поднял на него тяжелый, выцветший взгляд. – Мы видели это в Августграде. Мальчик притворяется стальным диктатором, но им движет холодный, прагматичный расчет. Ему нужны ресурсы. Ему нужны деньги для его заводов. Предложи ему цену, от которой его правительство не сможет отказаться. Спаси Британию, Джеймс. И... если сможешь... спаси остатки своей семьи.
***
Августград. Президентский дворец.
– Нет. Нет, нет, нет, тысячу раз нет! Ниним, вызови охрану, пусть меня расстреляют на плацу! Это будет гуманнее!
Гарри Вэйн Арбалест стоял на подоконнике панорамного окна своего кабинета на четвертом этаже, распахнув рамы навстречу свежему горному ветру. Его китель был расстегнут, галстук развивался за плечом, а в руках он судорожно сжимал помятую телеграмму из Цюриха.
Ниним Райлей даже не повернула головы. Сидя за приставным столиком, она аккуратно выравнивала стопку перфокарт для новой счетной машины министерства связи.
– Если ты спрыгнешь, Гарри, внизу тебя поймают оборотни из роты почетного караула, – невозмутимо заметила девушка, переворачивая лист. – У них великолепная реакция. Кроме того, падение на клумбу с розами испортит парадные брюки, а новая ткань из Иваново задерживается на таможне. Слезь с подоконника и веди себя как подобает верховному главнокомандующему.
– Ты видела это?! – взвыл Гарри, тыча телеграммой в сторону советницы. – Ты читала, что эти идиоты из Лондона прислали по дипломатическим каналам?! Они хотят купить оружие! У НАС!
– Разумеется, – кивнула Ниним. – Ты сам вчера мечтал продать им излишки со складов с наценкой в триста пятьдесят процентов. Я уже подготовила спецификацию: пять тысяч автоматов АКМ выпуска 1968 года, снятых с консервации на восточном рубеже, сто сорок ручных гранатометов и два миллиона патронов с упрощенным руническим травлением. Мы освободим склады под новую продукцию Тулы и заработаем около полутора миллионов долларов чистой прибыли.
– Ниним, душа моя, свет моих очей, ты не понимаешь! – Гарри спрыгнул с подоконника в комнату, нервно зашагав по персидскому ковру. – Я хотел продать им оружие тайком! Через третьего секретаря ливанского посольства, через контрабандистов в Роттердаме, чтобы никто не знал! А они отправляют сюда официальную государственную делегацию во главе с министром внутренних дел и моим... биологическим донором! Они просят статус стратегического партнера! Они хотят договор о взаимной безопасности!
Гарри схватился за голову, рухнув на диван рядом с кофейным столиком:
– Ты понимаешь, что это значит?! Если мы заключим официальный военный пакт с британским министерством, мы автоматически втягиваемся в войну с Волан-де-Мортом! Парламент объявит мобилизацию третьего эшелона! Народ решит, что я собираюсь освобождать Англию от темных сил! Меня коронуют, Ниним! Они наденут на меня эту проклятую корону Августа Первого, которую я три года прячу в сейфе под мешками с сухарями! Я никогда не выйду на пенсию! Никогда!
Из темного угла кабинета бесшумно выступила Роберта. В ее руках покачивался поднос с высоким стаканом ледяного томатного сока, сдобренного черным перцем и каплей вустерширского соуса.
– Господин Гарри, – негромко произнесла горничная, поправляя безупречно чистый чепец. – Если британская делегация доставляет вам такое психологическое беспокойство, я могу встретить их вертолет в нейтральной зоне. У меня есть переносной зенитно-ракетный комплекс «Стрела-2М». Ракета захватывает тепловой след двигателя на дистанции до четырех километров. Вертолет упадет в горное ущелье. Мы спишем это на внезапный шквалистый ветер и ошибку пилотирования. Британцы останутся без послов, а вы сможете спокойно пообедать.
– Роберта, положи «Стрелу» на место, – простонал Гарри, принимая стакан и залпом выпивая половину острого напитка. – Мы не сбиваем официальные дипломатические борты. Особенно те, на борту которых летит чек на полтора миллиона баксов. Я ненавижу войну, но я еще больше ненавижу упускать чужие деньги, которые сами плывут ко мне в карман.
– Делегация уже приземлилась на военном аэродроме Кайл, – сверилась с наручными часами Ниним. – Состав: мадам Амелия Боунс, глава Департамента магического правопорядка; лорд Джеймс Поттер в статусе особого полномочного посла; и мистер Кингсли Бруствер в качестве военного эксперта. Лиза Вайлдман лично сопровождает их на полигон номер три.
Гарри замер, вытерев губы салфеткой:
– На полигон? Зачем на полигон?
Ниним подняла на него свои рубиновые глаза, в глубине которых плясали лукавые искры:
– Потому что покупатель должен видеть товар лицом, господин президент. И потому что мадам Боунс прямо запросила демонстрацию боевой эффективности наших комплексов против современной темной магии. Ты ведь хочешь содрать с них четыреста процентов вместо трехсот пятидесяти?
Гарри медленно выдохнул. Его брови сошлись на переносице, паника мгновенно улетучилась, уступая место холодному, азартному блеску торговца оружием.
– Четыреста пятьдесят, – поправил он, поднимаясь и застегивая пуговицы френча. – И стопроцентная предоплата наличным золотом через швейцарский банк. Роберта, готовь броневик. Поедем посмотрим, как чистокровная аристократия будет торговаться за право выжить.
***
Центральный артиллерийский полигон №3. Сектор «Гроза».
Холодный горный ветер яростно трепал полы форменной мантии Амелии Боунс. Вокруг расстилалась серая, перепаханная взрывами равнина, усеянная остовами сгоревших танков времен гражданской войны, бетонными дотами и рядами колючей проволоки. В воздухе стоял тяжелый, въедливый запах сгоревшего тротила, машинного масла и озона.
Джеймс Поттер стоял чуть позади, нервно сжимая в кармане палочку. Каждый звук на этой базе — лязг гусениц вдалеке, резкие выкрики команд на смеси русского, немецкого и гоблинского наречий, мерный гул дизельных генераторов — отзывался в его висках тупой, пульсирующей болью. Это был мир, созданный его сыном. Мир, в котором не было места старинным каминным гостиным, полетам на метлах и вековым традициям чистокровных магов. Здесь правила балом холодная, расчетливая целесообразность.
– Добро пожаловать в ад, господа англичане, – раздался насмешливый голос с легким волчьим рыком.
Лейтенант Лиза Вайлдман спрыгнула с подножки армейского грузовика. Ее камуфляжная форма была выцветшей на солнце, на поясе болталась кобура с тяжелым автоматическим пистолетом, а янтарные глаза смотрели на гостей с неприкрытой сытой иронией.
– Лейтенант, – сухо кивнула Амелия. – Мы прибыли для инспекции партии вооружения, запрошенной через военный атташат.
– Знаю, знаю, – отмахнулась оборотень. – Бумажки в канцелярии. А мясо здесь. Смотрите внимательно, господа волшебники. Сейчас мои ребята покажут вам, почему ваши накрахмаленные мантии годятся только на подстилку для наших сторожевых псов.
Лиза махнула рукой в сторону бетонного бруствера.
На огневой рубеж вышли трое бойцов штурмового батальона Натры. На них были серые бронежилеты с толстыми керамическими пластинами, поверх которых виднелись гравированные рунические вязи, залитые матовым серебром. На головах — глухие титановые шлемы «Алтын» с опущенными забралами.
В ста метрах от рубежа, у подножия холма, были установлены деревянные манекены, затянутые в зачарованные аврорские плащи из кожи василиска и дракона — высшая степень защиты, принятая в британском Министерстве.
– Мистер Бруствер, – Лиза оскалилась, показав острые белые клыки. – Ваш стандартный щитовой контур. «Протего Максима». Наложите его на центральную мишень. В полную силу. Покажите класс министерской школы.
Кингсли переглянулся с Амелией, шагнул вперед и с силой взмахнул палочкой:
– *Протего Максима!*
Воздух вокруг манекена сгустился, вспыхнув ослепительным сапфировым куполом. Чары легли безупречно — плотные, упругие, способные, по канонам дуэльного кодекса, отразить десяток тяжелых проклятий или таранный удар разъяренного тролля.
– Неплохо, – хмыкнула Лиза и повернулась к бойцам: – Капрал Иванов. Обычный автомат Калашникова, модернизированный. Патроны со свинцово-орихалковым сердечником и руной рассеивания четвертого разряда. Одиночными... Огонь!
Грохнул сухой, хлесткий выстрел.
Джеймс Поттер ожидал, что пуля отскочит от сапфирового купола с мелодичным звоном, как это происходило всегда при столкновении с магловским свинцом.
Но пуля не отскочила.
В точке соприкосновения сапфировый щит вспыхнул грязно-бурым пламенем. Руна на пуле мгновенно вступила в резонанс с магической матрицей заклинания, выкачивая энергию контура для усиления собственной кинетики.
*Хрясь!*
Щит пошел паутиной трещин и лопнул с чудовищным звоном, похожим на звук разбивающейся хрустальной люстры. Пуля прошила зачарованный плащ из драконьей кожи, насквозь пробила дубовый столб манекена и выбила фонтан щебня из скалы позади.
Амелия Боунс побелела. Ее монокль едва не выпал из глаза.
– Это... невозможно, – прошептал Кингсли, ощутив, как отдачей от разорванного щита обожгло пальцы, сжимавшие палочку. – Магический барьер шестого круга... одной пулей?!
– Пуля стоит тридцать два цента, мистер аврор, – раздался спокойный, ледяной голос из-за спин делегации.
Джеймс вздрогнул всем телом и медленно обернулся.
Гарри Арбалест стоял в нескольких шагах, заложив руки в черных кожаных перчатках за спину. Рядом с ним, словно прекрасное и опасное изваяние, застыла Ниним Райлей с толстой кожаной папкой в руках. Позади, не спуская немигающего взгляда с гостей, стояла Роберта, державшая под мышкой небольшой брезентовый чехол.
– Добро пожаловать на витрину натранского экспорта, мадам Боунс, – произнес Гарри, проходя мимо застывшего Джеймса так, словно тот был всего лишь пустой деревянной стойкой для мишеней. – Как видите, законы баллистики и прикладной рунологии прекрасно дополняют друг друга. Ваши заклинания статичны. Они созданы для мира, где противники кланяются друг другу перед дуэлью. Мои инженеры создали оружие для мира, где противника нужно уничтожить до того, как он успеет открыть рот.
– Господин президент... – Амелия взяла себя в руки, хотя ее голос слегка дрогнул. – То, что мы увидели... это колоссально. Пожиратели смерти используют схожие методы. Они выкашивают наши патрули. Если мы не получим это оружие...
– Вы получите его, – перебил Гарри, подходя к столику с разложенными образцами вооружения. Он небрежно взял в руки черный вороненый автомат со складным прикладом. – Вопрос лишь в цене. Ниним, огласи коммерческое предложение для наших британских друзей.
Ниним шагнула вперед, открывая папку. Ее рубиновые глаза светились холодной деловой вежливостью:
– Комплект первой необходимости. Пять тысяч единиц автоматов АКМ с рунической модификацией ствольной коробки. Два миллиона боеприпасов с орихалковым сердечником. Пятьсот легких штурмовых бронежилетов класса «Натра-4», гарантированно держащих попадания осколочных заклинаний и «Секо» в упор. Сто ручных гранатометов с термобарическими зарядами для зачистки укрепленных родовых поместий. Стоимость партии — три миллиона четыреста тысяч швейцарских франков золотым эквивалентом.
– Сколько?! – задохнулся Джеймс Поттер, не сдержавшись. – Это грабеж! Красная цена этому магловскому железу на мировом рынке — полмиллиона! Ты завышаешь цену почти в семь раз!
Гарри медленно повернул голову к отцу.
В его зеленых глазах не было злобы. Там не было даже тени детской обиды. В них плескалась лишь бездонная, ледяная насмешка преуспевающего коммерсанта, поймавшего за горло отчаявшегося монополиста.
– Рынок — жестокая штука, лорд Поттер, – негромко, с убийственной четкостью произнес Гарри. – Вы можете поехать в Ливию или в Румынию и купить обычные автоматы по сто долларов за штуку. Но когда ваши авроры выпустят очередь в Пожирателя смерти, защищенного темным фамильным амулетом, обычный свинец расплющится о воздух. А затем этот Пожиратель оторвет вашим людям головы проклятием гниения. Мои патроны зачарованы в наших лабораториях. Мои бронежилеты спасают жизни. Вы платите не за железо, мистер Поттер. Вы платите за право Министерства магии просуществовать еще хотя бы один финансовый квартал.
– Мы заплатим, – резко, не давая Джеймсу раскрыть рот, отрезала Амелия Боунс. – До единого франка. Министерство выделит средства из чрезвычайного золотого фонда безопасности.
Гарри на секунду замер. Глаз его едва заметно дернулся.
*«Да что с ними со всеми не так?!* — взвыл его внутренний голос в неописуемом ужасе. — *Я назвал цену, от которой должны были повеситься даже гномы из Цюриха! Я заложил в смету налог на воздух, сбор за утилизацию гильз и сверху накинул стоимость новой школы в Августграде! Почему они просто соглашаются?! Почему никто не швыряет мне перчатку в лицо?!»*
Ниним, заметив микроскопическую панику на лице шефа, едва заметно прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться в голос, и быстро добавила:
– Оплата наличными слитками через отделение Банка международных расчетов в Базеле в течение сорока восьми часов. Отгрузка первой партии — через трое суток после подтверждения транзакции. Самовывоз военно-транспортной авиацией через нейтральный воздушный коридор.
– Согласны, – кивнула Амелия. Затем она перевела тяжелый, пытливый взгляд на Гарри: – Но у нас есть еще одно условие, господин президент. Точнее... просьба чрезвычайной важности.
– Республика Натра не выполняет частных просьб, – сухо парировал Гарри, чувствуя нутром надвигающуюся катастрофу.
– Нам нужны инструкторы, – произнес подошедший Кингсли Бруствер. В его глубоком басе звучала неподдельная горечь солдата, признающего свое бессилие. – Оружие мертво без тактики. Наши авроры не умеют двигаться двойками. Мы не знаем, как организовывать огневые мешки, как зачищать здания с применением гранат и как подавлять снайперов. Если вы просто дадите нам автоматы, наши люди перестреляют друг друга в первой же суматохе. Нам нужны офицеры вашего спецназа. Хотя бы взвод. Для подготовки инструкторской группы в Лондоне.
Гарри мысленно похолодел.
Отправить своих солдат в Лондон? В эпицентр британской гражданской войны? Да если хоть один натранский оборотень выстрелит в Пожирателя на Трафальгарской площади, международная пресса объявит Натру участником конфликта! Конфедерация взвоет! Парламент в Августграде примет закон о создании Экспедиционного корпуса! Его сделают фельдмаршалом! Его кабинет завалят картами вторжения на Британские острова!
– Нет, – отрезал Гарри, скрестив руки на груди. – Исключено. Солдаты Натры не будут умирать за чужое министерство, которое четырнадцать лет назад вытирало ноги о принципы гуманизма. Мы продаем оружие. Мы не продаем пушечное мясо.
– Гарри... умоляю тебя, – Джеймс Поттер сделал шаг вперед, нарушая дипломатический протокол.
Его руки дрожали, голос сорвался на сиплый шепот. Он смотрел на первенца глазами сломленного, раздавленного виной родителя:
– Послушай меня... не как лорда. Как отца. Там гибнут дети. Выпускники Хогвартса, вчерашние школьники... Волан-де-Морт не щадит никого. Лили... Лили сходит с ума. Годрик заперся в комнате и не выходит неделями. Страна гибнет, Гарри! Неужели в твоей груди бьется кусок гранита?! Неужели ты готов смотреть со своей неприступной горы, как горит земля, на которой ты родился?!
Гарри медленно перевел взгляд на Джеймса.
На полигоне повисла мертвая, звенящая тишина. Слышно было лишь, как свистит ветер в дулах зачехленных гаубиц. Лиза Вайлдман опустила глаза, делая вид, что проверяет затвор автомата. Роберта бесшумно сдвинула предохранитель дробовика под фартуком.
Гарри подошел к Джеймсу вплотную. Разница в возрасте между ними казалась призрачной: перед лордом Поттером стоял не юноша, а закаленный в сотнях боев правитель, чей взгляд был тяжелее танковой брони.
– Земля, на которой я родился, лорд Поттер, продала меня за десять тысяч галеонов работорговцам, – тихо, без единой эмоции в голосе произнес Гарри. Каждое его слово падало, как гильотина. – Земля, на которой я родился, отобрала у меня имя, выкачала магию и выбросила подыхать в канаву ради спасения вашего никчемного второго сына. Моя земля — здесь. Там, где люди не спрашивают о чистоте крови, а смотрят на то, способен ли ты прикрыть спину товарища в бою.
Джеймс отшатнулся, словно от физической пощечины, слезы обожгли его глаза:
– Гарри...
– Меня зовут Гарри Вэйн Арбалест, – с ледяной окончательностью повторил президент. – И ради безопасности моего народа я не пошлю в ваш костер ни одного натранского солдата. Ни за какие миллионы.
Амелия Боунс тяжело вздохнула и положила руку на плечо сломленного Джеймса, отводя его назад:
– Мы поняли вашу позицию, господин президент. Мы забираем оружие на ваших условиях. Контракт будет подписан сегодня же.
– Ниним оформит документы, – бросил Гарри, разворачиваясь на каблуках. – Лиза, проводи гостей в комендатуру.
Не проронив больше ни слова, верховный главнокомандующий зашагал к ожидавшему его броневику.
***
Вечер того же дня. Президентский дворец.
Августград зажигал свои огни. На улицах звенели новенькие чехословацкие трамваи, в окнах жилых домов для рабочих металлургического комбината горел теплый желтый свет. Город жил. Город строился, дышал и развивался, не обращая внимания на бури, сотрясавшие старый континент.
В президентском кабинете Гарри сидел за столом, обхватив руками фарфоровую чашку с ромашковым чаем. Его парадный китель висел на спинке стула, ворот рубашки был расстегнут. Он выглядел смертельно, бесконечно усталым.
Напротив сидела Ниним. Она только что закончила ставить гербовые печати на финальный акт соглашения с британским министерством.
– Деньги поступили в Базель, – тихо произнесла девушка, откладывая деревянный штамп. – Чистая прибыль республики составила два миллиона семьсот тысяч долларов. Мы полностью закрыли задолженность перед уральскими заводами за поставку турбин для гидроэлектростанции. Более того... у нас остался свободный золотой резерв.
Гарри издал слабый, едва слышный стон и уронил лоб на столешницу прямо рядом с чашкой:
– Скажи мне, Ниним... За что судьба так жестоко издевается надо мной?
Девушка мягко улыбнулась, ее рубиновые глаза светились бесконечным, теплым пониманием:
– Ты снова спас страну от банкротства, Гарри. Ты продал старый хлам со складов по цене чистого золота, не потеряв ни одного своего человека, и укрепил международный авторитет Натры как главного военно-промышленного центра региона.
– Я чудовище, – глухо пробормотал он в полированное дерево. – Я циничный, бессовестный торговец смертью. Я ободрал собственную бывшую родину до нитки в момент ее величайшей трагедии.
– Ты защитил свой народ, – Ниним встала из-за стола, обошла его и опустилась на колени рядом с его креслом.
Ее прохладные, нежные пальцы осторожно коснулись его виска, мягко массируя уставшую кожу. Гарри невольно прикрыл глаза, шумно выдохнув и прижавшись щекой к ее ладони.
– Они сами создали своего Волан-де-Морта, Гарри, – тихо продолжила девушка на языке флам. – Они сами веками взращивали ненависть, презрение к не-магам и веру в собственную избранность. Ты не обязан спасать тех, кто с радостью сжег бы тебя на костре, окажись ты слабее их. Ты дал им шанс. Ты дал им оружие. А воспользуются они им или сгниют в собственном высокомерии — это их выбор.
Гарри открыл глаза и посмотрел на нее. В полумраке кабинета ее белоснежные волосы казались сотканными из лунного света, а алые глаза были единственным ориентиром в этом безумном, штормящем мире.
– Если бы не ты, Ниним... – хрипло произнес он, перехватив ее руку и поднеся к своим губам. – Я бы давно сошел с ума. Или действительно сбежал бы на край света.
– Я бы нашла тебя на краю света, – едва заметно усмехнулась советница, не отнимая руки. – Связала бы канатом и притащила обратно. Потому что без меня ты даже налоги на импортный кофе правильно рассчитать не сможешь.
Гарри слабо рассмеялся — впервые за этот бесконечно долгий день. Вся тяжесть встречи с прошлым, вся боль старых детских шрамов растворилась в этом простом, тихом моменте абсолютного доверия.
Дверь в кабинет тихо скрипнула. На пороге возникла неизменная фигура Роберты.
Горничная держала в руках серебряный поднос, на котором лежала свежая вечерняя газета, доставленная спецрейсом из Парижа, и чашка свежесваренного какао.
– Господин президент, – доложила колумбийка с безупречной почтительностью. – Экстренный выпуск «Парижского магического вестника».
Гарри поморщился, не отпуская руки Ниним:
– Что там еще? Французы объявили забастовку из-за цен на багеты?
– Хуже, сэр, – лицо Роберты оставалось бесстрастным, но в глазах за стеклами очков промелькнуло мрачное удовлетворение профессионального ликвидатора. – Разведка сообщает: получив известие о подписании нашего оружейного контракта с Лондоном, Темный Лорд Волан-де-Морт созвал верховный совет Пожирателей смерти. Он объявил Республику Натра «главной угрозой величию чистокровной магии на континенте».
Гарри медленно поднял голову. Глаза его опасно сузились:
– И?
– Он отдал приказ своим тайным ячейкам в нейтральных странах начать охоту за нашими торговыми представителями и транспортными караванами, – Роберта сделала паузу, ее голос стал похож на свист рассекающего воздух клинка. – И объявил награду за вашу голову. Десять миллионов галеонов золотом. Живым или мертвым.
В кабинете повисла тяжелая, густая тишина.
Ниним медленно поднялась с колен, ее лицо мгновенно утратило мягкость, превратившись в маску безжалостной государственной советницы:
– Это объявление войны на истощение, Гарри. Он попытается перерезать наши торговые артерии.
Гарри медленно поднялся из кресла.
Вся усталость, вся ирония и жалобы на тяжелую судьбу слетели с него, как шелуха. Он подошел к огромной карте Европы, висевшей во всю стену за его спиной. Зеленые глаза скользнули по линиям границ, по горным перевалам, по портам Северного моря.
На его губах медленно, неотвратимо расплылась та самая хищная, леденящая кровь улыбка принца-стратега, перед которой трепетали вражеские генералы.
– Десять миллионов галеонов? – протянул Гарри, закладывая руки за спину. – Надо же. Какая щедрость от безносого бродяги, прячущегося по чужим подвалам. Он думает, что может вести партизанскую войну против государства, которое родилось из партизанской войны?
Он повернулся к своим верным соратницам:
– Роберта.