Изменения
Клеймо на гордости Ассоциации
Два дня тишины в нашем доме были подобны благословению. Юки, казалось, совершенно забыл об инциденте в офисе, стоило нам пересечь порог. Он с головой ушел в создание нового рецепта хлеба на закваске, и единственное, что его беспокоило — это достаточно ли поднялось тесто. Я наблюдал за ним, сидя на кухне с чашкой чая, и чувствовал, как внутри меня устанавливается редкое равновесие. Мой мир сократился до размеров этой кухни, до тепла, исходящего от духовки, и до мягкого изгиба живота Юки, который он то и дело поглаживал мучной рукой.
Но за пределами нашего защитного купола бушевал шторм.
Система неустанно подбрасывала мне уведомления о пропущенных звонках и сообщениях, которые я игнорировал. Весь мир охотников стоял на ушах. «Падение Богини», «Конец эпохи Ча Хэ Ин», «Таинственное исчезновение силы S-ранга» — заголовки газет кричали о катастрофе. Ассоциация охотников Кореи была в предынфарктном состоянии. Лишить страну одного из двух сильнейших мечей в разгар нестабильности Врат — это было равносильно объявлению войны самой структуре общества.
На третий день я понял, что пора поставить точку. Если я не явлюсь на экстренное собрание, они начнут донимать Юки, а этого я допустить не мог.
– Мне нужно отлучиться в Ассоциацию, – сказал я, подходя к Юки и обнимая его со спины.
Он как раз вытаскивал из печи противень с золотистыми булочками. Аромат был такой густой, что его, казалось, можно было есть ложкой.
– Опять они? – Юки вздохнул, ставя противень на решетку. – Джинву, пообещай мне, что ты не разнесешь там здание. Нам всё еще нужны работающие банки и магазины.
Я усмехнулся, целуя его в шею, чуть выше воротника футболки.
– Постараюсь быть максимально дипломатичным. Но если они начнут нести чушь про «долг перед человечеством», я не гарантирую сохранность их мебели.
– Просто напомни им, что у тебя дома беременный муж, который очень не любит, когда его ужин остывает, – Юки повернулся в моих руках и серьезно посмотрел мне в глаза. – Не дай им давить на тебя, Джинву. Ты им ничего не должен.
– Я знаю, – ответил я, и мои глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым. – Я вернусь через час.
Я не стал вызывать машину. Тени окутали меня, и в следующее мгновение я материализовался прямо в конференц-зале Ассоциации.
Там было не продохнуть от тяжелых взглядов и запаха пота. Собрались все: председатель Го Гунхи, высшие чины правительства, лидеры крупнейших гильдий Кореи. Когда я вышел из тени в углу комнаты, воцарилась такая тишина, что было слышно, как тикают часы на стене.
– О, Сон Джинву-сси, – Го Гунхи поднялся первым. Его лицо выглядело постаревшим на десять лет. – Мы ждали вас.
Я не пошел к своему месту. Я остался стоять, скрестив руки на груди, позволяя своей ауре медленно заполнять пространство. Это не было открытой агрессией, скорее тяжелым, удушающим присутствием, которое напоминало всем присутствующим, кто здесь на самом деле вершина пищевой цепочки.
– Вы хотели обсудить Ча Хэ Ин? – спросил я прямо, не тратя время на приветствия.
– Обсудить? – взорвался лидер гильдии «Белый тигр» Пэк Юнхо. – Джинву, она в коме от шока! Врачи говорят, что её магическое ядро не просто повреждено, оно стерто! Как будто его никогда не существовало. Ты понимаешь, что это значит для обороноспособности страны?
– Это значит, что она больше не сможет совать нос в чужие семьи, – отрезал я, обводя зал ледяным взглядом.
– Это безумие! – выкрикнул один из правительственных чиновников, толстый мужчина в дорогом костюме, чье имя я даже не потрудился запомнить. – Вы лишили нас стратегического ресурса из-за личной ссоры? Вы понимаете, что мы можем привлечь вас к ответственности? По законам об охотниках...
Я медленно повернул голову в его сторону. Давление в комнате мгновенно возросло. Стаканы с водой на столе начали мелко вибрировать, а по стеклам окон пошли едва заметные трещины. Чиновник поперхнулся словами и вжался в кресло.
– Ответственности? – переспросил я тихим, вкрадчивым голосом. – Вы хотите поговорить о законах с тем, кто эти законы делает ненужными?
Я сделал шаг вперед, и тени под моими ногами запульсировали, расширяясь.
– Послушайте меня все. Ча Хэ Ин пришла в мой дом. Она оскорбила моего супруга. Она попыталась использовать свою силу, чтобы разрушить мою семью. Она забыла, что статус охотника S-ранга не дает права собственности на других людей.
– Но лишать её силы... – начал было Го Гунхи, но я пресек его взмахом руки.
– Это было милосердием. Я мог бы отдать её Беро на растерзание. Или запереть в вечной тьме моих теней. Но я оставил ей жизнь. Теперь она обычный человек. И это — её наказание за гордыню.
Я оперся ладонями о стол, наклоняясь вперед. Мои глаза светились неприкрытой мощью Монарха.
– И раз уж мы здесь собрались, я хочу донести до вас одну простую истину. Моя семья — это красная линия. Юки — это не «стратегический ресурс» и не «слабое место». Он — моя жизнь. Любой, кто посмотрит в его сторону с дурными намерениями, любой, кто попытается использовать его, чтобы надавить на меня, любой, кто просто посмеет расстроить его... закончит так же, как Хэ Ин. В лучшем случае.
В зале стало так тихо, что казалось, люди перестали дышать. Лидеры гильдий, опытные бойцы, видевшие смерть сотни раз, сейчас отводили взгляды. Они чувствовали: я не блефую. Я не был больше героем, который спасает мир ради высшего блага. Я был мужчиной, защищающим свое гнездо.
– Вы угрожаете нам? – прошептал кто-то из угла.
– Я предупреждаю, – поправил я. – Я не хочу править вами. Мне не нужны ваши политические игры, ваши бюджеты и ваше признание. Всё, чего я хочу — это чтобы моего мужа оставили в покое. Дайте ему печь его хлеб. Дайте нам растить наших детей. И тогда я буду продолжать закрывать ваши Врата S-ранга и спасать ваши задницы, когда очередная тварь выберется наружу.
Я выпрямился, поправляя манжеты пиджака.
– Но если я почувствую хоть малейшую угрозу в сторону своего дома... – я сделал паузу, позволяя тени Игриса на мгновение материализоваться за моей спиной, сверкнув кровавыми глазами. – Я лишу магии каждого в этом зале. А потом и всю страну. Посмотрим, как ваши «стратегические планы» справятся с Вратами без охотников.
Председатель Го Гунхи тяжело вздохнул и опустил голову. Он был мудрым человеком и понимал, что спорить с богом — занятие бесполезное и опасное.
– Мы поняли вас, охотник Сон Джинву, – произнес он глухо. – Ассоциация официально закроет дело Ча Хэ Ин. Мы спишем это на... несчастный случай во время тренировки, приведший к истощению магического ядра. Ваша личная жизнь останется неприкосновенной. Мы обеспечим полную конфиденциальность вашему супругу.
– Вот и отлично, – я удовлетворенно кивнул. – Рад, что мы нашли общий язык.
Я уже собирался уходить, когда Пэк Юнхо решился задать еще один вопрос:
– Джинву... это правда? Насчет детей?
Я остановился у самого порога. Образ Юки, светлого, пахнущего ванилью и мукой, на мгновение вытеснил из моей головы мрачные своды Ассоциации.
– Да, – ответил я, и в моем голосе впервые за всё собрание прозвучала человеческая теплота. – И если вы думаете, что я опасен сейчас, представьте, что я сделаю, если кто-то напугает моего сына.
С этими словами я шагнул в тень, оставляя их переваривать услышанное.
Через мгновение я уже стоял на пороге нашего дома. Грохот города, политические интриги и злоба Ча Хэ Ин остались где-то в другой реальности. Здесь, в прихожей, стояли тапочки с мягким мехом, а из кухни доносился звон посуды.
– Джинву? Это ты? – крикнул Юки.
Я сбросил пиджак и прошел на кухню. Юки стоял у стола, нарезая овощи для той самой шаурмы, о которой мечтал. Он выглядел таким спокойным, таким домашним, что вся моя ярость окончательно испарилась.
– Как всё прошло? – спросил он, не оборачиваясь. – Здание стоит?
Я подошел к нему и крепко обнял, прижимаясь щекой к его плечу.
– Стоит. И будет стоять. Мы достигли... полного взаимопонимания.
Юки отложил нож и повернулся в моих объятиях, внимательно всматриваясь в мое лицо.
– Ты опять использовал свой «взгляд убийцы», да? – он шутливо нахмурился, вытирая пальцем воображаемую пылинку с моей щеки.
– Пришлось немного напомнить им о правилах приличия, – сознался я. – Но больше они нас не побеспокоят. Я пообещал им, что если они будут вести себя хорошо, я и дальше буду их главным супергероем.
Юки рассмеялся, обхватывая мою шею руками.
– Мой грозный Монарх. Иди мой руки, супергерой. Ужин почти готов. Алекс сегодня весь день толкается, кажется, он требует добавки мяса.
Я приложил ладонь к его животу, чувствуя ритмичные, уверенные толчки. Мой сын. Мое продолжение. Система показала мне это будущее, и я готов был убивать и созидать, чтобы оно наступило именно таким.
– Знаешь, – прошептал я, целуя Юки в кончик носа. – Я думаю, нам нужно купить тот участок земли за лесом.
– Зачем? – удивился он.
– Построим там огромную теплицу. Ты ведь хотел выращивать свою малину для пирогов? И места для Сухо и Миджун будет больше.
Юки замер, его глаза наполнились нежностью.
– Ты уже всё распланировал, да?
– На ближайшую вечность — точно, – ответил я.
В этот вечер мы сидели на террасе, ели домашнюю еду и смотрели на звезды. Где-то там, в больничной палате, Ча Хэ Ин просыпалась в мире, где она была никем. Где-то в офисах Ассоциации люди в панике переписывали отчеты. А здесь, под защитой моих теней, в тишине пригорода, начиналась наша настоящая история.
Я смотрел на Юки, который уснул прямо у меня на плече, утомленный домашними хлопотами, и знал: я бы променял все свои уровни, все свои титулы и всё свое бессмертие на один такой вечер. Но, к счастью для этого мира, мне не нужно было выбирать. Я мог быть Теневым Монархом для врагов и просто Джинву для него.
И это было высшей формой власти, которую когда-либо знала Система.