← Назад к обзору

Карта страсти

Эхо признаний

Тишина в комнате Алисы больше не казалась гнетущей. Она стала плотной, осязаемой, наполненной электричеством, которое всё ещё искрило между ними. Дождь за окном усилился, превращаясь в настоящий ливень, барабанящий по стеклу настойчиво и ритмично, словно пытаясь достучаться до тех, кто нашёл убежище внутри.

Марина лежала на спине, глядя в потолок, и кончиками пальцев касалась своей шеи. Там, где Алиса оставила свои отметины, кожа горела. Это было странное, непривычное ощущение — Марина всегда привыкла быть той, кто ведёт, кто диктует правила и оставляет следы. Но сейчас, чувствуя пульсацию в местах укусов, она ощущала странное удовлетворение.

– О чём ты думаешь? – голос Алисы прозвучал совсем тихо. Она лежала рядом, подперев голову рукой, и не сводила глаз с Марины. Её расстёгнутая рубашка сползла с одного плеча, открывая вид на россыпь багровых пятен, которые на бледной коже смотрелись вызывающе ярко.

Марина повернула голову, и её губы тронула та самая загадочная усмешка, которая всегда заставляла сердце Алисы пропускать удар.

– Думаю о том, что ты — маленькая чертовка, Алиса, – Марина протянула руку и лениво намотала на палец прядь её волос. – Ты так долго прикидывалась тихой и покорной. Откуда в тебе это?

Алиса покраснела, но не отвела взгляда. В ней словно что-то надломилось или, наоборот, встало на свои места. Страх, который сковывал её месяцами, испарился, оставив после себя лишь чистое, концентрированное желание быть рядом с этой девушкой.

– Я не прикидывалась, – она замялась, подбирая слова. – Просто... когда ты рядом, мне кажется, что я могу быть кем угодно. Ты даёшь мне эту силу. Или забираешь её, я ещё не поняла.

Марина приподнялась на локтях, сокращая расстояние между их лицами. Её глаза потемнели, становясь почти чёрными в полумраке комнаты.

– Я ничего не забираю без спроса, – прошептала она, и её дыхание коснулось губ Алисы. – Но мне нравится, как ты на меня действуешь. Знаешь, я шла сюда с мыслью, что просто подразню тебя. Посмотрю, как ты будешь краснеть и заикаться.

– И как? – Алиса осмелела и сама подалась вперёд, почти касаясь носом носа Марины. – План удался?

– План провалился с треском, – призналась Марина, и в её голосе послышались хриплые нотки. – Потому что теперь я не хочу уходить. Вообще.

Она резко перехватила инициативу, опрокидывая Алису на подушки и нависая сверху. Тяжёлые волосы Марины упали вниз, создавая вокруг них подобие занавеса, отсекающего весь остальной мир.

– Ты сказала, что любишь меня, – напомнила Марина, её взгляд стал пронзительным. – Ты понимаешь, что это значит? Со мной не будет просто. Я собственница. Если ты моя, то ты моя вся, до последнего вздоха.

Алиса сглотнула, чувствуя, как по телу снова пробегает дрожь — на этот раз не от холода, а от осознания того, какую власть она добровольно отдаёт в руки этой девушки.

– Я знаю, – выдохнула она, обхватывая талию Марины ногами, притягивая её ближе, чувствуя тяжесть её тела. – Я хочу принадлежать тебе. И я хочу, чтобы ты принадлежала мне.

Марина издала короткий смешок, в котором смешались восторг и вызов.

– Смелое заявление.

Она снова прильнула к её шее, но на этот раз поцелуи были медленными, тягучими, почти нежными. Она словно извинялась за ту резкость, с которой действовала раньше, и в то же время продолжала исследовать каждый сантиметр кожи Алисы. Руки Марины скользнули под рубашку, лаская талию, поднимаясь выше к рёбрам, заставляя Алису судорожно втягивать воздух.

– Марина... – Алиса зажмурилась, выгибаясь навстречу этим рукам. – Пожалуйста, не останавливайся.

– Я и не собиралась, – пробормотала Марина в ключицу.

Внезапно в прихожей послышался какой-то звук. Обе девушки замерли, прислушиваясь. Сердце Алисы забилось в бешеном ритме.

– Родители? – одними губами спросила она, в ужасе глядя на дверь. – Они же сказали, что будут поздно!

Марина замерла, её тело напряглось, как у хищника перед прыжком. Она прислушалась к шорохам за дверью.

– Нет, – наконец расслабилась она. – Это просто капли дождя по козырьку балкона. Или ветер. Успокойся, маленькая.

Алиса выдохнула, чувствуя, как силы на мгновение покидают её от пережитого стресса. Она уткнулась лбом в плечо Марины, пытаясь унять дрожь.

– Я так испугалась... Если они увидят нас... увидишь, что ты со мной сделала...

Марина отстранилась и посмотрела на ярко-красные следы на шее Алисы. В её глазах промелькнуло что-то похожее на вину, но оно тут же сменилось привычной уверенностью. Она коснулась одного из засосов большим пальцем, слегка надавливая.

– Наденешь шарф. Или свитер с высоким горлом, – она пожала плечами. – В конце концов, сейчас осень. Никто ничего не заподозрит, если ты сама себя не выдашь своим вечно виноватым видом.

– Легко тебе говорить, – проворчала Алиса, хотя в её голосе не было злости. – Ты всегда выглядишь так, будто контролируешь весь мир. А я... я просто я.

Марина внезапно посерьёзнела. Она взяла лицо Алисы в свои ладони и заставила её смотреть прямо в глаза.

– Послушай меня. Ты не «просто ты». Ты — та, кто заставила меня потерять голову. Ты единственная, перед кем я готова раскрыться. Не думай, что это всё для меня — просто игра.

Алиса замерла. Эти слова значили для неё больше, чем все поцелуи и ласки. Она видела, что Марина говорит искренне, и эта искренность пугала своей глубиной.

– Значит, мы... мы теперь вместе? – спросила она, боясь услышать ответ.

Марина улыбнулась — на этот раз тепло и без тени иронии.

– А у тебя есть сомнения? После того, как ты меня пометила? – она указала на свою шею. – Теперь я не могу просто так уйти. Мне придётся нести ответственность за то, что я приручила такую опасную девочку.

Алиса тихо рассмеялась, чувствуя, как напряжение окончательно уходит. Она потянулась к Марине и мягко поцеловала её в губы — без капли агрессии, просто делясь своим теплом.

– Я люблю тебя, Марина.

– Я знаю, – ответила та, притягивая её к себе и укладывая голову Алисы на своё плечо. – И, кажется, я тоже... начинаю понимать, что это за чувство.

Они пролежали так долго, слушая шум дождя и биение сердец друг друга. В комнате становилось прохладно, и Марина натянула на них одеяло, создавая кокон, в котором не было места внешним проблемам, вопросам родителей или осуждению общества.

– Тебе пора идти? – спросила Алиса через какое-то время, когда тени в углах комнаты стали совсем густыми.

– Наверное, – неохотно ответила Марина. – Не хочу, чтобы твои родители застали меня здесь в таком виде. Это будет трудно объяснить даже моей уверенностью.

Она села на кровати и начала застёгивать свою рубашку. Алиса наблюдала за ней с грустью, понимая, что этот момент волшебства подходит к концу.

– Когда мы увидимся? – спросила она, тоже поднимаясь и пытаясь привести в порядок свою одежду.

Марина встала, подошла к зеркалу и критически осмотрела свою шею.

– Завтра в школе, – она усмехнулась, поправляя воротник куртки, чтобы скрыть следы. – Будем играть в шпионов. Посмотрим, кто из нас быстрее покраснеет при встрече в коридоре.

Алиса подошла к ней со спины и обняла за талию, прижимаясь щекой к лопаткам.

– Я буду скучать. Даже если пройдёт всего пара часов.

Марина развернулась в её руках и быстро, почти жадно поцеловала её в последний раз.

– Не скучай. Я напишу тебе, как только доберусь до дома. И только попробуй не ответить сразу.

– Не попробую, – пообещала Алиса.

Она проводила Марину до двери. Когда та вышла в тёмный подъезд, Алиса ещё долго стояла у закрытой двери, прижимая ладонь к груди. Сердце всё ещё колотилось, а на шее горели следы — живое напоминание о том, что этот вечер не был сном.

Вернувшись в комнату, она подошла к зеркалу. В полумраке её отражение казалось другим. Глаза блестели, губы припухли, а шея... Алиса коснулась багровых пятен и невольно улыбнулась. Это была её тайна. Её боль и её счастье.

Она начала собирать разбросанные вещи, поправляя постель. В воздухе всё ещё витал аромат духов Марины — терпкий, властный, манящий. Алиса знала, что теперь её жизнь никогда не будет прежней. Она вступила на путь, полный сложностей, но, глядя на своё отражение, она понимала: она готова к этому.

Раздался короткий сигнал телефона. Алиса бросилась к столу.

«Доехала. Шарф помог, но шея всё равно горит. Ты — маленькое стихийное бедствие, Алиса. Спокойной ночи. Люблю тебя».

Алиса прижала телефон к губам, чувствуя, как слёзы радости наворачиваются на глаза.

– И я тебя, – прошептала она в пустоту комнаты.

За окном дождь начал стихать, оставляя после себя лишь свежесть и чистоту. Впереди была долгая ночь, полная мыслей о завтрашнем дне, но Алиса больше не боялась. Она знала, что теперь она не одна. И эти следы на коже были самым прекрасным украшением, которое она когда-либо носила.