← Назад к обзору

Хуан

Инстинкты, ревность и вечерний парк

Вечерний город дышал прохладой, но для Сони и Вики это было лишь фоном. Девушки шли по центральной аллее парка, и их прогулка больше напоминала хаотичное движение: Соня едва удерживала на поводке Барона, своего щенка кане-корсо, который, несмотря на юный возраст, уже весил как приличный мешок муки и обладал мощью небольшого локомотива.

– Барон, фу! Ко мне! – Соня в очередной раз дернула поводок, когда щенок попытался погнаться за пролетающим голубем. – Вика, он меня скоро в асфальт закатает. У него сил больше, чем у меня здравого смысла.

Вика, шедшая рядом с пачкой сухариков, лишь усмехнулась. На фоне массивного щенка она выглядела совсем хрупкой — тонкие запястья, каре, едва касающееся плеч, и огромные зеленые глаза, в которых сейчас плясали чертики. Ее бешеный характер сегодня был в состоянии относительного покоя, но это всегда было затишьем перед бурей.

– Тебе нужно было заводить кого-то попроще, – Вика закинула в рот сухарик. – Вон, как у Никиты, джек-рассела. Маленький, прыгучий, и если что — под мышку взял и пошел. А этот твой... кабан скоро сам будет тебя на поводке выгуливать.

– Не называй его кабаном, он благородных кровей! – Соня рассмеялась, поправляя выбившуюся русую прядь. – Просто у него СДВГ, как и у меня. Мы на одной волне.

Они свернули к широкой площадке у фонтана, где обычно собиралась молодежь. Издалека послышался знакомый гул мотора — низкий, рокочущий звук питбайка, который невозможно было спутать ни с чем другим. Соня невольно выпрямилась, а ее сердце предательски екнуло.

– О, смотри-ка, – Вика прищурилась, – вся банда в сборе. И твой футболист там, и мой «небоскреб».

В центре площадки стояла большая компания одиннадцатиклассников. В центре внимания, прислонившись к своему сияющему питбайку, стоял Никита. На нем была расстегнутая ветровка, открывающая вид на футболку, которая едва сдерживала напор его развитых мышц. Рядом, возвышаясь над всеми остальной толпой, заторможенно жевал жвачку Артём, переводя взгляд с одного собеседника на другого.

Но они были не одни. Рядом с ними крутились еще двое парней — Петя, известный школьный шутник и задира, и «второй» Никита, которого в школе звали просто Кит, чтобы не путать с футболистом.

– Опа, какие люди в нашем Голливуде! – первым их заметил Петя. Он тут же отделился от компании и направился к девочкам, сияя голливудской улыбкой. – Сонечка, Викуся, неужели вы решили почтить нас своим присутствием?

Никита-футболист мгновенно обернулся. Его взгляд сразу зацепился за Соню, скользнул по ее фигуре, задерживаясь на тонкой талии и пышных бедрах, подчеркнутых облегающими джинсами. Он хищно улыбнулся и уже сделал шаг навстречу, но Петя его опередил.

– Сонь, ну ты просто пушка сегодня, – Петя бесцеремонно подошел вплотную, игнорируя глухое рычание Барона. – Слушай, а зачем тебе этот теленок на веревке? Давай я тебя на руках понесу, я покрепче буду.

– Петь, ты если его теленком еще раз назовешь, он тебе кроссовки пережует, – Соня попыталась отшутиться, но почувствовала себя неуютно под слишком наглым взглядом парня.

В это время Кит подошел к Вике. Он был ниже Артёма, но гораздо увереннее в себе.

– Вика, а ты всё уменьшаешься? – Кит заглянул ей в глаза, сокращая дистанцию. – Скоро в карман поместишься. Может, проверим? У меня как раз в куртке место есть.

Вика смерила его ледяным взглядом, сложив руки на груди.

– Кит, ты если в карман меня засунешь, я тебе там все провода перекушу. Иди тренируйся на ком-нибудь попроще.

Артём, стоявший чуть поодаль, кажется, только сейчас осознал масштаб происходящего. Его карие глаза округлились, когда он увидел, как Кит пытается приобнять Вику за плечи. Он медленно, словно груженый танкер, начал разворачиваться в их сторону.

– Э-э... Кит, слышь, – выдавил из себя Артём, – ты это... отойди от неё. Она чипсы ест. Поперхнется.

Никита-футболист тем временем уже не скрывал раздражения. Он подошел к Пете и Соне, буквально вклинившись между ними. Его плечо коснулось плеча Сони, и она почувствовала исходящий от него жар.

– Петруха, ты берега не попутал? – голос Никиты прозвучал низко и угрожающе. – Иди вон, с Вольтом поиграй, он там палку нашел. А Соня со мной разговаривает.

– Да ладно тебе, Ник, – Петя хохотнул, но в глаза другу смотреть не стал. – Я просто комплименты отвешиваю. Смотри, какая девчонка выросла. Грех не подкатить.

– Я тебе сейчас так подкачу, что до завтра не выкатишься, – Никита сделал шаг вперед, его пресс под футболкой напрягся, а кулаки непроизвольно сжались. – Свободен.

Соня наблюдала за этим с замиранием сердца. С одной стороны, ей льстило такое внимание, с другой — ее СДВГ-мозг уже рисовал картины массовой драки, в которой Барон эпично спасает всех, перегрызая поводки.

– Малая, ты как? – Никита повернулся к Соне, и его тон моментально сменился на обволакивающе-нежный. Он положил руку ей на талию, притягивая к себе. – Не напугали тебя эти придурки?

– Я не малая, Никита, – фыркнула Соня, хотя сама невольно прижалась к его сильному плечу. – И я сама могу за себя постоять.

– Ага, вижу, – он усмехнулся, глядя на Барона, который в этот момент решил усесться прямо на кроссовок Никиты. – Твой зверь уже начал захват моей территории. Слушай, а поехали прокатимся? Прямо сейчас. Оставим этих...

Он кивнул в сторону Артёма, который все еще пытался подобрать слова, чтобы окончательно отогнать Кита от Вики.

– А Вика? – Соня оглянулась на подругу.

У Вики ситуация накалялась. Кит, видимо, решил, что медлительность Артёма — это зеленый свет.

– Ну че ты, Вик, Артём же тормоз, он пока сообразит, что к чему, мы уже в кино сходим, – Кит нагло потянулся к ее волосам.

В этот момент Артём, чей рост в сто девяносто сантиметров обычно делал его безобидным великаном, вдруг сделал резкий шаг вперед. Он не стал толкаться или кричать. Он просто положил свою огромную ладонь Киту на плечо и слегка сжал.

– Кит, – голос Артёма был удивительно спокойным, но в нем прорезались стальные нотки. – Я два раза не повторяю. Отойди. От. Неё.

Кит на мгновение замер. Он посмотрел на руку Артёма, потом на его лицо, которое обычно выражало крайнюю степень задумчивости, а сейчас было абсолютно серьезным.

– Ладно-ладно, Тём, че ты сразу заводишься, – Кит поднял руки в примирительном жесте и попятился. – Шуток не понимаешь.

Вика хмыкнула, хотя в глубине души была поражена. Она привыкла, что Артём — это такой большой и добрый диван, на котором можно образно посидеть, но увидеть в нем защитника было в новинку.

– Спасибо, великан, – она подошла к Артёму и протянула ему пачку сухариков. – На, заслужил.

Артём снова стал прежним — он покраснел, неловко взял один сухарик и едва не выронил его.

– Да я... я просто... он же мешал, – пробормотал он, глядя в землю.

Никита-футболист, наблюдавший за этой сценой, громко расхохотался.

– Красава, Тёма! Даже ты проснулся, когда у тебя из-под носа девчонку уводить начали.

Он снова переключил внимание на Соню. Его рука всё еще лежала на её талии, и Соня чувствовала, как от этого прикосновения по телу разливается странное тепло.

– Ну так что, Сонь? Питбайк ждет. Барона твоего Артём до дома докинет, он всё равно пешком ходит, ему полезно тяжести таскать.

– Эй! – возмутилась Соня. – Барон — не тяжесть! И я его никому не отдам.

– Ладно, – Никита наклонился к ней так близко, что она почувствовала запах его парфюма — смесь цитруса и чего-то терпкого, мужского. – Тогда давай так: завтра после тренировки я заезжаю за тобой. Без собак. Только ты и я. И скорость. Идет?

Соня посмотрела в его искрящиеся глаза. В них было столько уверенности и вызова, что она просто не могла сказать «нет». Ее внутренний искатель приключений уже вовсю аплодировал.

– Идет, – выдохнула она, чувствуя, как Никита торжествующе сжимает её талию.

– Вот и договорились, – он подмигнул ей и обернулся к компании. – Слышь, народ! Кто последний до моста — тот заправляет мой байк!

С этими словами он запрыгнул на свой аппарат, лихо завел его, и площадка наполнилась ревом мотора. Он бросил последний взгляд на Соню, в котором читалось нескрываемое обещание, и умчался, оставив после себя лишь облако пыли и запах адреналина.

Петя и Кит, поняв, что ловить здесь больше нечего, потянулись вслед за ним, что-то обсуждая на ходу.

На площадке остались только Соня, Вика, Артём и Барон, который решил, что самое время начать грызть поводок.

– М-да, – Вика посмотрела на уезжающих парней. – Шоу окончено, расходимся. Тёма, ты нас проводишь? А то вдруг еще какой-нибудь «Кит» из кустов выпрыгнет.

Артём кивнул, всё еще переваривая произошедшее.

– Провожу. Конечно. А сухарики еще остались?

– Остались, тормоз ты мой, остались, – Вика мягко толкнула его в бок. – Пошли уже.

Соня шла чуть позади, ведя за собой упирающегося Барона. В её голове всё еще звучал голос Никиты и его обещание завтрашнего дня. Она понимала, что Никита — это риск. Это флирт на грани фола, это постоянное напряжение и взгляды, от которых хочется провалиться сквозь землю и одновременно подойти ближе.

– Соня, ты чего там застряла? – крикнула Вика, оборачиваясь. – План захвата мира составляешь?

– Нет, – Соня улыбнулась, и её голубо-зелёные глаза засияли в свете зажигающихся фонарей. – Просто думаю, что завтра мне понадобится шлем. И, кажется, что-то покрепче, чем просто терпение.

– Это точно, – Вика усмехнулась, глядя на Артёма, который в этот момент пытался одновременно идти и попасть сухариком в рот. – В этой школе без стальных нервов вообще делать нечего.

Они вышли из парка, направляясь к дому. Вечер обещал быть спокойным, но каждая из них знала: это лишь начало. Впереди были сообщения в мессенджерах, короткие встречи на переменах и тот самый драйв, который бывает только в четырнадцать лет, когда весь мир кажется огромной игровой площадкой, а старшеклассники — самыми загадочными существами на планете.

Соня посмотрела на Барона, который наконец-то успокоился и мирно топал рядом.

– Ну что, друг, – шепнула она щенку, – кажется, нас ждут веселые времена. Главное — не влюбиться в этого футболиста окончательно. Хотя, кого я обманываю?

Где-то вдалеке всё еще слышался рокот питбайка, уносящего Никиту в сумерки, и Соня знала — завтрашний день изменит всё.