← Назад к обзору

Клава Кока и Валя Карнавал

Голос за кулисами

Телефон завибрировал на мраморной столешнице ровно в тот момент, когда я меньше всего этого ожидал. На экране высветилось имя, которое заставляло миллионы парней по всей стране пускать слюни, но для меня оно теперь ассоциировалось с той безумной ночью и запахом дорогого пота. Клава.

– Соскучился? – её голос в трубке звучал с хрипотцой, будто она только что проснулась или, наоборот, не ложилась вовсе.

– Ты даже не представляешь насколько, – ответил я, откидываясь на спинку кресла. – Решила повторить?

– У меня сегодня большой концерт в «Мегаспорте». Хочу, чтобы ты приехал. Пропуск будет ждать на служебном входе. И... надень что-нибудь, что легко расстегнуть. Мне нужно будет быстрое «подкрепление» перед выходом на сцену.

Её короткий смешок оборвался гудками. Клава Кока не любила ждать, и она точно знала, что я приду. В её мире правила устанавливала она, но в моей спальне всё было иначе, и эта двойственность сводила её с ума.

Вечерний город задыхался в пробках, но я успел вовремя. Служебный вход встретил меня суетой: техники таскали кабели, охранники с рациями переговаривались о позициях, а танцоры в ярких костюмах повторяли связки. Стоило мне назвать своё имя, как ко мне подбежала миниатюрная девушка-ассистентка с бейджем «VIP Access».

– Пройдемте, Клавдия ждет вас в гримерке. Только быстрее, до начала шоу десять минут, – протараторила она.

За дверью гримерной царил хаос, который мгновенно стих, стоило мне переступить порог. Клава сидела перед огромным зеркалом, окруженная стилистами. На ней был вызывающий сценический костюм: серебристое боди, расшитое кристаллами, которое едва прикрывало её бедра, и высокие ботфорты. Увидев меня в отражении, она жестом выгнала всех помощников.

– Оставьте нас. Мне нужно настроиться, – бросила она тоном, не терпящим возражений.

Когда дверь захлопнулась, Клава медленно встала и повернулась ко мне. Её глаза горели тем самым порочным огнем, который я видел в ту ночь. Она выглядела как богиня поп-сцены, но я знал, что под этим блеском скрывается голодная до удовольствий шлюха.

– Ты вовремя, – она подошла вплотную, и я почувствовал резкий аромат её лака для волос и сладких духов. – У меня мандраж. Нужно снять напряжение.

– И как же ты хочешь его снять? – я притянул её за талию, чувствуя холодную ткань боди.

– Встань у стола, – скомандовала она, толкая меня в грудь.

Я подчинился, наблюдая, как она опускается на колени. Её яркий сценический макияж делал её лицо почти кукольным, но движения были хищными. Клава ловко расправилась с моей ширинкой, и когда я почувствовал её горячее дыхание, по коже пробежала волна жара.

– Ты же знаешь, я люблю, когда ты смотришь, – прошептала она, прежде чем полностью захватить меня своим ртом.

Она работала с невероятным усердием. Клава не просто делала минет — она превращала это в перформанс. Её язык описывал круги, она то замедлялась, глядя мне прямо в глаза, то ускорялась, заставляя меня сжимать края стола так, что побелели костяшки пальцев. Звуки её стараний заполняли комнату, перекрывая гул толпы, доносящийся из зала.

– Клава, пять минут до выхода! – раздался крик ассистентки за дверью и резкий стук.

– Пошла к черту! – приглушенно рявкнула Клава, не отрываясь от дела.

Она стала действовать агрессивнее. Её рука сжимала основание, а губы создавали такой вакуум, что я едва сдерживал стон. В какой-то момент она остановилась на секунду, слизнула выступившую каплю и снова накрыла меня, погружаясь максимально глубоко.

– Давай, – прохрипела она, чувствуя, как я напрягаюсь. – Отдай мне всё. Я хочу выйти на сцену с твоим вкусом во рту.

Я не стал сдерживаться. Когда мощная волна накрыла меня, Клава не отстранилась. Она приняла всё до последней капли, жадно сглатывая, её горло двигалось в ритме моих пульсаций. Когда я, наконец, выдохнул, она поднялась, вытирая уголок рта тыльной стороной ладони.

– Теперь я готова зажечь этот зал, – она хищно улыбнулась, поправляя помаду, которая, на удивление, почти не размазалась. – Жди меня за кулисами после финала. И не вздумай уйти.

Шоу было грандиозным. Я стоял в тени кулис, наблюдая, как она доминирует над многотысячной толпой. Она прыгала, пела о любви и разбитых сердцах, а я смотрел на её губы и вспоминал, что они делали всего пятнадцать минут назад. Валя, кстати, тоже была там — мелькнула в VIP-ложе, посылая Клаве воздушные поцелуи. Эти две девчонки явно вели свою игру, и мне чертовски нравилось быть её частью.

Когда отгремели последние аккорды и Клава, обливаясь потом и тяжело дыша, вбежала за кулисы под грохот аплодисментов, она даже не взглянула на команду. Она схватила меня за руку и потащила вглубь коридоров, мимо костюмерных, к маленькой технической каморке, заваленной чехлами от инструментов.

– Я больше не могу ждать, – выдохнула она, как только дверь закрылась. – Адреналин просто разрывает меня.

Она не стала церемониться. Клава толкнула меня на груду мягких кофров и, не снимая своих сценических сапог, рванула боди в сторону.

– Трахай меня, – приказала она. – Прямо сейчас. Я хочу чувствовать тебя всего.

Я подхватил её под бедра, входя внутрь одним резким движением. Клава вскрикнула, запрокинув голову, её светлые волосы рассыпались по моим плечам. Она тут же перехватила инициативу, оседлав меня. Она скакала на мне как на диком жеребце, её движения были резкими, почти грубыми. В этой тесной каморке, под звуки уходящей из зала толпы, она была настоящей — ненасытной, извращенной шлюхой, которой плевать на статус.

– Ещё! Быстрее! – требовала она, впиваясь ногтями в мою шею. – Ты слышишь, как они там кричат моё имя? А я здесь, с тобой, и я хочу, чтобы ты меня сломал!

Её тело было влажным от пота, кожа горела. Каждый её толчок был наполнен такой страстью, что у меня темнело в глазах. Она двигалась ритмично, подчиняясь какому-то внутреннему биту, который был гораздо мощнее её песен.

– Ты... ты просто сумасшедшая, – выдохнул я, перехватывая её за талию и задавая свой темп.

– Я извращенка, милый, – прошипела она, прикусывая мою мочку уха. – И ты это обожаешь.

Мы были на грани. Клава начала содрогаться в экстазе, её внутренние мышцы сжимали меня так сильно, что сдерживаться стало невозможно.

– Заливай! – закричала она, срываясь на хрип. – Заливай в меня всё!

Я рванулся навстречу её последнему движению, заполняя её горячее нутро своим семенем. Клава обмякла на моей груди, тяжело дыша, её сердце билось как сумасшедшее. Мы сидели в тишине несколько минут, приходя в себя среди пыльных чехлов.

– Знаешь, – подала она голос, не поднимая головы. – Валя будет в бешенстве, что я не позвала её сегодня.

– Уверен, мы это исправим в следующий раз, – усмехнулся я, поглаживая её по влажной спине.

– Обязательно исправим, – Клава поднялась, пытаясь привести костюм в порядок. – Но сегодня ты был только моим жеребцом. Иди, пока охрана не начала прочесывать здание.

Она послала мне воздушный поцелуй, тот самый, «сценический», но в её глазах всё еще читалось обещание новых, еще более грязных встреч. Выходя из здания, я чувствовал себя победителем. Впереди была ночь, и я знал, что мой телефон скоро снова завибрирует. На этот раз, возможно, это будет Валя.