← Назад к обзору

Крылья Ред Булл и Новая голландская надежда

Разговор с прошлым

2023 год. Раннее утро на трассе в Бахрейне. Солнце только начинало подниматься над пустыней, окрашивая небо в нежно-розовые и оранжевые тона. Воздух был ещё прохладным, но уже чувствовалось приближение изнуряющей жары. Себастьян Феттель, теперь уже бывший гонщик, стоял у ограждения трассы, наблюдая за тем, как команды готовят болиды к первым предсезонным тестам. Звук моторов, запах резины и топлива – всё это вызывало в нём странную смесь ностальгии и облегчения. Он скучал по скорости, по адреналину, но в то же время чувствовал себя свободным от бесконечного давления и ожиданий.

Его взгляд скользнул по гаражам Red Bull. Он видел Макса Ферстаппена, окружённого инженерами, смеющегося над какой-то шуткой. Рядом с ним стоял Кристиан Хорнер, его руководитель, чьё лицо светилось гордостью. Себастьян не мог не заметить, как изменился Кристиан за эти годы. Он стал мягче, более открытым, и в его глазах читалось счастье. Себастьян знал, что это всё благодаря Максу. Он видел эту связь, эту неразрывную нить, которая связывала их. И в какой-то степени, он завидовал. Завидовал тому, что Кристиан нашёл своё счастье, то, что он сам так глупо потерял.

Внезапно его мысли прервал знакомый голос.

– Себастьян, – произнёс он, и сердце Себастьян пропустило удар.

Он обернулся. Перед ним стоял Марк Уэббер. Время оставило на его лице свои следы – морщинки у глаз, седина в волосах, но его глаза, глубокие и серьёзные, были всё те же.

– Марк, – только и смог вымолвить Себастьян.

Воцарилось неловкое молчание. Девять лет. Девять лет они не разговаривали по-настоящему, не считая коротких формальных фраз на мероприятиях. Девять лет, прожитых в тишине, разделённых пропастью обид и невысказанных слов.

– Ты хорошо выглядишь, – наконец сказал Марк, пытаясь разрядить обстановку.

– Ты тоже, – ответил Себастьян, чувствуя, как внутри него всё сжимается. Он хотел сказать так много, но слова застревали в горле.

– Я… я приехал сюда по делам, – продолжил Марк. – Комментаторская работа.

– Да, я знаю, – кивнул Себастьян. – Слышал. Ты отлично справляешься.

Ещё одно молчание. Каждый из них ждал, что скажет другой.

– Мы можем поговорить? – осторожно спросил Марк. – Наедине?

Себастьян почувствовал, как в груди разгорается надежда.

– Да. Конечно.

Они отошли подальше от суеты паддока, найдя уединённое место за одним из гостевых домиков. Вокруг было тихо, только далёкий гул моторов нарушал покой.

– Себастьян, – начал Марк, его голос был глухим. – Я… я хотел извиниться.

Себастьян удивлённо поднял брови.

– Извиниться? За что?

– За то, как я поступил тогда, в 2013-м, – Марк отвёл взгляд. – За то, что не дал тебе шанса объяснить, за то, что оттолкнул тебя. За то, что… разрушил всё.

– Марк, – Себастьян подошёл ближе, – это я должен извиняться. Это я нарушил приказ, я предал тебя. Я был молодым, глупым, амбициозным. Я не думал о последствиях.

– Мы оба были виноваты, – Марк поднял на него глаза. – Я был слишком горд, слишком обижен. Я позволил эмоциям взять верх. Я не смог смириться с тем, что команда ставила тебя выше меня. Но это не оправдывает меня. Я знал, что ты любишь меня. Знал, что я люблю тебя. И всё равно ушёл.

Из кармана Себастьян достал маленькую коробочку. Ту самую, которую носил с собой все эти годы.

– Я так и не смог её выбросить, – его голос дрогнул. – Я хотел сделать тебе предложение. В тот день.

Марк посмотрел на коробочку, затем на Себастьяна. В его глазах блеснули слезы.

– Я знаю, – прошептал он. – Я видел. Я видел, как ты держал её в руке. И всё равно ушёл. Я был идиотом.

– Нет, Марк, – Себастьян покачал головой. – Ты не был идиотом. Ты был ранен. И я был тем, кто нанёс эту рану.

Они стояли молча, глядя друг на друга. Все эти годы обиды, боли, невысказанных слов – всё это растворялось в воздухе, уступая место чему-то новому, чему-то хрупкому, но такому желанному.

– Я скучал по тебе, Себби, – тихо сказал Марк.

Себастьян почувствовал, как по его щеке скатилась слеза.

– Я тоже, Марк. Больше, чем ты можешь представить.

Он протянул руку и осторожно коснулся его щеки. Марк прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновением.

– Я так много хотел тебе сказать, – продолжил Себастьян. – Все эти годы. Я хотел рассказать тебе о своих неудачах в Ferrari, о том, как я скучал по нашим спорам, по нашим совместным победам. О том, как я скучал по тебе.

– Я тоже, – Марк открыл глаза. – Я каждый день жалел о своём решении. Я пытался забыть тебя, но не смог. Никто не смог занять твоего места.

– Я знаю, – Себастьян улыбнулся сквозь слёзы. – Я тоже пытался. Но ты – это ты. И никто не сможет тебя заменить.

Они обнялись. Крепко, так крепко, что казалось, они пытаются компенсировать все эти годы разлуки. В этом объятии было всё – боль, сожаление, прощение, и, самое главное, любовь. Любовь, которая не угасла, несмотря на время и обстоятельства.

– Что дальше? – прошептал Марк, отстраняясь.

Себастьян посмотрел на него. В его глазах горел огонь, которого не было уже много лет.

– Я не знаю, – честно ответил он. – Но я знаю одно: я больше не хочу жить без тебя.

Марк улыбнулся. Это была та самая улыбка, которую Себастьян так сильно любил.

– Я тоже, Себби. Я тоже.

Они стояли так ещё какое-то время, держась за руки, наблюдая за рассветом. Мир вокруг них продолжал свой бег, болиды выезжали на трассу, механики суетились в гаражах, но для них двоих время остановилось. Они были в своём собственном мире, мире, где не было Multi21, не было обид, не было расставаний. Был только Себастьян и Марк, и их возродившаяся любовь.

***

Тем временем, в гараже Red Bull, Кристиан Хорнер и Макс Ферстаппен обсуждали стратегию на предстоящие тесты. Кристиан чувствовал себя на вершине мира. Его команда была сильна, его пилот – лучший в мире, и его личная жизнь была наполнена счастьем.

– Как думаешь, мы сможем победить Ferrari в этом году? – спросил Макс, поглядывая на Кристиана.

Кристиан улыбнулся.

– Мы победим всех, мой чемпион. С тобой по-другому и быть не может.

Он положил руку на плечо Макса.

– Ты – лучшее, что когда-либо случалось с этой командой. И со мной.

Макс смущённо улыбнулся.

– Ты тоже, Кристиан. Ты всегда верил в меня.

Кристиан посмотрел на него. В его глазах читалась безграничная нежность.

– Я всегда буду верить в тебя, Макс. Всегда.

Он наклонился и поцеловал Макса в висок. Их отношения были их тихой гаванью, их секретом, но для них двоих это было самое главное.

– Кстати, – сказал Макс, вспомнив что-то. – Я видел Себастьяна Феттеля на трассе. Он выглядел… счастливым.

Кристиан удивлённо поднял бровь.

– Правда? Давно его таким не видел.

– Да, – кивнул Макс. – И он был с Марком Уэббером. Они разговаривали.

Кристиан замолчал, переваривая эту информацию. Себастьян и Марк. Вместе. Разговаривают. Это было что-то из области фантастики.

– Что ж, – наконец произнёс Кристиан, – похоже, даже самые старые раны могут затянуться.

Он посмотрел на Макса, затем снова на трассу.

– Жизнь, она такая, Макс. Полная сюрпризов. И никогда не знаешь, что ждёт тебя за следующим поворотом.

Макс улыбнулся.

– Я знаю одно: с тобой мне ничего не страшно.

Кристиан обнял его.

– И мне с тобой, мой чемпион. И мне с тобой.

Они стояли так, наблюдая за тем, как первые болиды выезжают на трассу. Новая глава в истории Формулы-1 начиналась. И для Себастьяна Феттеля, и для Марка Уэббера, и для Макса Ферстаппена, и для Кристиана Хорнера это была новая глава, полная надежд, прощения и, самое главное, любви. Любви, которая способна исцелять, объединять и давать силы двигаться вперёд, несмотря ни на что.