← Назад к обзору

Личное счастье монарха

Испытание на выдержку

Я чувствовал, как реальность вокруг нас расслаивается. В нескольких шагах от нас, в теплом свете торшера, Хэ Ин продолжала обсуждать с Сухо предстоящий рейд, перечисляя необходимые припасы и меры предосторожности. Ее голос звучал так обыденно, так правильно. А здесь, на этом же диване, под тяжелым шерстяным пледом, мир превращался в густую, вязкую тьму, пропитанную первобытным инстинктом.

Я начал медленно двигаться в ней. Каждый толчок был выверенным, тягучим, почти мучительным в своей неспешности. Юми замерла, ее пальцы судорожно вцепились в мои колени через ткань моих брюк. Она была настолько узкой и горячей, что контроль, который я оттачивал десятилетиями в битвах с монархами, начал давать трещину.

– Будь тише, моя бунтарка, – прошептал я ей в самое ухо, обжигая дыханием чувствительную кожу.

Я прикусил ее мочку, чувствуя, как она вздрогнула. Моя левая рука мертвой хваткой вцепилась в ее бедро, фиксируя, не давая ей возможности сорваться или отстраниться, а правая скользнула под водолазку, сминая грудь и властно сжимая сосок. Юми издала едва слышный звук — не то всхлип, не то сдавленный стон, который тут же заглушил смех Сухо, отреагировавшего на какую-то шутку матери.

– Считай, что это тренировка на выдержку, – прошептал я, прижимаясь губами к ее макушке, вдыхая знакомый запах ее волос. – Теневой монарх не должен выдавать себя, даже если его сердце готово выпрыгнуть из груди.

Юми прерывисто дышала, ее плечи мелко дрожали. Она была на пределе. Я видел, как напряглась ее шея, как она до боли закусила нижнюю губу, пытаясь сдержать рвущиеся наружу звуки наслаждения. Ее мана пульсировала в такт моей — дикая, необузданная, она словно пыталась прорваться сквозь барьеры, которые я воздвиг вокруг нас.

– Ты выпила таблетку? – спросил я, чуть замедляя темп, чтобы дать ей перевести дух, но не прекращая пытки.

Она не смогла ответить словами, лишь коротко, рвано кивнула головой, не оборачиваясь.

– Хорошая девочка, – одобрил я, и это простое признание заставило ее тело выгнуться еще сильнее.

Мне стоило колоссальных усилий не повалить ее прямо здесь, на этом диване, на глазах у семьи, и не начать двигаться быстро, жестко, до тех пор, пока она не начнет кричать мое имя. Тень внутри меня требовала доминирования, требовала сорвать все маски. Но риск придавал этому моменту особую остроту. Опасность быть раскрытыми пьянила сильнее, чем самая дорогая эссенция маны.

– Отец, ты какой-то бледный, – вдруг произнес Сухо, поднимая глаза от планшета с картой подземелья. – У тебя всё в порядке с циркуляцией маны?

Я почувствовал, как Юми под пледом буквально окаменела. Ее сердце забилось с частотой крыльев колибри. Я же, не меняя ритма движений, лишь чуть сильнее сжал ее бедро, предупреждая, чтобы она не смела шевелиться.

– Всё хорошо, Сухо, – мой голос был подобен глубокому колоколу, спокойному и непоколебимому. – Просто небольшое перенапряжение после нашей с Юми тренировки в подвале. Видимо, я старею быстрее, чем рассчитывал.

Хэ Ин мягко рассмеялась, поправляя волосы.

– Ты и стареешь? Не смеши меня, Джинву. Ты выглядишь так же, как в день нашей свадьбы. Скорее уж Юми тебя загоняла, она у нас в последнее время стала совсем неуправляемой.

Юми издала странный звук, похожий на сдавленный кашель, и поспешно прикрыла рот ладонью.

– Простите, – прохрипела она, – в горле пересохло. Я пойду... налью воды.

Она попыталась подняться, но я не отпустил ее. Под пледом я плотно прижал ее к себе, заставляя снова опуститься на мое колено.

– Сиди, – негромко, но властно произнес я. – Ты еще не закончила слушать разбор стратегии для брата. Сухо, продолжай, я слушаю тебя внимательно.

Юми зажмурилась. Я чувствовал, как по ее позвоночнику пробегает волна за волной. Она была на грани оргазма, и я намеренно дразнил ее, делая короткие, резкие толчки, а затем снова замирая. Ее пальцы впились в мою ладонь, умоляя о разрядке.

– Так вот, – Сухо снова уткнулся в планшет, – если босс уровня А окажется некромантом, мне стоит использовать Игриса как основной таран или оставить его в резерве?

– В резерве, – ответил я, чувствуя, как Юми начинает мелко содрогаться. – Некроманты питаются чужой смертью. Твои тени должны нанести один сокрушительный удар, когда он раскроется.

Я чувствовал, как ее влага пропитывает ткань, как она становится совсем мягкой и податливой. В этот момент Хэ Ин встала, чтобы пойти на кухню за чайником.

– Я сейчас принесу всем чаю, – сказала она, проходя мимо нас.

В ту секунду, когда она скрылась за дверью кухни, а Сухо на мгновение отвлекся на уведомление в телефоне, я сделал несколько мощных, глубоких движений. Юми уткнулась лицом в мое плечо, заглушая крик, который едва не вырвался из ее горла. Ее тело содрогнулось в мощном оргазме, она буквально обмякла в моих руках, теряя связь с реальностью.

Я успел привести себя в порядок и поправить одежду за секунду до того, как Хэ Ин вернулась с подносом.

– Юми, ты совсем заснула? – Хэ Ин с улыбкой посмотрела на дочь, которая теперь неподвижно лежала, уткнувшись мне в грудь.

– Она переутомилась, – я осторожно погладил Юми по голове, чувствуя, как она постепенно приходит в себя. – Иди к себе, отдохни. Завтра будет тяжелый день.

Юми медленно поднялась. Ее очки чуть сползли на кончик носа, открывая затуманенный, влажный взгляд ярко-голубых глаз. Она не посмотрела на мать, не посмотрела на брата. Ее взгляд был прикован ко мне — в нем читалось обещание, вызов и полное, безоговорочное подчинение.

– Спокойной ночи, – бросила она и почти бегом направилась к лестнице.

– Странная она какая-то сегодня, – пробормотал Сухо, возвращаясь к своим картам.

– Подростки, – пожал я плечами, принимая чашку чая из рук жены. – У них свои битвы, о которых мы можем только догадываться.

Хэ Ин села рядом со мной, положив голову мне на плечо. Она была спокойна и счастлива, не подозревая, что прямо здесь, под этим пледом, Теневой Монарх только что утвердил свою власть над новой территорией. Я смотрел на темный проем лестницы, куда ушла Юми, и знал: это только начало. Наша «тренировка на выдержку» будет продолжаться, и с каждым разом барьеры будут становиться всё тоньше.

– Джинву, ты о чем-то задумался? – спросила Хэ Ин, накрывая мою руку своей.

– О будущем, – ответил я чистую правду. – О том, как много тайн скрывает тень.

Я допил чай, чувствуя, как внутри утихает буря, оставляя после себя лишь холодную решимость. Сухо продолжал что-то увлеченно рассказывать, Хэ Ин слушала его, а я... я слушал тишину наверху, где за закрытой дверью Юми сейчас наверняка касалась своих губ, вспоминая вкус моего поцелуя и тяжесть моих рук.

Мир вокруг нас оставался прежним, но для нас двоих он изменился навсегда. И я сделаю всё, чтобы эта тайна осталась погребенной под глубочайшими слоями моей тени, где никто и никогда не сможет ее найти.