Личное счастье монарха
Запретный резонанс
Я лихорадочно терла вещи в раковине, чувствуя, как костяшки пальцев немеют от холодной воды и едкого мыла. Каждое движение отдавалось тупой болью внизу живота, напоминая о том, что произошло всего полчаса назад. Джинву... Он был везде. В моих мыслях, в моих легких, в самой структуре моей маны.
Выкрутив одежду до хруста ткани, я развесила её в самом дальнем углу гардеробной, за рядами объемных толстовок, где никто не додумается искать. Быстро переоделась: свободные темные штаны, простая футболка и огромная худи с капюшоном, которая скрывала всё — и татуировки, и следы его зубов на плече, и то, как предательски дрожали мои руки.
Схватив сумку, я выскользнула из комнаты. В коридоре было тихо, но я чувствовала присутствие Сухо в его комнате. Он, скорее всего, медитировал или изучал отчеты рейдов. Хэ Ин, вероятно, уже ушла готовиться к завтрашнему благотворительному вечеру.
– Я гулять! – крикнула я в пустоту коридора, не дожидаясь ответа. – Вернусь поздно, не ищите!
Я почти бежала по лестнице. Мне нужно было выбраться из этого дома. Стены давили, они пропитались его силой, его властью. На улице вечерний Сеул встретил меня прохладой и неоновыми огнями. Я шла быстро, петляя по переулкам, пока не наткнулась на небольшое круглосуточное кафе, спрятанное в тени высоток.
Сев в самом дальнем углу, я достала телефон. Пальцы зависли над клавиатурой. Сердце пропустило удар, когда я начала печатать сообщение тому, чье имя в моем списке контактов было просто точкой.
«Купи презервативы и таблетки. Те, что ты давал, закончились. И... не оставляй следов в следующий раз».
Нажала «отправить» и тут же перевела телефон в беззвучный режим, спрятав его в карман. Я не хотела видеть ответ. Не хотела знать, что он чувствует, читая это. Страх? Гнев? Или то же темное удовлетворение, которое сейчас медленно разливалось по моим венам?
Заказав крепкий черный кофе и какой-то сэндвич, к которому так и не притронулась, я надела наушники. Тяжелый рок заполнил голову, вытесняя шепот теней. Мне нужно было просто побыть человеком. Обычной семнадцатилетней девушкой, у которой нет магического дара, нет приемного отца-бога и нет тайны, способной сжечь этот мир дотла.
Через час бесцельного сидения в кафе я вышла на улицу. Ноги сами понесли меня в сторону парка, где обычно собиралась молодежь. Там, под яркими фонарями, я внезапно наткнулась на знакомые лица.
– О, Юми! Ты что тут забыла одна в такой час? – окликнул меня Минхо, парень из параллельного класса.
Рядом с ним стояли еще трое. Обычные ребята, пахнущие дешевым одеколоном, сигаретами и энергетиками. Они смеялись, толкали друг друга, обсуждали какие-то пустяки.
– Просто гуляю, – я постаралась улыбнуться, хотя маска «нормальности» давалась мне с трудом.
– Пошли с нами, мы тут решили заглянуть в игровой центр, а потом... ну, как пойдет, – Минхо подошел ближе.
Он был симпатичным, самоуверенным и, судя по всему, решил, что сегодня его счастливый день. Он встал слишком близко, и я почувствовала его запах. Резкий, человеческий, чужой. В любой другой ситуации я бы просто проигнорировала это, но сейчас...
Минхо бесцеремонно положил руку мне на плечо, чуть сжимая пальцы.
– Слушай, Юми, ты всегда такая скрытная. Может, хоть сегодня расслабишься?
Я застыла. Его рука на моей толстовке ощущалась как ожог. Но не такой, как от касаний Джинву. Это было неприятно, почти брезгливо. И тут я поняла — запах. Запах Минхо неизбежно останется на моей одежде. Если Джинву почувствует на мне чужой след...
Холодный пот прошиб спину. Теневой Монарх был собственником до мозга костей. Если он учует на мне другого мужчину, даже если это просто глупый одноклассник, мне конец. Я физически ощутила, как тени в парке стали гуще, словно сама ночь начала присматриваться к нам.
– Убери руку, Минхо, – мой голос прозвучал тише, чем я хотела, но в нем прорезалась сталь, которой я научилась у отца.
– Да ладно тебе, не ломайся, – он только усмехнулся, явно не чувствуя опасности. – Мы же просто друзья, верно?
Он притянул меня чуть ближе, и я почувствовала, как его куртка потерлась о мою. Всё. Запах впитался. Я представила лицо Джинву, когда он откроет дверь моей комнаты сегодня ночью. Его серые глаза, превращающиеся в бездонные колодцы тьмы. Его гнев, который невозможно сдержать. Я знала, что после такого я неделю не смогу не то что сидеть — ходить будет больно.
– Я сказала: убери руку! – я резко сбросила его ладонь и отступила на три шага. – Мне пора домой.
– Эй, ты чего взъелась? – крикнул он мне вслед, но я уже не слушала.
Я почти бежала прочь из парка. Сердце колотилось в бешеном ритме. Нужно было срочно что-то придумать. Зайти в магазин? Купить какой-нибудь сильный парфюм и вылить на себя флакон? Нет, Джинву не обмануть духами. Он чувствует ману, он чувствует саму суть.
Я зашла в придорожное кафе, быстро поужинала, едва чувствуя вкус еды, и побрела домой. Время близилось к полуночи. Хэ Ин и Сухо должны были уехать на благотворительный вечер — они говорили об этом еще утром. Это был мой шанс проскользнуть в комнату незамеченной, принять душ и сжечь эту проклятую толстовку.
Дом встретил меня тишиной и темнотой. Я вошла через черный ход, стараясь не шуметь. Ни одного огонька, ни одного звука. Отлично. Значит, они уехали.
Я на цыпочках поднялась на второй этаж, прижимая сумку к груди. Каждый скрип половицы казался громом. Вот и моя дверь. Я потянулась к ручке, уже предвкушая, как скину с себя одежду и спрячусь под одеялом.
Дверь открылась бесшумно. Я шагнула внутрь и замерла.
В комнате не было света, только бледный лунный луч пробивался сквозь щель в шторах. Но мне не нужен был свет, чтобы увидеть его.
Джинву сидел в моем кресле у окна. Его поза была расслабленной, но я видела, как перекатываются мышцы под черной футболкой. Его лицо было скрыто тенью, но ярко-голубые глаза светились в темноте, как два магических кристалла. На столике рядом с ним лежала небольшая аптечная упаковка.
– Ты задержалась, Юми, – его голос был тихим, ровным, и от этого у меня по спине пробежали мурашки.
– Я... я гуляла с друзьями, – я прислонилась к двери, чувствуя, как слабеют колени.
– С друзьями? – он медленно поднялся.
Каждое его движение было исполнено хищной грации. Он не шел, он словно скользил по пространству, сокращая расстояние между нами. Когда он оказался в шаге от меня, я невольно втянула голову в плечи.
– От тебя пахнет чужаком, – произнес он, склонившись к моему уху. – Дешевым табаком и кем-то... очень самонадеянным.
Я зажмурилась, чувствуя, как его рука ложится на мою шею, большой палец медленно поглаживает пульсирующую жилку.
– Это просто одноклассник, Джинву. Мы просто столкнулись в парке.
– Просто столкнулись? – его ладонь сжалась чуть сильнее, не причиняя боли, но обозначая границы его власти. – Ты ведь знаешь, что я не люблю делиться своими вещами, Юми. Тем более теми, на которых я оставил свой след.
Он потянул за край моей толстовки, вынуждая меня поднять руки.
– Снимай, – приказал он. – Эту грязь не отстирать. Она должна быть уничтожена.
Я послушно стянула худи, оставаясь в одной футболке. Джинву взял вещь из моих рук, и в то же мгновение из пола вырвались черные жгуты теней. Они обвили ткань, и она буквально растворилась в воздухе, поглощенная бездной.
– Джинву, я... я написала тебе сообщение, – прошептала я, пытаясь отвести взгляд.
– Я прочитал, – он достал из кармана пачку презервативов и положил её на мою кровать. – Я купил всё, что ты просила. Но теперь нам нужно обсудить твое поведение.
Он прижал меня к двери, нависая всем телом. Я чувствовала его жар, его подавляющую ауру, которая заполняла комнату, вытесняя кислород.
– Ты думала, что сможешь сбежать от меня в кафе? Спрятаться за спинами обычных людей? – он взял меня за подбородок, заставляя смотреть прямо в его светящиеся глаза. – Ты — моя тень, Юми. Ты принадлежишь мне больше, чем любой из моих вызванных солдат. Потому что ты выбрала это сама.
– Я не бежала, – я попыталась вернуть себе хоть каплю дерзости. – Мне просто нужно было личное пространство.
– У тебя нет личного пространства, когда дело касается Монарха, – он усмехнулся, и в этой усмешке было столько первобытной страсти, что у меня перехватило дыхание. – Сегодня ты совершила ошибку. Ты позволила другому коснуться тебя. А за ошибки нужно платить.
– Хэ Ин и Сухо... – начала я, но он перебил меня.
– Они вернутся только под утро. Благотворительный вечер затянулся, и я «убедил» их остаться на праздничный ужин в отеле. У нас впереди целая ночь, Юми.
Он подхватил меня под бедра, и я инстинктивно обхватила его талию ногами. Он понес меня к кровати, и я знала, что этот вечер будет долгим. Очень долгим.
– Ты ведь понимаешь, что завтра не сможешь пойти в школу? – прошептал он, укладывая меня на подушки и нависая сверху.
– Понимаю, – выдохнула я, вплетая пальцы в его черные волосы.
– Хорошо. Потому что я собираюсь напомнить тебе, чье имя ты должна выкрикивать, когда теряешь рассудок.
Его губы накрыли мои, и мир снова перестал существовать. Не было ни Сеула, ни школы, ни морали. Была только тьма, его руки и бесконечный, сжигающий резонанс наших душ. Я знала, что завтра буду ненавидеть себя за эту слабость, буду прятать глаза от Сухо и лгать Хэ Ин. Но сейчас, под тяжестью его тела, я была по-настоящему живой.
Джинву медленно стянул с меня штаны, и я вздрогнула, когда прохладный воздух коснулся кожи. Он не торопился. Он смаковал каждое мгновение моего ожидания, моей мольбы, которая читалась в каждом вздохе.
– Смотри на меня, – приказал он, вскрывая упаковку.
Я смотрела. Смотрела, как Теневой Монарх, величайший охотник человечества, превращается в моего личного палача и спасителя. И когда он снова вошел в меня — властно, глубоко, до самого предела — я поняла, что никакие кафе и никакие друзья не смогут стереть ту печать, которую он наложил на мою жизнь.
Мы были связаны тенью. И эта связь была прочнее любого закона.