Лучше друг
Сердцебиение в унисон
Прошло четыре месяца с того дня, как мы с Юки официально стали семьей. Для всего мира это стало сенсацией: «Теневой Монарх выбрал себе мужа». Заголовки газет пестрели догадками, папарацци дежурили у входа в мой пентхаус, а Ассоциация охотников пребывала в состоянии коллективного шока. Но внутри этих стен время текло иначе. Здесь не было рангов, подземелий и политики. Здесь был только уютный полумрак, запах домашней еды и мерное биение двух — нет, теперь уже трех — сердец.
Мой Юки. За это время он изменился. Его кожа, всегда казавшаяся фарфоровой, приобрела какое-то особенное, мягкое сияние, словно подсвеченная изнутри. Живот уже заметно округлился, и я, обладая чувствами Монарха, ощущал, как магический фон внутри него стабилизировался. Наш сын рос быстро, впитывая мою силу, и это пугало и восхищало меня одновременно.
Первые недели были сущим адом. Юки мучил жуткий токсикоз. Его тошнило от запаха моей магии, от запаха еды, даже от запаха свежего постельного белья. Я чувствовал себя беспомощным — я, повелитель теней, не мог приказать его организму успокоиться. Я проводил ночи, сидя на полу в ванной и придерживая его волосы, пока его выворачивало наизнанку. Игрит и Беллион по моей команде обыскивали лучшие аптеки и лавки травников по всему миру, принося редчайшие средства, чтобы хоть немного облегчить его состояние.
Но сейчас всё наладилось. Юки снова начал улыбаться, к нему вернулся аппетит, а вместе с ним и его природное озорство.
Мы решили обустроить детскую прямо в нашей спальне, по крайней мере на первое время. Я хотел, чтобы мой наследник всегда был под моим присмотром. Сегодня мы наконец закончили собирать кроватку. Она была сделана из темного дерева, с резными деталями, которые я лично дорабатывал с помощью своих кинжалов, чтобы всё было идеально гладким.
– Джинву, посмотри, – Юки стоял у окна, поглаживая свой живот. На нем была одна из моих широких футболок, которая теперь едва прикрывала его бедра. – Мне кажется, он только что толкнулся.
Я мгновенно оказался рядом. Мои руки, привыкшие сжимать рукояти оружия, осторожно легли на его живот. Я замер, затаив дыхание. И действительно, через мгновение я почувствовал слабый, но отчетливый толчок изнутри. Как будто маленькая тень пыталась поприветствовать своего отца.
– Я чувствую его, – прошептал я, и в горле встал ком. – Он сильный. Весь в тебя.
– Если он будет в меня, он будет слишком много капризничать, – Юки тихо рассмеялся и накрыл мои ладони своими. – Джинву...
Его голос внезапно изменился. В нем появилась какая-то новая, глубокая нотка, от которой по моей спине пробежал холодок предвкушения. Я поднял взгляд и увидел, что его небесно-голубые глаза потемнели, став похожими на предгрозовое небо.
– Что такое? Тебе плохо? Опять тошнит? – я заволновался, уже готовый звать теней-целителей.
– Нет, – Юки качнул головой, делая шаг ко мне. Его пальцы впились в мои плечи. – Наоборот. Мне слишком хорошо. И... кажется, гормоны решили отыграться за все месяцы токсикоза.
Он прижался ко мне всем телом, и я почувствовал, как его дыхание участилось. Он уткнулся носом в мою шею, вдыхая мой запах с какой-то жадной, почти животной потребностью.
– Джинву... я хочу тебя, – выдохнул он мне в кожу.
Я опешил. Мы не были близки физически с тех пор, как узнали о ребенке. Я боялся навредить ему, боялся, что моя сила окажется слишком тяжелой для его нынешнего состояния. Я старался быть максимально деликатным, ограничиваясь объятиями и поцелуями.
– Юки, милый, ты уверен? – я осторожно попытался отстраниться, чтобы заглянуть ему в лицо. – Врач говорил, что нужно быть осторожными...
– Врач говорил, что если нет противопоказаний, то можно, – он перебил меня, кусая нижнюю губу. В его взгляде вспыхнуло то самое упрямство, которое я так любил. – Я схожу с ума, Джинву. Я чувствую твою магию повсюду, она буквально вибрирует в воздухе, и я хочу, чтобы ты... чтобы ты взял меня. Прямо сейчас.
Я почувствовал, как внутри меня что-то щелкнуло. Моя собственная выдержка, которую я тренировал годами в самых опасных подземельях, начала стремительно таять под его напором. Запах Юки — сладкий, молочный, смешанный с легким ароматом озона — заполнил мои легкие.
– Ты даже не представляешь, как долго я ждал этих слов, – прохрипел я, подхватывая его под бедра.
Юки вскрикнул, обхватывая мою шею руками. Я легко перенес его на нашу кровать, ту самую, где мы проводили тихие ночи, и уложил на подушки. Свет от аквариума отбрасывал на его лицо голубые блики, делая его похожим на прекрасного духа воды.
– Я буду очень осторожен, – пообещал я, нависая над ним. Мои серые глаза начали светиться фиолетовым огнем — признак того, что Теневой Монарх больше не собирался сдерживаться.
– Не надо слишком осторожно, – Юки потянул меня за воротник домашней рубашки, притягивая к своим губам. – Я хочу чувствовать твою силу. Я хочу знать, что я принадлежу тебе полностью.
Наши губы встретились в жадном, требовательном поцелуе. Это было не похоже на те нежные ласки, которыми мы обменивались в последнее время. Это было возвращение к истокам — к той первобытной страсти, которая связала нас в ночь моего рождения.
Я медленно избавил его от футболки, обнажая его изменившееся, ставшее еще более желанным тело. Его живот был круглым и твердым, и я не удержался от того, чтобы припасть к нему поцелуем, прежде чем спуститься ниже.
– Джинву... ах... – Юки выгнулся, когда мои пальцы коснулись его.
Он был невероятно чувствительным. Каждое мое прикосновение вызывало у него дрожь и тихие стоны, которые заполняли комнату, заглушая шум воды в аквариуме. Я чувствовал, как его магия откликается на мою, как наши ауры переплетаются, создавая вокруг кровати плотный кокон из света и тени.
– Ты такой красивый, Юки, – прошептал я, глядя на него. – Самое прекрасное, что я когда-либо видел.
Я вошел в него медленно, до предела контролируя каждое движение своих мышц. Юки судорожно вздохнул, его пальцы впились в мои предплечья, оставляя красные следы. Он широко распахнул глаза, глядя на меня с такой любовью и преданностью, что у меня перехватило дыхание.
– Да... вот так... – шептал он, подстраиваясь под мой ритм. – Глубже... Джинву, пожалуйста...
Я двигался осторожно, оберегая его и нашего ребенка, но при этом давая ему ту полноту ощущений, которой он так жаждал. Каждое движение было наполнено не только страстью, но и каким-то сакральным смыслом. Мы не просто занимались любовью — мы праздновали жизнь, которую создали вместе.
Юки стонал, запрокидывая голову, его черные взъерошенные волосы разметались по подушке. Я видел, как капельки пота блестят на его лбу, как его грудь тяжело вздымается. В какой-то момент он потянул меня на себя, заставляя прижаться к нему грудь к груди.
– Я люблю тебя, – выдохнул он мне в ухо, и его голос сорвался на высокой ноте. – Больше всего на свете...
Я почувствовал, как волна наслаждения накрывает нас обоих. Это было похоже на взрыв маны — мощный, всепоглощающий, лишающий воли. Я излился внутрь него, чувствуя, как его тело содрогается в ответном оргазме.
Мы долго лежали в тишине, сплетенные телами. Я чувствовал, как Юки постепенно засыпает, его дыхание выравнивается, а сердцебиение замедляется. Я осторожно укрыл нас одеялом и прижал его к себе, положив руку на его живот.
Маленькая искорка жизни внутри него успокоилась. Казалось, наш сын тоже почувствовал это единение и теперь мирно спал под защитой моей тени.
– Спи, мой Юки, – прошептал я, закрывая глаза. – Я всегда буду рядом.
В эту ночь мне не снились подземелья или битвы. Мне снилось поле, залитое солнечным светом, где маленький мальчик с черными волосами и голубыми глазами бежал навстречу нам, смеясь и протягивая руки. И я знал, что этот сон обязательно станет реальностью. Потому что я — Теневой Монарх, и я не допущу, чтобы что-то разрушило мой мир. Мир, который теперь умещался в объятиях одного человека.