← Назад к обзору

Любовь

Свет новой зари

Прошло два года с той ночи, когда лазурное сияние кольца на набережной Сеула ознаменовало начало новой эпохи для двух сильнейших охотников. Свадьба была тихой, почти тайной — без вспышек камер и назойливых репортеров Ассоциации. Только самые близкие: сестра Джинву, его мать, несколько верных друзей и, конечно, тени, которые в тот день казались особенно торжественными, выстроившись невидимым почетным караулом.

Для Окумуры Юки эти два года стали временем самого стремительного взлета. Он больше не был просто «сиротой с черным пламенем». Он стал опорой семьи, мужем и, наконец, тем, о ком мечтал всю жизнь — отцом. Его любовь к Джинву не угасла, а лишь трансформировалась в нечто более глубокое, спокойное и защищающее.

Юки стоял на их просторной кухне, залитой мягким светом заходящего солнца. Его атлетичное тело за это время стало еще более мощным, а движения — выверенными. На нем были только свободные домашние штаны, обнажающие татуированную грудь и пресс. Короткие черные волосы были взлохмачены, а в ушах по-прежнему поблескивали многочисленные кольца. Он сосредоточенно посыпал свежей кинзой центральное блюдо сегодняшнего вечера.

– Так, последний штрих, – прошептал он сам себе, поправляя серебряную цепочку на шее.

На столе развернулось настоящее кулинарное побоище, превращенное в искусство. Юки готовил с особым вдохновением — сегодня был важный день. Центральное место занимала большая черная кастрюля, от которой валил густой, ароматный пар. В ней томилось рагу: крупные, тающие во рту куски говядины соседствовали с золотистым картофелем в насыщенном, почти черном соусе, секрет которого Юки не раскрывал даже Джинву.

Вокруг кастрюли теснились другие шедевры. Справа в глубокой чаше остывала тонкая пшеничная лапша в прозрачном курином бульоне — именно так, как любил Джинву после тяжелых тренировок. Слева красовались обжаренные ростки сои, хрустящие и пропитанные ароматом чеснока. Чуть ниже на тарелке лежали тончайшие ломтики мраморной говядины, украшенные веточками зелени.

Не забыл Юки и про свои любимые деликатесы: небольшая миска со свининой в густом красно-коричневом соусе блестела, словно лакированная, а рядом в бамбуковой пароварке ждали своего часа пельмени с идеальными защипами по краям. Маленькая розетка с нарезанным чили стояла особняком — для тех, кто хотел добавить огня в и без того жаркий вечер.

– Ужин готов! – крикнул Юки, вытирая руки полотенцем. Его голос, бархатистый и сильный, разнесся по всей квартире.

Через мгновение в дверях кухни появился Сон Джинву. За два года он почти не изменился внешне — всё тот же пронзительный взгляд и аура абсолютной власти, но в домашней обстановке его плечи были расслаблены, а в глазах светилась мягкая, глубокая нежность. На руках он бережно держал их первенца.

Маленький Сон Кай был настоящим чудом, воплотившим в себе силу двух S-рангов. Мальчику не исполнилось и года, но его ярко-голубые глаза — точная копия глаз Юки — уже светились недюжинным интеллектом. У него были такие же непослушные черные волосы и пухлые щечки, которые Юки обожал зацеловывать до тех пор, пока малыш не начинал весело хохотать.

– Кажется, кто-то очень проголодался, – улыбнулся Джинву, подходя к столу. Он осторожно пересадил Кая в специальный детский стул, который Юки лично выбирал в лучшем магазине города. – Он весь день крутился, стоило ему почувствовать запах твоего рагу.

– Весь в отца, – рассмеялся Юки, подходя к мужу и запечатлевая быстрый, горячий поцелуй на его губах. – В тебя — аппетитом, в меня — вкусом к хорошей еде.

Юки наклонился к сыну и легонько щелкнул его по кончику носа. Кай в ответ радостно засучил ножками и издал восторженный звук, протягивая маленькие ручки к блестящим кольцам в ушах Юки.

– Э нет, парень, это не игрушки, – Юки осторожно перехватил ладошку сына и поцеловал её. – Сначала поешь кашу, а потом, может быть, я покажу тебе, как зажигать маленькие искры.

– Юки, не смей, – притворно строго сказал Джинву, усаживаясь за стол. – В прошлый раз, когда ты «показывал ему искры», мы чуть не лишились штор в гостиной. У него твоя энергия, он не умеет её сдерживать.

– Он просто талантлив, – Юки подмигнул мужу, раскладывая лапшу по тарелкам. – Теневой Монарх и Маг Черного Пламени... Джинву, ты же понимаешь, что наш сын — это потенциальная катастрофа для Системы?

Джинву промолчал, принимая тарелку. Он посмотрел на Кая, который с интересом разглядывал пароварку с пельменями. Система... Она всё еще была частью жизни Джинву, но теперь она казалась лишь далеким фоном. Его настоящая реальность была здесь: в аромате домашней еды, в тепле рук Юки и в дыхании спящего ребенка.

– Знаешь, – тихо произнес Джинву, подцепляя палочками ломтик говядины, – я иногда смотрю на него и не верю. Два года назад я боялся, что ты меня возненавидишь. А теперь... у нас есть он.

Юки сел напротив, положив локти на стол. Его татуировки на плечах плавно двигались под кожей. Он взял руку Джинву в свою и крепко сжал её.

– Ты всё еще об этом думаешь? – в голосе Юки послышалась легкая укоризна. – Джинву, ты подарил мне то, чего у меня никогда не было. Семью. Настоящую, живую. Кай — это лучшее, что мы создали вместе. И мне плевать, как он появился на свет. Важно только то, что он наш.

Малыш Кай, словно почувствовав серьезность момента, притих и внимательно посмотрел на родителей. В его маленьких ладошках на мгновение промелькнула крошечная, едва заметная тень, которая тут же рассеялась, сменившись едва уловимым теплом.

– Смотри-ка, – прошептал Юки, указывая на руки сына. – Опять играет с тенями. Игрис скоро с ума сойдет, Кай постоянно пытается стащить его меч, когда тот материализуется.

– Игрис его обожает, – улыбнулся Джинву. – Я видел, как он качал колыбель вчера вечером, когда думал, что я не смотрю. Великий рыцарь превратился в няньку.

– Все мы превратились в кого-то другого, – Юки потянулся за пельменем. – Я вот стал шеф-поваром на полную ставку. Но я не жалуюсь. Для тебя и Кая я готов готовить вечно.

Они начали ужинать. Вкус рагу был божественным — мясо распадалось на волокна, пропитанное пряным соусом и ароматом овощей. Юки внимательно следил за тем, чтобы Джинву ел побольше. Он знал, что Монарх часто забывает о себе, отдавая все силы заботе о сыне и редким, но важным рейдам.

– Как прошел рейд? – спросил Юки, отправляя в рот кусочек свинины. – Ассоциация снова жаловалась на излишние разрушения?

– Ган Хи-Чхоль ворчал, что я слишком быстро закончил, – ответил Джинву, прихлебывая бульон. – Сказал, что репортеры даже не успели настроить камеры. Но мне было всё равно. Я хотел поскорее вернуться домой. К вам.

Юки довольно хмыкнул. Ему нравилось это собственническое «к вам».

– Скоро Кай подрастет, и мы сможем брать его с собой на тренировочные полигоны, – мечтательно произнес маг. – Представь: он призывает теневого волка, а я обучаю его окутывать этого волка пламенем. Это будет непобедимое комбо.

– Юки, ему еще года нет, – Джинву покачал head. – Давай он сначала научится нормально ходить, не спотыкаясь о собственные ноги.

– Он уже бегает быстрее, чем многие охотники E-ранга, – парировал Юки. – Я видел, как он вчера гнался за Берку по коридору. Бедный муравей не знал, куда деться.

Разговор прервался тихим всхлипом. Кай, решив, что на него обращают слишком мало внимания, начал капризничать. Юки мгновенно вскочил, подхватил сына на руки и начал мерно покачивать его, прижимая к своей широкой груди.

– Ну-ну, маленький лорд, – ворковал Юки, и его голос звучал на удивление нежно. – Папа просто заговорился. Хочешь попробовать сок из этой клубники?

Юки взял с края стола ягоду, которую он приготовил для десерта, и аккуратно выдавил каплю сока на губы Кая. Малыш замер, прислушиваясь к новому вкусу, а затем довольно зажмурился и уткнулся носом в плечо Юки, прямо в изображение черного лотоса на его коже.

– Он тебя обожает, – негромко сказал Джинву, наблюдая за ними. В этот момент он в очередной раз понял, что Окумура Юки — это лучшее, что случалось в его долгой и трудной жизни.

– Это взаимно, – отозвался Юки, продолжая баюкать ребенка. – Знаешь, Джинву, я часто думаю о том, что было бы, если бы я не решился тогда войти в ту спальню. Если бы я испугался твоего секрета.

– И что ты думаешь? – Джинву замер, ожидая ответа.

– Думаю, что я был бы самым большим дураком во всех мирах, – Юки повернулся к нему, и в его глазах отразился свет кухонных ламп. – Никакая сила, никакие деньги и машины не стоят того, что у меня есть сейчас. Ты — мой якорь. А он... он наше будущее.

Юки подошел к Джинву и, не выпуская спящего уже Кая, свободной рукой обнял мужа за шею. Они стояли посреди кухни, окруженные ароматами еды и теплом своего дома. Мир за окном мог рушиться, врата могли открываться в каждом переулке, но здесь, в этом пространстве, они были просто семьей.

– Давай доедим, пока лапша окончательно не размокла, – прошептал Джинву, утыкаясь лбом в плечо Юки.

– Давай, – согласился тот. – А потом я уложу его, и у нас будет немного времени для себя. Я купил то вино, которое тебе понравилось в прошлый раз.

– Ты неисправим, Окумура Юки, – Джинву улыбнулся.

– Я просто люблю свою жизнь, – ответил маг, усаживаясь обратно и осторожно перекладывая сонного Кая в переносную люльку рядом со столом.

Ужин продолжался в уютной тишине. Юки подкладывал Джинву лучшие куски мяса, а Джинву в ответ делился с ним пельменями, которые Юки так старательно лепил. Они были двумя половинами одного целого — черное пламя, которое больше не сжигало, и тени, которые больше не прятали боль.

Кай мирно посапывал, иногда во сне сжимая крошечные кулачки. Ему снились звездные поля и теплые руки отца. Он еще не знал, какая судьба его ждет, но он точно знал, что в этом мире он самый любимый ребенок.

Когда с едой было покончено, Юки помог Джинву убрать посуду. Его движения были быстрыми и точными, он не позволял мужу перетруждаться.

– Иди отдохни, – скомандовал Юки, вытирая стол. – Я сам всё закончу. Сегодня был долгий день.

– Юки, я охотник S-ранга, я не устал от мытья пары тарелок, – попытался возразить Джинву.

– Это приказ шеф-повара, – Юки шутливо нахмурился, поигрывая кольцом в ухе. – Иди, присмотри за Каем. Я сейчас приду.

Джинву сдался. Он взял люльку с сыном и пошел в гостиную, где на широком диване были разбросаны мягкие подушки. Он сел, глядя на ночной Сеул через панорамное окно. Город сиял миллионами огней, но ни один из них не был таким ярким, как свет в его собственной душе.

Через десять минут в комнате появился Юки. Он нес два бокала и бутылку вина. Он поставил их на столик и опустился на пол у ног Джинву, положив голову на его колени.

– Знаешь, – начал Юки, глядя на огни города, – я сегодня на рейде встретил одного молодого мага. Он был так напуган своей силой. Прямо как я когда-то.

– И что ты сделал? – спросил Джинву, перебирая пальцами волосы Юки.

– Я сказал ему, что сила — это не проклятие, если есть ради кого её использовать, – Юки закрыл глаза, наслаждаясь прикосновением. – Я сказал ему, что однажды он найдет свой дом. Как нашел его я.

Джинву ничего не ответил, лишь крепче сжал плечо мужа. Им не нужны были лишние слова. Всё, что имело значение, уже было сказано за эти два года.

В углу гостиной на мгновение проявилась тень Бериона. Великий маршал теней молча поклонился спящему маленькому господину и его родителям, а затем растворился в темноте, оставаясь на страже их покоя.

Ночь опускалась на город, укрывая его своим прохладным одеялом. В квартире охотников пахло домом, любовью и тем самым рагу, которое Юки приготовил с такой страстью. Это был еще один обычный вечер в их необычной жизни. Вечер, полный надежды на завтрашний день, где их снова будет ждать завтрак, тренировки и смех их сына.

Юки приподнялся и посмотрел на Джинву. Его ярко-голубые глаза в полумраке казались магическими кристаллами.

– Я люблю тебя, Монарх, – прошептал он.

– Я люблю тебя, мой маг, – отозвался Джинву.

И в этом признании, простом и честном, заключалась вся сила, способная противостоять любой Системе и любым богам. Черное пламя и тени наконец-то нашли свой мир. И этот мир был прекрасен.