Мафия
Свадебный марш в тени ворона
Утро началось не с солнечного света, а с холодного блеска атласа и шёлка. В поместье Мортэ, скрытом от глаз Ассоциации и даже от всевидящего ока Теневого Монарха, царила суетливая, почти ритуальная тишина. Слуги в строгих ливреях, чьи движения были слишком синхронными, чтобы казаться полностью человеческими, внесли в мою комнату белоснежный костюм.
– Господин Ли Вон, время пришло, – произнёс один из них, чьё лицо скрывала тень от низко надвинутой шляпы.
Я смотрел на своё отражение в зеркале. Белый цвет должен был символизировать чистоту, но на мне он выглядел как саван. Вчера я был обычным адвокатом, а сегодня я становился частью легенды, которую мир предпочёл забыть. Пока я застегивал запонки, мои руки слегка дрожали. Я понимал, что этот брак — не просто формальность. Это акт войны против системы, в которой мой будущий «муж» был объявлен дефектом, а я — расходным материалом.
Церемония прошла в закрытом бальном зале, освещённом сотнями свечей. Там не было гостей, только призрачные фигуры мафиозной семьи Мортэ, застывшие вдоль стен, словно изваяния.
Алекс ждал меня у алтаря. На нём был угольно-чёрный костюм, который подчёркивал его бледность и ледяную синеву глаз. В свои тринадцать лет он выглядел более величественно и устрашающе, чем любой монарх, о котором я читал. Его уложенные назад волосы и прямой, немигающий взгляд заставляли моё сердце пропускать удары.
– Ты выглядишь достойно, Ли Вон, – негромко произнёс он, когда я подошёл ближе.
Священник — если это существо в чёрной сутане можно было так назвать — читал слова на языке, который не был похож ни на один из существующих. Когда пришло время обмениваться кольцами, Алекс взял мою руку. Его пальцы были холодными, как лед, но хватка — стальной. Он надел на мой палец кольцо из чернёного золота с гравировкой в виде черепа, обвитого розами. Я, повинуясь инстинкту, надел такое же на его тонкий палец.
– Теперь ты мой, – прошептал он так, чтобы слышал только я. – И никакая сила в этом мире, ни божественная, ни человеческая, не заберёт тебя у меня.
После краткой и мрачной церемонии нас оставили одних. Вечер тянулся бесконечно, наполненный тихими разговорами о юридических стратегиях и будущих исках против Ассоциации. Но чем глубже становилась ночь, тем сильнее росло моё напряжение. Брачная ночь. Сама мысль об этом казалась абсурдной, учитывая возраст Алекса, но я уже понял, что обычные мерки к нему неприменимы.
Когда я вошёл в спальню, Алекс уже был там. Он стоял у окна, расслабив узел галстука. Свет луны падал на его фарфоровую кожу, делая его похожим на прекрасную, но смертоносную куклу. Он обернулся, и в его глазах я увидел недетскую жажду.
– Ты нервничаешь, Ли Вон? – Он медленно пошёл в мою сторону, и с каждым его шагом комната словно сжималась.
– Это... всё ещё кажется нереальным, – честно ответил я, пятясь, пока мои икры не коснулись края огромной кровати.
Алекс не стал медлить. Он толкнул меня на мягкое покрывало, нависая сверху. Его вес был ощутимым, а аура подавляла волю. Он наклонился и нежно, почти благоговейно поцеловал меня. Этот поцелуй не был невинным. В нём чувствовался вкус власти и обладания.
– Я обещал тебе защиту, – шептал он, стягивая с меня пиджак и расстегивая пуговицы рубашки. – Но я также забираю твою преданность. Всю, до последней капли.
Его губы спустились к моей шее, оставляя обжигающие следы. Я прерывисто вздохнул, чувствуя, как по телу разливается жар, противоречащий здравому смыслу. Как он мог быть таким... умелым? Каждая его ласка была выверена, каждое движение — профессионально. Он словно знал моё тело лучше, чем я сам.
Когда его губы коснулись моего паха, я невольно выгнулся, судорожно вцепившись пальцами в простыни.
– Черт, Алекс... – вырвалось у меня вместе со стоном.
Он действовал с пугающей уверенностью. Его язык, его руки — всё работало на то, чтобы довести меня до предела. Я потерял счёт времени, утопая в ощущениях, которые он дарил мне с какой-то холодной, расчётливой страстью. Когда я, наконец, кончил, выкрикнув его имя, в голове было пусто, а тело била мелкая дрожь.
Я тяжело дышал, пытаясь прийти в себя, но Алекс не собирался останавливаться. Я перехватил инициативу, переворачивая его под себя. Мне нужно было увидеть его реакцию, нужно было понять, что скрывается за этой маской босса мафии.
Я сорвал с него рубашку. Его тело, несмотря на юный возраст, было атлетичным и крепким, лишённым детской припухлости. Он смотрел на меня с вызовом, в его глазах плясали тени. Когда я стянул с него брюки, я замер на мгновение. Его физическое развитие явно опережало возраст, словно сила семьи Мортэ изменила саму его биологию.
Я взял его губами, чувствуя, как он напрягся. Тихий, хриплый стон вырвался из его груди — первый признак того, что он тоже может терять контроль. Я двигался ритмично, чувствуя, как его пальцы зарываются в мои волосы, притягивая меня ближе. Когда он кончил, его дыхание было таким же рваным, как и моё.
Я отстранился, чувствуя, как возбуждение вновь захлёстывает меня, требуя большего. Я повернулся к нему спиной, чувствуя себя абсолютно уязвимым и в то же время невероятно живым.
– Пожалуйста, Алекс... – прошептал я, чувствуя, как он прижимается ко мне сзади.
– Я здесь, Ли Вон, – его голос был тихим и властным. – Я всегда буду здесь.
В ту ночь я окончательно понял: Сон Алекс не был человеком. Он был чем-то иным — существом, рождённым из мести, теней и древней крови. И я, Чон Ли Вон, добровольно шагнул в его бездну.
Когда под утро он уснул, положив голову мне на плечо, я смотрел в потолок и думал о его отце. Сон Джинву мог быть богом этого мира, но он совершил роковую ошибку. Он не заметил, как в тени его величия вырос тот, кто перепишет историю. И я буду тем, кто подаст этому новому королю перо, обмакнутое в кровь наших врагов.
– Спи, мой маленький муж, – прошептал я, касаясь губами его лба. – Завтра мы начнём нашу войну.
За окном занимался кроваво-красный рассвет, предвещая конец старой эпохи и начало правления семьи Мортэ. И в этом новом мире у закона было только одно имя — Алекс.