← Назад к обзору

Маска

Смерть старых богов

Ночной воздух Сеула казался непривычно тяжёлым. Я стоял на крыше высотки, глядя на огни города, которые теперь виделись мне иначе. Не как пульсирующие точки маны, а как хрупкие электрические цепи, готовые оборваться в любой момент. Рядом со мной молчали Хэ Ин и Сухо. Жена обхватила себя руками, словно её бил озноб, а сын всё ещё сжимал кулаки, не в силах переварить увиденное.

Тишину прервал резкий вибросигнал моего телефона. В этой тишине он прозвучал как выстрел. Я достал аппарат из кармана и увидел сообщение от Алекса.

Прочитав текст, я почувствовал, как по спине пробежал холодок, который не имела права чувствовать сущность моего уровня.

«Не стыдно наблюдать за сексом сына? Понравилось шоу? В следующий раз я вас обездвижу на сутки. Моя личная жизнь вас не касается. Я же не подглядываю, когда ты с Хэ Ин занимаешься любовью. Меня не будет дома, на сколько точно — не знаю. И да, старик, я больше не тот мальчик, которого ты знал. Лучше займись своей настоящей семьей, а меня пока оставь в покое. Пришлёшь теней — я их уничтожу».

– Что там, Джинву? – тихо спросила Хэ Ин, заметив, как изменилось моё лицо.

Я молча протянул ей телефон. Она быстро пробежала глазами по строчкам, и её лицо залила краска стыда, смешанная с невыразимой болью.

– Он... он знал, – прошептала она. – Он всё это время знал, что мы там. Как? У него же нет магии!

– Дело не в магии, мама, – подал голос Сухо, его тон был непривычно горьким. – Он просто видит мир иначе. Мы полагаемся на чувства маны, а он — на инстинкты и технологии. Он просчитал нас. Он всегда нас просчитывал.

Я забрал телефон и убрал его в карман. Слова «займись своей настоящей семьёй» ударили меня сильнее, чем любой клинок монархов в прошлом. Алекс всегда чувствовал себя отделённым. Сын другой матери, ребёнок без дара в семье живых легенд. Я думал, что моей любви достаточно, чтобы стереть эти границы, но я ошибался. Я любил его как сына, но не уважал как равного. И сегодня он доказал, что это была моя величайшая ошибка.

– Джинву, что он имел в виду под «уничтожу теней»? – Хэ Ин посмотрела на меня с тревогой. – Разве это возможно?

Я посмотрел на свою тень, где в вечном ожидании замерли тысячи верных солдат.

– Если он действительно директор «Мортэ», то у него есть доступ к оружию, о котором Ассоциация даже не мечтает. Высокочастотные дезинтеграторы, квантовые ловушки... Если мана исчезает, то и мои тени со временем станут уязвимы. Они ведь тоже состоят из энергии.

– Мы должны его вернуть, – Сухо сделал шаг ко мне. – Отец, он похитил человека! Он убил охотников! Мы не можем просто позволить ему уйти.

– Он не похитил его, Сухо, – я покачал головой, вспоминая взгляд Ли Вона в последние минуты. – Он... он забрал его. И, судя по всему, адвокат уже сделал свой выбор. А насчёт охотников... Алекс прав. Они пришли убивать. В мире, который он описывает, мораль охотников больше не работает. Там выживает тот, кто быстрее нажмет на курок или точнее ударит в нервный узел.

– Ты защищаешь его? – вскрикнул Сухо. – После того, как он назвал тебя «стариком» и фактически отрекся от нас?

– Я не защищаю его. Я пытаюсь понять врага, которым стал мой собственный сын, – я посмотрел на Сухо холодным взглядом Монарха. – И тебе советую сделать то же самое. Если ты встретишь его в бою сейчас, он убьёт тебя за тридцать секунд, несмотря на твой ранг S. Потому что ты будешь ждать магической атаки, а он просто прострелит тебе колено и перережет сухожилия.

Хэ Ин подошла ко мне и положила руку на грудь, прямо над сердцем.

– Что мы будем делать, Джинву?

– То, что он просил, – ответил я, чувствуя тяжесть каждого слова. – Мы оставим его в покое. Пока что. Я не буду посылать за ним теней — я не хочу проверять, насколько далеко зашли его технологии в искусстве уничтожения духов. Но я начну своё расследование. Если магия действительно исчезает, нам нужно подготовить мир к тому, что грядёт.

– А Алекс? – её голос дрогнул.

– Алекс идёт своим путём. Он строит ковчег, – я усмехнулся, хотя на душе было паршиво. – Только этот ковчег полон крови и тайн.

***

Прошло три дня. Особняк Алекса опустел. Когда мои люди — обычные люди, не охотники — проверили его дом, там не осталось ни одной улики. Ни крови, ни гильз, ни даже запаха сигарет. Ли Вон также исчез. Его юридическая контора получила официальное уведомление о его бессрочном отпуске по состоянию здоровья.

Я сидел в своём кабинете, глядя на отчеты о «Мортэ». Компания была зарегистрирована на десяток подставных лиц, но нити действительно вели к фамилии Окумура. Мать Алекса... она была женщиной из древнего японского рода, который когда-то занимался шпионажем, ещё до появления врат. Похоже, Алекс унаследовал от неё куда больше, чем синие глаза.

Дверь открылась, вошел Сухо. Он выглядел измотанным. На его руках были свежие ссадины — он тренировался в зале для обычных атлетов, подавляя свою ману.

– Отец, я проверил данные по приютам, о которых он говорил, – Сухо положил на стол папку. – Он не лгал. За последние два года исчезло более сорока детей с низким магическим потенциалом. Официально их усыновили иностранные семьи. На деле — следы обрываются в закрытых лабораториях Ассоциации.

Я сжал край стола так, что дерево жалобно хрустнуло.

– Значит, Ассоциация в отчаянии. Они пытаются создать искусственных носителей маны, чтобы сохранить свою власть.

– Алекс мешает им, – продолжил Сухо. – Он перехватывает их грузы, уничтожает лаборатории. Те охотники в ангаре... они были карательным отрядом. Они искали «Призрака Мортэ». Они даже не знали, что этот призрак — твой сын.

– Он играет в бога, Сухо. И он делает это лучше, чем я когда-либо пробовал.

В этот момент мой телефон снова ожил. Новое сообщение. Без номера.

«В порту Инчхона сегодня в 22:00 будет отгрузка "материала". Если хочешь быть полезным, старик, пришли туда своих лучших теней. Но пусть они просто смотрят и не вмешиваются. Я покажу тебе, как выглядит будущее».

Я встал, и тень под моими ногами заволновалась, почуяв гнев и решимость господина.

– Сухо, зови Берга и Иггриса. Мы отправляемся в порт.

– Ты пойдешь сам? – удивился сын.

– Нет. Мы будем наблюдать из тени. Я хочу увидеть, во что превратился мой сын, когда его никто не видит.

***

Порт Инчхона встретил нас ледяным ветром и запахом соли. В дальнем секторе, у частного причала, стоял огромный сухогруз без опознавательных знаков. Вокруг него суетились люди в тактическом снаряжении. Это не были охотники — на них не было магических доспехов, только высокотехнологичные экзоскелеты и винтовки с какими-то странными светящимися магазинами.

– Это люди Алекса? – прошептал Сухо, скрытый вместе со мной в тени за контейнерами.

– Нет, – я прищурился. – Это охрана Ассоциации. Специальный отдел по подавлению беспорядков среди обычного населения. Обрати внимание на пули. Это «анти-мана». Они созданы, чтобы блокировать циркуляцию магической энергии в теле при попадании.

Внезапно свет на причале погас. Не просто выключился, а словно схлопнулся. Охранники вскинули винтовки, включив тепловизоры.

– Цель обнаружена! Сектор четыре! – выкрикнул кто-то.

Но тепловизоры им не помогли. Из темноты вылетело несколько дисков, которые при соприкосновении с землей выпустили густое облако дыма, блокирующее инфракрасное излучение.

А затем начался хаос.

Это не был бой охотников. Не было вспышек молний, не было криков заклинаний. Была только тихая, хирургическая смерть. Я видел, как Алекс — я узнал его по движениям, даже в полном тактическом облачении — возник за спиной первого охранника. Движение ножа было настолько быстрым, что глаз едва улавливал блик стали.

Он не использовал силу, чтобы раздавить их. Он использовал их собственную инерцию. Он двигался как ртуть, проскальзывая между очередями выстрелов. Его тело, отточенное годами тренировок, работало как идеальный механизм.

– Он... он убивает их всех, – Сухо смотрел на это с ужасом.

– Он зачищает свидетелей, – поправил я.

Алекс ворвался в круг оставшихся охранников. Один из них, явно охотник ранга А, попытался активировать навык «Стена пламени». Но прежде чем мана успела сформироваться, Алекс выстрелил из небольшого устройства на запястье. Маленький дротик вонзился в шею охотника, и тот рухнул, хватаясь за горло.

– Нейротоксин, смешанный с подавителем маны, – прокомментировал я. – Очень эффективно.

Через пять минут всё было кончено. На причале лежало двенадцать трупов. Алекс стоял в центре, тяжело дыша. Он сорвал с лица маску, и его небесно-голубые глаза сверкнули в свете луны. На его шее блестела та самая цепочка, а на правой руке, обнаженной по локоть, виднелась его массивная татуировка.

Из тени сухогруза вышел Ли Вон. На нем был строгий черный плащ, и он выглядел на удивление спокойным. Он подошел к Алексу и протянул ему планшет.

– Все дети на борту, – голос адвоката был ровным. – Мы переправим их в безопасную зону Окумура через час. Ассоциация не сможет отследить судно, оно идет под флагом «Мортэ».

– Хорошо, – Алекс вытер кровь с лица. – Трупы сжечь термитной смесью. Не оставлять следов ДНК.

Ли Вон кивнул, а затем внезапно притянул Алекса за воротник и коротко, почти властно поцеловал его. Алекс ответил на поцелуй с той же хищной жадностью, которую мы видели три дня назад, прежде чем оттолкнуть его.

– Иди к капитану, Ли Вон. Я закончу здесь.

Адвокат скрылся на корабле. Алекс остался один. Он медленно повернулся в сторону контейнеров, где стояли мы.

– Я же просил — просто смотрите, – громко произнес он. – Пап, я знаю, что ты хочешь выйти и прочитать мне лекцию о ценности человеческой жизни. Но эти «люди» собирались продать детей на органы для экспериментов. Так что избавь меня от морали.

Я вышел из тени. Сухо последовал за мной, но остался чуть позади.

– Я пришел не за лекциями, Алекс, – сказал я, глядя на своего сына. – Я пришел увидеть правду. И я её увидел.

– И как тебе? – он усмехнулся, закуривая сигарету. – Будущее пахнет гарью и жженой плотью, не так ли?

– Ты стал тем, кем должен был стать мир, если бы я не появился в нём, – я подошел ближе. – Одиноким, жестоким и прагматичным. Но ты не один, Алекс. Твоя семья всё ещё здесь.

– Семья? – Алекс рассмеялся, и в этом смехе было столько яда. – Семья — это те, кто понимает тебя без слов. А вы... вы смотрели на меня с жалостью семнадцать лет. «Бедный Алекс, у него нет маны». «Ничего, мы будем любить его и таким». Мне не нужна была ваша любовь-жалость. Мне нужно было, чтобы вы открыли глаза.

Он подошел к краю причала и указал на море.

– Там, за горизонтом, мана уже иссякла на пятьдесят процентов. Скоро ваши тени начнут исчезать. Твои навыки, отец, станут лишь воспоминанием. И тогда вы придете ко мне. Вы все придете ко мне просить убежища в городах «Мортэ».

– Возможно, – согласился я. – Но до того дня я — Теневой Монарх. И я не позволю Ассоциации продолжать эти эксперименты. Если ты хочешь войны с ними — я помогу.

Алекс посмотрел на меня с интересом. Его взгляд смягчился лишь на мгновение.

– Помощь Монарха? Это дорогого стоит. Но мне не нужны твои легионы. Мне нужна информация. У Ассоциации есть главный архив в Швейцарии. Там хранятся данные о «Нулевом Пациенте» — человеке, из которого они выкачивают чистую ману, чтобы поддерживать систему. Если мы его освободим или уничтожим, всё рухнет быстрее.

– Я займусь этим, – кивнул я.

– Тогда прощай, старик, – Алекс запрыгнул на борт корабля, который уже начал отходить от причала. – И передай маме... что я в порядке. И что Ли Вон действительно хорош в постели. Пусть не переживает о моей личной жизни.

Корабль медленно растворялся в тумане. Я стоял на причале, глядя вслед сыну, которого я потерял и обрел заново в одну и ту же ночь.

– Отец... – Сухо подошел ко мне. – Что теперь?

– Теперь, Сухо, мы готовимся к сумеркам, – я посмотрел на свои руки, по которым всё еще бежали искры фиолетовой энергии. – Мир охотников умирает. И если мы хотим выжить, нам придется научиться играть по правилам Алекса.

Я достал телефон и удалил все сообщения от него. Его секрет был в безопасности. Но я знал, что это была лишь первая глава новой истории. Истории, где мой сын — не тень великого отца, а человек, который принесёт огонь в наступающую тьму. Даже если этот огонь будет пахнуть кровью и порохом.

– Идем домой, – сказал я Хэ Ин, которая всё это время наблюдала за нами из глубокой тени. – Нам нужно поговорить с остальными. И, Хэ Ин... купи Алексу его любимый виски. Когда он вернется... а он вернется... нам будет что отпраздновать.

Мы уходили из порта, а за нашими спинами догорали остатки старого мира, превращаясь в пепел под холодным дыханием грядущих перемен. Алекс Сон был прав: боги уходят. Но на их место приходят те, кто умеет выживать в пустоте. И я не мог не гордиться тем, каким страшным и прекрасным стал мой младший сын.