Меч и мистическая корпорация
Эхо багряного шипа
Ветер с Тихого океана всегда пах солью, гниющими водорослями и сыростью вековых туманов, но сейчас воздух в центре Кристальной Пещеры пропах паленым пластиком, горелым моторным маслом и удушливой тревогой.
Эмия Широ бежал по мокрому асфальту, не чувствуя усталости.
Физические нагрузки для тела, восстановленного Прикосновением Небес и годами тренировок на грани человеческих возможностей, давно перестали быть препятствием. Каждый его шаг был выверенным, бесшумным и пружинистым. Правая рука, скрытая под плотной тканью рукава куртки, слегка покалывала — старый Покров Мартина, слившийся с кожей и нервными узлами, тихо резонировал с магическими цепями в его позвоночнике. Широ сдерживал себя. Он не использовал Укрепление на связках ног на полную мощность, чтобы не оставлять на асфальте трещин, но даже так он двигался быстрее тренированного спринтера.
Позади, надрывно ревя изношенным карбюратором и визжа покрышками на мокрых поворотах, несся психоделический бирюзово-зеленый фургончик.
Внутри «Таинственной Машины» перегрузки были такими, будто Фред Джонс проходил квалификацию в гонках на выживание.
– Фредди, притормози! Мы сейчас перевернемся на серпантине! – кричала Дафна, судорожно вцепившись в ручку над пассажирской дверью.
– Не могу, Дафна! Этот парень несется со скоростью тридцать миль в час на своих двоих! – азартно кричал Фред, яростно крутя тяжелую баранку. – У него идеальная траектория входа в повороты! Никаких лишних движений! Вот это дыхалка, вот это координация! Интересно, в какой команде по легкой атлетике он занимался?
– Д-дело не в атлетике! – простонал Шэгги с заднего дивана, обнимая трясущегося Скуби-Ду. – Дело в том, что впереди плачущий карапуз размером с дом! Зачем мы вообще едем к нему навстречу, а не в противоположную сторону, например, в закусочную за двойными чизбургерами с беконом?!
– Р-ребенок-людоед не ест чизбургеры! Он ест сыщиков! – всхлипнул пес, натягивая на нос цветастый плед.
Велма Динкли ничего не говорила. Она сидела у бокового окна, удерживая на коленях тяжелый полевой бинокль с лазерным дальномером, и не отрывала взгляда от удаляющейся спины рыжеволосого японца.
Ее аналитический ум, обычно работавший с четкостью швейцарского механизма, сейчас метался между десятками противоречивых гипотез. Ее теория о том, что Широ был оператором механического чудовища, только что разлетелась в прах. Но то, что происходило на ее глазах прямо сейчас, не укладывалось ни в одну базовую модель человеческой физиологии.
– Частота его шагов… двадцать семь километров в час по мокрому покрытию без специальной обуви, – шепотом фиксировала Велма, поправляя сползающие на кончик носа очки. – Угол наклона корпуса идеален для гашения сопротивления воздуха. Пульс… визуально вены на шее не вздуты, одышки нет. И он даже не сбавил ход на подъеме холма. Кто ты такой, Эмия Широ? Из какого ты теста вообще сделан?
Очередной металлический грохот, донесшийся со стороны городской площади, заглушил ее мысли.
Ратуша Кристальной Пещеры — монументальное здание в псевдовикторианском стиле с массивным портиком и белыми колоннами — сотрясалась до самого фундамента.
Прямо перед парадным входом высилось кошмарное порождение безумной инженерной мысли. Это была трехметровая гротескная фигура, стилизованная под гигантского младенца в чепчике и слюнявчике, но выполненная из формованного стеклопластика и грубых металлических пластин. Лицо куклы с мертвенно-белой синтетической кожей и огромными черными провалами глазниц исказилось в мерзкой гримасе. Из динамиков, спрятанных за решеткой оскаленного рта с фальшивыми острыми резцами, на всю улицу разносился оглушительный, модулированный плач, перемежающийся механическим свистом стравливаемого пара:
– У-а-а-а-а! Дай! Отдай! Всё мое-е-е-е!
Под чепчиком и пластиковым туловищем скрывался тяжелый силовой экзоскелет. Толстые гидравлические поршни, покрытые потеками темного масла, с натужным стоном сгибались и разгибались, приводя в движение массивные стальные конечности.
Монстр яростно колотил кулаками по каменным ступеням, кроша гранит в серую щебенку.
На верхней площадке крыльца, прижавшись спиной к тяжелым запертым дверям мэрии, стояла Джанет Нетлз.
Ее строгий деловой костюм был покрыт слоем цементной пыли, на скуле темнела свежая ссадина, но во взгляде бывшего офицера ВВС США не было слепой паники. В руках женщина держала штатный табельный револьвер тридцать восьмого калибра, оставленный в сейфе кем-то из прошлых охранников.
– Назад, идиот в подгузнике! – крикнула Джанет, хладнокровно прицеливаясь двумя руками. – Я стреляю на поражение!
*Бах! Бах!*
Две пули с глухим звоном ударили в грудную пластину младенца, оставив лишь крошечные царапины на сантиметровой стали и срикошетив в гранитную балюстраду.
Чудовище издало глумливый электронный скрежет, похожий на утробный смех.
– У-а-а-а! Мэр плохая! Мэр отдаст ключи от архива! Мэр пойдет в утиль!
Огромная механическая лапа, обшитая слоем упругой резины, со свистом рассекла воздух, целясь прямо в женщину. Удар такой силы был способен с легкостью проломить кирпичную стену и превратить человека в месиво. Джанет попыталась перекатиться в сторону, но нога подвернулась на битом граните. Она упала, выронив пистолет, и успела лишь инстинктивно закрыть голову руками, глядя на неотвратимо опускающуюся стальную массу.
«Вот и отслужила…» – мелькнула горькая мысль.
Воздух взорвался.
Звук был похож не на крик человека, а на свист рассекаемого клинком шелка.
Рыжий силуэт возник между Джанет и гигантским кулаком монстра так внезапно, будто материализовался прямо из клубов пыли. Широ не пытался принять удар на блок — он знал пределы прочности человеческих костей, даже укрепленных маной. Вместо этого он схватил Джанет за воротник пиджака и одним текучим, акробатическим движением выдернул ее из-под траектории удара, швырнув в безопасную нишу за уцелевшей гранитной колонной.
*КРАХ!*
Кулак чудовища врезался в ступени там, где секунду назад лежала женщина, пробив глубокую воронку и брызнув осколками камня.
Широ приземлился на ноги в пяти шагах от монстра, мягко спружинив. Его седеющие виски взмокли от пота, но дыхание оставалось ровным, а глаза горели холодным золотом концентрации.
– Широ?! – ошеломленно выдохнула Джанет, пытаясь подняться на ноги. – С ума сошел?! Беги отсюда, он раздавит тебя!
– Оставайтесь там, мэр Нетлз, – не оборачиваясь, тихо произнес юноша. Его голос был странно спокоен, почти монотонен, но в этой тишине звенела абсолютная, несокрушимая уверенность. – Я разберусь.
В этот момент на площадь с диким визгом тормозов влетел фургон «Таинственной Машины». Двери распахнулись еще до полной остановки.
– Фредди, ловушку! – закричала Дафна, выскакивая на тротуар.
– Капроновая сеть не удержит эту штуку, она весит больше двух тонн! – Фред замер с мотком троса в руках, оценив масштаб разрушений.
– О боже мой, Широ прямо перед ним! – ахнула Велма.
Она рванулась вперед, игнорируя крики Шэгги о летающих челюстях-убийцах. Ее цепкий взгляд мгновенно выхватил диспозицию: гигантский младенец заносил вторую руку для размашистого удара, на этот раз нацеленного прямо в голову безоружного подростка.
– Уходи оттуда, дурак! – в отчаянии крикнула Велма, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. – Его ударная масса превышает допустимый предел человеческого сопротивления!
Широ ее не слышал. Или сделал вид, что не слышит.
Перед его внутренним взором мир давно перестал быть картиной из плоти и камня.
*Structure Analysis: On.*
Магические цепи в его теле загудели, наполняясь праной. Взгляд скользнул по фигуре механического чудовища, обнажая его внутреннее устройство, словно рентгеновский снимок.
*Титановый каркас кустарной сварки. Основной распределительный узел — под грудной броней. Шланги высокого давления идут вдоль правого бедра к главному насосу. Внутри сидит человек среднего роста, пульс учащенный, испуган, но полон слепой ярости. Если пробить грудь — пилот погибнет. Если сломать манипуляторы — остаточная кинетическая энергия обрушит козырек крыльца прямо на Джанет.*
*Вывод: необходимо полное мгновенное обесточивание гидравлики в одной критической точке. Разрушение опорного шарнира коленного привода и сквозной пробой магистрали нагнетателя.*
Обычный инструмент не пробьет три слоя закаленной стали под углом в шестьдесят градусов за долю секунды.
Широ медленно поднял правую руку.
Пальцы левой руки легли на узел плотной ткани Покрова, скрывавший предплечье.
«Прости меня, Илия, – мысленно шепнул он куда-то в бесконечную пустоту небес. – Я обещал жить. Но я не могу стоять и смотреть, как гибнут те, кто протянул мне руку помощи».
*I am the bone of my sword.*
Ткань на руке не развязалась — она вспыхнула изнутри глухим, багрово-алым светом.
И в этот момент реальность вокруг ратуши дрогнула.
Велма, бежавшая к ступеням, внезапно споткнулась на ровном месте. Ее легкие сдавило такой чудовищной, невыносимой тяжестью, будто атмосферное давление над площадью мгновенно подскочило в сотни раз. Воздух стал сухим, горячим, насыщенным едким запахом окалины, паленой шерсти и древнего железа. Ее слух заполнил низкий, вибрирующий гул — звук, не принадлежащий этому миру. Словно где-то за невидимой гранью пространства проворачивались исполинские, ржавые шестеренки величиной с небоскребы, а под ногами раскинулась бескрайняя, выжженная солнцем пустыня, утыканная миллионами брошенных мечей.
Это было не оптическое видение. Это было давление чужой концепции бытия, столь мощное и плотное, что стекло в окнах ратуши жалобно зазвенело мелкой дрожью.
– Ч-что это?.. – прошептала Велма, хватаясь за воротник оранжевого свитера. Ее колени мелко дрожали. – Откуда… почему гравитация?.. Это исходит… от его руки?!
Широ шагнул навстречу падающему на него трехтонному стальному кулаку.
Его голос прозвучал тихо, но разнесся по всей площади, перекрывая вой механического младенца:
– *Trace… on.*
Пространство в полуметре от его правой ладони преломилось, словно расплавленное стекло. Магическая энергия, хлынувшая из руки Арчера, не была аккуратным заклинанием школяра. Это был дикий, сконцентрированный поток чистой концептуальной мощи.
Из сияния алых искр и черных линий проекции в его руке материализовалось оружие.
Двухметровое копье цвета запекшейся крови. Его древко было покрыто сложной кельтской резьбой, а зазубренный наконечник, похожий на хищный шип, пульсировал зловещим алым светом. Оружие ирландского пса войны, Кухулина. Копье, несущее смерть, чье само существование отрицало промах.
*Gáe Bolg.*
Широ не собирался активировать Истинное Имя копья — это вызвало бы взрыв проклятия сердца, уничтоживший половину квартала вместе с оператором экзоскелета. Ему нужна была лишь абсолютная, концептуальная пробивная сила демонического древа Курина.
Движение было быстрее человеческого глаза.
Широ проскользнул под падающим металлическим кулаком с грацией боевого клинка, уходя в глубокий выпад. Правая рука взметнулась. С коротким, свирепым выдохом он вонзил багровое копье точно в сочленение коленного привода и главного гидравлического цилиндра монстра.
Для копья легендарного героя три слоя закаленной стали и броневой пластик были не плотнее мокрого картона.
*ХРЯСЬ!*
Наконечник вошел в металл без малейшего сопротивления, прошив механизм насквозь и выйдя с противоположной стороны. Раздался оглушительный гидравлический удар — шланги высокого давления лопнули внутри каркаса с грохотом ружейных выстрелов. Фонтан черного масла брызнул во все стороны, заливая ступени и чепчик чудовища.
Экзоскелет издал душераздирающий визг сминаемых шестерен. Правая нога монстра подломилась, поршни заклинило намертво, и исполинская трехметровая туша с грохотом завалилась на правый бок, сметая перила и врезаясь в гранитные ступени.
– А-а-а-а! Мама! Больно-о-о! – взвыли динамики искаженным, испуганным голосом, в котором сквозь синтезатор пробились нотки вполне взрослого, панически настроенного мужчины.
Широ рывком выдернул копье из разбитого сочленения.
Он тяжело дышал. По его правому виску текла тонкая струйка крови — плата за мгновенную материализацию Небесного Фантазма категории «В». В глазах на секунду потемнело, внутри черепа провернулась раскаленная игла.
Он не стал добивать противника. Вместо этого он мгновенно отпустил удержание проекции.
Багровое копье не упало на камни. Оно распалось прямо в воздухе на сноп ослепительных лазурно-золотых искр, которые растаяли без следа, словно утренний туман под лучами солнца. Широ торопливо опустил рукав, зажимая пульсирующее предплечье здоровой левой рукой, пытаясь скрыть дрожь.
Но чудовище еще не было побеждено окончательно.
– Ты заплатишь за это, щенок! – раздался хриплый крик из динамиков поверженного исполина.
Из ранца на спине младенца с шипением вырвались две струи плотного, удушливого белого газа — аварийная дымовая завеса на основе фосфатов и серы. Густое облако мгновенно накрыло крыльцо мэрии, ослепляя всех вокруг и вызывая дикий приступ кашля.
– Кха-кха! Ничего не видно! – закашлялся Фред, пытаясь протереть глаза.
– Скуби, держись за меня! – верещал Шэгги где-то в тумане.
В глубине дымового облака послышался металлический щелчок, звук выстрела пневматического гарпуна и свист разматывающегося троса. Трос зацепился за крышу соседнего старого универмага, и заклинивший, покрытый маслом экзоскелет, подтягиваемый мощной вспомогательной лебедкой, с грохотом взмыл в воздух, исчезая в тумане над крышами домов.
Когда легкий морской бриз наконец разогнал едкий белый дым, площадь предстала перед сыщиками в полном разгроме.
Разбитые гранитные ступени, лужи черного масла, обломки шестеренок и куски пластикового подгузника — всё, что осталось на месте схватки. Сам монстр бесследно исчез.
Посреди этого хаоса стоял Широ. Его спина была слегка ссутулена, пальцы левой руки до побеления костяшек сжимали правое предплечье, а седые пряди на висках казались еще ярче на фоне бледного, покрытого гарью лица.
– Широ!..
Джанет Нетлз выбралась из своего укрытия. Забыв о статусе мэра, она подбежала к юноше и крепко схватила его за плечи, бегло осматривая на предмет ранений:
– Ты цел?! Ты ранен?! Боже мой, парень, ты хоть понимаешь, что ты только что сделал?! Он же мог убить тебя!
Широ моргнул, выныривая из тумана магического отката, и на его губах появилась слабая, виноватая улыбка:
– Я в порядке, мэр Нетлз. Никаких переломов. Главное, что вы не пострадали.
– Да плевать на меня! Ты… ты спас мне жизнь, – Джанет с трудом перевела дыхание, и в ее строгих глазах блеснули непрошеные слезы. Она крепко прижала подростка к себе, как прижимают собственного ребенка, вернувшегося из пекла. – Черт бы тебя побрал, Эмия. Ты сумасшедший герой. Но больше никогда так не делай, слышишь? Никогда.
– Постараюсь, – неловко пробормотал Широ, смущенный столь явным проявлением тепла.
В этот момент тишину разорвали запоздалые сирены.
На площадь с визгом влетели две полицейские машины, за ними — старый джип шерифа Бронсона Стоуна. Шериф выскочил из машины, держа руку на кобуре, с лицом багровым от гнева и важности:
– Всем оставаться на своих местах! Шериф Стоун берет ситуацию под контроль! Мадам мэр, вы в порядке?! Где преступник?! Корпорация «Тайна», я же приказал вам не путаться под ногами!
Началась привычная городская суматоха. Джанет, мгновенно вернув себе ледяную невозмутимость государственного служащего, пошла навстречу шерифу, на ходу отчитывая его за десятиминутное опоздание патрулей и требуя немедленно оцепить портовый район. Фред и Дафна увлеченно спорили со Стоуном, доказывая, что преступник использовал лебедку с кевларовым тросом, а Шэгги со Скуби жадно доедали забытые кем-то пончики на капоте полицейской машины.
Широ тихо отступил назад, надеясь затеряться в сумерках и вернуться в мастерскую, чтобы сменить повязку. Рука Арчера пульсировала тупой, ноющей болью — использование Фантазма не прошло даром, цепи требовали отдыха.
Он сделал три шага в сторону аллеи, как вдруг дорогу ему преградила невысокая фигура в плотном оранжевом свитере и плиссированной юбке.
Велма стояла прямо перед ним.
Ее лицо было бледным, как полотно, а за толстыми стеклами очков темнели расширенные от шока и колоссального умственного напряжения зрачки. Она не кричала, не звала полицию и не сыпала обвинениями. Она просто смотрела на него снизу вверх — с таким выражением, будто перед ней только что рухнули все законы термодинамики, квантовой механики и теории относительности вместе взятые.
– Велма? – негромко окликнул ее Широ, стараясь говорить максимально естественно. – Тебе лучше отойти подальше от луж масла, оно может быть токсичным.
– Замолчи, – ее голос сорвался на шепот. Губы девушки мелко подрагивали. – Просто… помолчи секунду, Эмия.
Широ замер, чувствуя, как внутри нарастает холодная тревога. Он помнил этот взгляд. С таким же взглядом на него смотрела Рин Тосака, когда он делал очередную глупость, нарушающую фундаментальные правила магии. Но Велма не была магом. Она была обычным смертным человеком из мира, где магии не существовало вовсе.
Девушка медленно сделала шаг вперед. Ее дыхание было прерывистым.
– Я видела, – тихо, с пугающей четкостью произнесла она. – Я стояла в двенадцати метрах от тебя. У меня зрение минус три с половиной, но в очках стопроцентная коррекция. Я зафиксировала каждую миллисекунду.
– О чем ты? – Широ отвел взгляд. – Я просто ударил его обломком арматуры по слабому узлу…
– Не смей мне врать! – внезапно выдохнула Велма, и ее глаза опасно блеснули. Она сделала еще шаг, оказавшись почти вплотную к нему. – Какая, к черту, арматура?! Арматурная сталь марки А400 имеет предел текучести в четыреста мегапаскалей! Она согнулась бы о закаленную обшивку экзоскелета, как сырое спагетти! Но это даже не главное. Главное не то, *что* ты держал. Главное — *откуда* оно взялось!
Широ молчал. Его лицо окаменело, превратившись в бесстрастную маску.
– Ты материализовал его из воздуха, – Велма говорила лихорадочно, ее пальцы судорожно теребили блокнот, исписанный какими-то формулами. – За полсекунды до удара плотность молекул кислорода и азота вокруг твоей руки изменилась. Температура упала на шесть градусов по Цельсию, а потом подскочила до полутора тысяч! Я почувствовала это кожей! А потом… это было копье. Двухметровое, багровое, с тремя рядами противовесов и смещенным центром тяжести. Оружие, которого не существует в современных каталогах вооружения. А через три секунды оно просто… дезинтегрировало! Без дыма, без пепла, без распада на элементарные частицы — оно распалось на световые фотоны с длиной волны, характерной для черенковского излучения!
Она замолчала, жадно глотая ртом воздух, словно только что пробежала марафон.
– Велма, это был просто стресс, – попытался он снова, но его голос звучал глухо и неубедительно. – В дыму легко ошибиться…
– Не смей считать меня дурой, Эмия Широ! – ее голос дрогнул, и в нем прозвучала неподдельная, почти детская обида и страх. – Я не Шэгги и не Бронсон Стоун! Я знаю, как работает оптика, я знаю, как работает человеческий мозг при выбросе адреналина! Но то, что произошло… это было не в моих глазах. Это было здесь!
Она резко вскинула руку и прижала ладонь к собственной груди, прямо над сердцем.
– Когда ты начал это делать… когда ты произнес те слова на английском… гравитация сместилась. Меня вдавило в землю. Воздух стал тяжелым, как свинец. И я… я не просто испугалась. Я почувствовала это.
Велма подняла на него глаза, и Широ с замиранием сердца увидел в них не подозрение сыщика, а благоговейный, первобытный трепет перед непостижимым.
– Это шло от твоей правой руки, – прошептала она, не отводя взгляда. – Это давление… оно было бесконечным. Словно внутри этой ткани, под твоими бинтами, спрятана не сломанная кость и не шрамы от огня. Там… там целое пространство. Жестокое, сухое, мертвое место. Земля, на которой нет ничего, кроме железа, пепла и миллионов мечей, ржавеющих под чужим небом. Я почувствовала этот запах. Запах ржавчины и крови. Он заполнил мои легкие!
Широ застыл, не веря своим ушам.
Обычный человек. Без капли магической цепи. Без фамильного герба. Без малейшего представления о Третьей Магии, Героических Душах и Зеркалах Души.
Она не просто увидела проекцию. Ее невероятно острый, маниакально чувствительный к структуре реальности разум сумел *ощутить* утечку Бесконечного Края Клинков сквозь печать Арчера. Она почувствовала его внутренний мир — мир, который он разделял с мертвецом из будущего.
– Кто ты такой? – тихо, почти умоляюще спросила Велма. Она протянула дрожащую руку вперед, и ее пальцы замерли в сантиметре от его правого предплечья, не решаясь коснуться плотной ткани. – Что с тобой произошло в этой твоей Японии? Скажи мне правду. Пожалуйста. Я… я схожу с ума, Широ. Если мой мозг не сможет найти этому рациональное объяснение, я просто сломаюсь.
Широ смотрел на нее. На эту невысокую, умную, упрямую девушку, которая сейчас дрожала от холода и потрясения посреди грязной улицы провинциального американского городка.
В ней не было алчности магов Ассоциации, мечтающих препарировать его ради секрета Проекции. В ней не было высокомерия лордов Часовой Башни. В ней была лишь чистая, кристальная жажда познания — и глубокая, искренняя тревога за него.
Юноша медленно выдохнул. Напряжение, сковывавшее его плечи последние полчаса, неожиданно отпустило.
Он осторожно перехватил ее дрожащую ладонь своей здоровой левой рукой. Его пальцы были мозолистыми, грубыми, но удивительно теплыми. Велма вздрогнула от этого прикосновения, но руки не отдернула. Ее щеки мгновенно вспыхнули ярким, густым румянцем, контрастирующим с бледностью лица, но взгляд остался прикован к его глазам.
– Велма, – мягко произнес он, и в его голосе не осталось ни капли прежней отстраненности. – Ты не сходишь с ума. Твой разум работает лучше, чем у любого человека, которого я встречал за очень долгое время.
– Тогда… почему? – едва слышно выдохнула она, чувствуя, как тепло его ладони странным, успокаивающим образом прогоняет липкий страх из груди.
– Потому что мир намного больше и намного страшнее, чем написано в учебниках по физике, – ответил Широ, слегка сжав ее пальцы. – И в нем есть вещи, которые нельзя измерить линейкой или взвесить на весах. Вещи, за которые людям приходится платить частью своей человечности.
Он бросил короткий взгляд на свою закрытую правую руку:
– Ты права. Там, внутри… действительно холм мечей. Это могила моих ошибок. И цена за то, чтобы защитить тех, кто мне дорог.
Велма затаила дыхание. Сердце в ее груди колотилось с бешеной скоростью — не только от ужаса перед открывшейся тайной, но и от странной, пьянящей близости этого парня, чье дыхание она чувствовала на своей щеке.
– Ты… ты монстр? – сорвался с ее губ глупый, совершенно ненаучный вопрос.
Широ грустно усмехнулся и покачал головой:
– Нет. Я просто тот, кто очень хотел стать защитником справедливости. И чуть не сломал себя ради этой мечты. Но сейчас… я просто хочу жить. И не позволить никому здесь умереть.
Он медленно отпустил ее руку, позволив ей сделать шаг назад, чтобы не смущать ее еще больше.
– Ты никому не расскажешь об этом, Велма? – спросил он тихо, глядя прямо в ее карие глаза за круглыми стеклами. – Не потому, что я боюсь полиции или властей. А потому, что если этот город узнает… зло, которое спит под этой землей, проснется раньше времени. Я чувствую его. Оно здесь есть.
Велма судорожно сглотнула. Ее рациональный мир только что дал колоссальную трещину, сквозь которую повеяло бездной, но посреди этой бездны стоял Эмия Широ — живой, теплый, с грустными глазами и растрепанными рыжими волосами. И почему-то рядом с ним эта бездна уже не казалась абсолютной.
Она поправила очки быстрым, нервным движением, стараясь вернуть лицу привычное строгое выражение, хотя предательский румянец на круглых щеках выдавал ее с головой.
– Я… я сыщик, Эмия, – произнесла она, вздернув подбородок, хотя голос ее слегка подрагивал. – Моя работа — доказывать факты. А всё, что ты мне только что сказал, с точки зрения суда и науки — антинаучный бред сумасшедшего. У меня нет ни одного материального образца. Нет записи спектрометра. Только мои субъективные ощущения. А субъективные ощущения к делу не пришьешь.
На губах Широ расцвела теплая, искренняя улыбка:
– Спасибо, Велма.
– Не благодари меня раньше времени! – тут же фыркнула она, сердито отворачиваясь и пряча пылающие уши за волосами. – Я не закрыла это дело. Я просто… отложила формулировку гипотезы. И ты мне всё объяснишь. До мельчайших деталей. Завтра же. В моей лаборатории. Или в твоем гараже. С чаем. И нормальными чертежами!
– Договорились, – кивнул Широ. – С меня чай. Японский зеленый подойдет?
– Подойдет… – пробормотала она тише, чем хотела, и украдкой бросила на него взгляд из-под ресниц.
В этот момент со стороны ратуши раздался зычный голос Фреда:
– Велма! Эй, Велма, иди сюда! Мы нашли след на водосточной трубе! Там отпечаток кевларового протектора!
Девушка вздрогнула, словно очнувшись от наваждения. Она бросила последний, глубокий и долгий взгляд на Широ:
– Нам еще нужно поймать этого ребенка-переростка. Он вернется, Широ. Тот, кто управлял машиной, панически боялся, но у него есть база. Если мы объединим мои методы анализа и… твою чертову интуицию…
– Мы найдем его, – закончил за нее Широ.
Велма кивнула, развернулась на каблуках и быстрым шагом поспешила к фургону, на ходу прижимая к груди блокнот, в котором среди уравнений кинематики теперь горели два коротких, выведенных дрожащей рукой слова: *Trace on.*
Широ смотрел ей вслед. Вечерний туман Кристальной Пещеры сгущался над площадью, укрывая обломки разрушенного боя влажной пеленой. Правая рука в рукаве куртки постепенно остывала, боль отступала, уступая место ровному, целительному теплу Авалона.
В этом странном, безумном городе, полном ряженых чудовищ и фальшивых тайн, у него наконец появилось то, ради чего стоило бороться.
Не великая война за спасение человечества.
А простая, осязаемая жизнь. И люди, чей пытливый, упрямый свет стоил того, чтобы обнажить ради них клинок.