← Назад к обзору

Мой омежка

Запах перегара, лапши и мужского эго

Квартира Баджи Кейске напоминала поле боя, где единственным выжившим был беспорядок. Повсюду валялись пустые упаковки от лапши, банки из-под дешевого пива и чьи-то забытые куртки. Вечеринка, которая начиналась как «тихие посиделки своих», быстро превратилась в хаос, стоило Сае переступить порог с ящиком выпивки и пачкой непристойных анекдотов.

К трем часам ночи основная масса бойцов «Тосвы» благополучно отключилась. Пахичин храпел в углу, обнимая пустую коробку, а Майки с Дракеном ушли час назад, причем Кен буквально уволакивал сонного главу за шкирку, пока тот пытался доесть чей-то недоеденный дорояки.

В живых остались только четверо. Сая сидела на полу, прислонившись спиной к дивану, и лениво крутила в руках пустую бутылку. На диване, в опасной близости друг к другу, расположились Баджи и Чифую. Напротив них, в кресле-мешке, развалился Казутора, чей взгляд был затуманен не только алкоголем, но и каким-то странным, лихорадочным блеском.

– Слушай, Баджи, – Сая нарушила тишину, её голос после выпитого стал еще более хриплым и низким. – Я всё смотрю на твою квартиру и думаю: тут так воняет тестостероном и немытыми носками, что любая нормальная омега упала бы в обморок прямо на пороге. Но наш Чифую держится. Скажи честно, Малыш-Чи, ты перед приходом сюда принимаешь дозу блокаторов или просто привык к запаху дикого зверя в период гона?

Чифую, который до этого момента мирно полулежал, привалившись к плечу Баджи, мгновенно вскинулся. Его щеки, и так розовые от выпитого, стали пунцовыми.

– Сая-сан, перестаньте! – выдохнул он, пытаясь поправить воротник. – Я просто... я привык. Мы с Баджи-саном много времени проводим вместе.

– О, я не сомневаюсь, – Сая хищно оскалилась, переводя взгляд на Баджи. – Кейске, ты посмотри на него. Он же так старается быть «хорошим замом», что у него скоро нимб над головой вырастет. Хотя, судя по тому, как ты собственнически положил руку ему на бедро, нимб там явно лишний. Скорее уж рожки. Скажи, он в постели такой же послушный, как на собраниях? Или он из тех, кто кусается, когда его прижимают к матрасу?

Баджи, вместо того чтобы разозлиться, только громко хмыкнул, сильнее сжимая колено Чифую.

– Он кусается похлеще любого пса, Сая. Тебе лучше не знать, какие следы он оставляет, когда я забираю у него последнюю порцию лапши.

– Лапши, говоришь? – Сая рассмеялась, закидывая голову назад. – Ну да, «лапша» — отличное кодовое слово. А я-то думала, почему вы оба вечно такие взъерошенные выходите из подсобки. Знаешь, Чифую, если он тебя обижает, ты только свистни. Я научу тебя паре приемов, после которых он будет просить пощады на четырех лапах. И поверь, это будет выглядеть куда эстетичнее, чем его нынешние попытки казаться крутым альфой.

Казутора, который до этого молча наблюдал за перепалкой, вдруг подался вперед. Его взгляд, прикованный к Чифую, стал тяжелым.

– А может, ему не нужны твои уроки, Сая? – голос Казуторы прозвучал неожиданно резко. – Может, ему просто нужен кто-то, кто не будет обращаться с ним как с цепным псом. Баджи, ты его совсем заездил. Посмотри на парня, он же дышать боится в твоем присутствии.

В воздухе мгновенно похолодало. Запах жженой резины, исходящий от Саи, смешался с острым, агрессивным ароматом Баджи. Напряжение между Казуторой и Баджи можно было резать ножом.

– Ты что-то имеешь против того, как я общаюсь со своим замом? – Баджи прищурился, его клыки блеснули в тусклом свете лампы.

– Я имею против того, что ты считаешь его своей собственностью, – отчеканил Казутора. – Чифую достоин большего, чем просто поддакивать тебе и вытирать твои сопли после каждой драки.

Сая издала долгий, свистящий звук, похожий на аплодисменты.

– О-о-о, запахло жареным! Клыки против колокольчиков! Казутора, неужели ты решил поиграть в рыцаря на белом байке? Только учти, наш Чифую — трофей капризный. Чтобы его заполучить, недостаточно просто иметь татуировку на шее и грустный взгляд побитой собаки.

– Сая, замолчи, – бросил Баджи, не отводя взгляда от Казуторы. – Тора, ты перепил. Чифую — мой. И это не обсуждается. Он сам сделал этот выбор.

– А ты дал ему другой выбор? – Казутора усмехнулся, и в этой усмешке было слишком много горечи. – Ты просто заполнил всё его пространство собой. Чифую, скажи мне, тебе действительно нравится, когда он так... доминирует? Или ты просто боишься его расстроить?

Чифую выглядел так, будто хотел испариться. Он переводил взгляд с Баджи на Казутору, и в его глазах читалась настоящая паника.

– Ребята, прекратите... Казутора-кун, всё нормально. Баджи-сан... он... он лучший.

– «Лучший», – передразнила Сая, не упуская возможности подлить масла в огонь. – Какое скучное слово. Скажи правду, Чифую: тебе нравится, когда он берет тебя за загривок и встряхивает так, что искры из глаз летят? Или тебе больше по душе нежные заигрывания Казуторы, который смотрит на тебя так, будто хочет съесть, но боится подавиться косточкой?

Она подалась вперед, опираясь локтями на колени, и подмигнула Чифую.

– Знаешь, в чем твоя проблема, Малыш-Чи? У тебя слишком сладкий запах для этой компании. Ты как десерт среди кучи сырого мяса. Неудивительно, что эти двое готовы перегрызть друг другу глотки за право откусить кусочек. Но если хочешь моего совета — бери обоих. Втроем в постели гораздо теплее, а с твоей комплекцией ты как раз поместишься между ними. Будешь такой маленькой, уютной прослойкой в этом бутерброде из альфа-самцов.

– Сая! – в один голос рявкнули Баджи и Казутора.

– Что «Сая»? – она невинно захлопала ресницами. – Я просто предлагаю конструктивное решение конфликта. Зачем драться, когда можно заняться чем-то более... продуктивным? Казутора будет держать тебя за руки, Баджи — за ноги, а я буду сидеть в углу и давать ценные указания. Ну, или просто снимать на телефон для истории. Дракену потом покажу, пусть хоть посмотрит, как нормальные люди развлекаются, а то он со своей Эммой скоро совсем заплесневеет.

– Ты невозможна, – Баджи выдохнул, чувствуя, как ярость сменяется привычным раздражением от выходок сестры Дракена.

– Я — само совершенство, – парировала Сая. – Но вернемся к нашим баранам. Тора, ты так сверлишь Чифую взглядом, что у него скоро дырка в футболке прогорит. Скажи честно, ты завидуешь Баджи или просто хочешь проверить, насколько у Чифую мягкие волосы не только на голове?

Казутора отвел взгляд, сжимая кулаки.

– Я просто хочу, чтобы его уважали.

– Уважение — это когда тебе позволяют сверху быть, – Сая хохотнула, доставая из кармана сигарету, но, вспомнив, что она в гостях, просто зажала её в зубах. – А Баджи, судя по его роже, сверху быть не позволит даже Майки. Так что, Чифую, готовься к вечной позиции «снизу». Хотя, если ты проявишь смекалку и используешь свои зубки не только для поедания лапши, может, и добьешься чего-то.

Чифую, кажется, достиг точки кипения. Он резко встал, едва не опрокинув столик.

– Я пойду... умоюсь, – пробормотал он и пулей вылетел из комнаты.

Сая проводила его взглядом, полным неприкрытого веселья.

– Ну вот, спугнули птичку. Молодцы, мальчики. Теперь идите и делите территорию дальше. Только не забудьте, что пока вы тут меряетесь... авторитетами, кто-нибудь более шустрый может увести вашего котенка прямо из-под носа. Например, я. У меня, в отличие от вас, методы куда более убедительные.

Баджи посмотрел на неё с подозрением.

– Ты о чем?

– О том, Кейске, что омеги любят внимание, а не когда ими пользуются как подушкой для сна после пьянки. Если ты не начнешь уделять ему больше времени в «горизонтальном положении» с полной отдачей, я лично займусь его образованием. И поверь, после моих уроков он на тебя даже не посмотрит — ты покажешься ему слишком скучным и предсказуемым.

Сая поднялась на ноги, потягиваясь всем телом. Её куртка задралась, обнажая полоску крепкого живота и край татуировки, уходящей под пояс штанов.

– Ладно, пойду проверю, не утопился ли наш герой в унитазе от смущения. А вы пока решите: будете драться до первой крови или всё-таки сообразите на троих? Казутора, не кисни. У тебя тоже есть шансы, если научишься пользоваться языком не только для того, чтобы нести чушь про спасение мира.

Она подмигнула застывшему Казуторе и, насвистывая какой-то непристойный мотивчик, вышла в коридор.

В комнате воцарилась тяжелая тишина. Баджи и Казутора сидели друг напротив друга, и каждый думал о своем. Слова Саи, несмотря на их пошлость и грубость, попали точно в цель.

– Она ведь не шутит про уроки, – тихо сказал Казутора.

– Знаю, – Баджи потер переносицу. – Она Рюгудзи. Если она что-то вбила себе в голову, она это сделает.

Тем временем в ванной Сая прислонилась к двери, глядя на Чифую, который отчаянно плескал в лицо холодной водой.

– Эй, Малыш-Чи, – негромко позвала она.

Чифую вздрогнул и обернулся, вытирая лицо полотенцем.

– Сая-сан... зачем вы всё это говорите? Вам нравится меня мучить?

Сая подошла ближе, её присутствие заполнило маленькое пространство ванной, вытесняя запах мыла её собственным, резким ароматом. Она протянула руку и аккуратно приподняла его подбородок, заставляя смотреть себе в глаза.

– Мне нравится смотреть, как ты просыпаешься, Чифую. Ты слишком долго был в тени Баджи. Ты — альфа по крови, но ведешь себя как покорная омега. Это забавно, но это и опасно. В нашем мире, если ты не показываешь зубы, их тебе выбивают.

Она провела большим пальцем по его нижней губе, и Чифую замер, боясь даже вздохнуть.

– Эти двое там, в комнате, они любят тебя. По-своему, по-идиотски. Но они никогда не признаются в этом первыми. Тебе придется взять всё в свои руки. Или... – её голос стал совсем тихим, – ты можешь позволить мне показать тебе, как это — когда тебя действительно хотят. Без всяких этих «братских» уз и долга перед бандой. Только ты, я и чистый инстинкт.

Чифую смотрел на неё, широко раскрыв глаза. В этот момент он понял, почему Дракен так часто вздыхает, когда речь заходит о его сестре. Сая была не просто катастрофой. Она была искушением, перед которым было почти невозможно устоять.

– Но я... я люблю Баджи-сана, – выдавил он, хотя голос его дрогнул.

Сая ухмыльнулась и отпустила его подбородок.

– Я знаю. Это-то и делает игру интересной. Иди к ним, герой. И постарайся не покраснеть, когда Баджи начнет извиняться своим обычным рычанием. А если станет скучно — мой байк всегда припаркован у твоего подъезда.

Она вышла из ванной, оставив Чифую в полном смятении. Вернувшись в комнату, она увидела, что Баджи и Казутора уже о чем-то негромко спорят, но агрессия в их голосах сменилась чем-то другим — более конструктивным и, возможно, даже дружеским.

– Ну что, голубки, помирились? – Сая плюхнулась на свое место на полу. – А теперь наливайте. У нас еще пол-ящика пива, а ночь только начинается. И Баджи, если ты еще раз назовешь Чифую «замом» в моем присутствии, я заставлю тебя надеть розовый чепчик Эммы и танцевать стриптиз на столе. Поверь, у меня есть фото, где ты в детстве в платье, так что шантаж — мое второе имя.

Баджи подавился пивом, а Казутора впервые за вечер искренне рассмеялся. Сая обвела их взглядом и довольно улыбнулась. Жизнь была чертовски хорошей штукой, особенно когда в ней было столько бензина, алкоголя и чужих секретов, которые так приятно было вытаскивать на свет божий.