← Назад к обзору

Мой омежка

Запах напалма и розовых соплей

– Такемичи, радость моя, ты почему так дрожишь? – Сая нависла над Ханагаки, как хищная птица над раненым кроликом. – Если ты так реагируешь на мой простой вопрос, то я боюсь представить, что с тобой будет, когда Хината наконец-то решит показать тебе, для чего нужны наручники и взбитые сливки. Ты же просто рассыплешься на атомы от восторга, верно?

Такемичи Ханагаки, вжавшийся в кирпичную стену за школой, судорожно сглотнул. Он всего лишь хотел пройти мимо, но Сая Рюгудзи, сестра Дракена и ходячая катастрофа в кожаной куртке, имела на этот вечер свои планы.

– Сая-сан, пожалуйста... – пролепетал он, стараясь не смотреть в её насмешливые глаза. – Я просто иду на встречу с Чифую. Нам нужно обсудить... дела банды.

– Дела банды? – Сая расхохоталась, и этот хриплый звук заставил прохожих на другой стороне улицы прибавить шагу. – Вы с Малышом-Чи обсуждаете дела банды так же продуктивно, как две девственницы обсуждают устройство двигателя внутреннего сгорания. Много шума, но никто не понимает, куда совать ключ.

Она бесцеремонно схватила его за воротник толстовки и притянула ближе. От неё пахло дорогим табаком, жженой резиной и чем-то острым, от чего у Такемичи закружилась голова. Альфа-аура Саи была настолько подавляющей, что даже Дракен иногда предпочитал не спорить с сестрой, когда она была в таком настроении.

– Послушай, Такемичи, – она понизила голос до доверительного шепота, – я тут видела, как Чифую на тебя смотрит. Знаешь, в его глазах столько преданности, что если бы он был псом, он бы уже давно отгрыз себе хвост от счастья. Но поскольку он человек, он просто краснеет каждый раз, когда ты дышишь в его сторону. Скажи мне честно, ты уже проверял, насколько у него чувствительные уши? Говорят, омеги с таким разрезом глаз просто тают, если им слегка прикусить мочку.

– Сая-сан! – Такемичи густо покраснел, его лицо стало цветом спелого граната. – Чифую мой лучший друг! И он не омега! В смысле... мы оба беты! Наверное...

– Ой, не смеши мои ботинки, – Сая отпустила его, но лишь для того, чтобы вальяжно облокотиться на стену рядом, преграждая путь рукой. – В этом мире, Ханагаки, есть те, кто берет, и те, кого берут. И ты, со своим вечно виноватым видом, явно относишься ко второй категории. Но Чифую... Чифую — это особый случай. Он так старается быть крутым рядом с Баджи, но когда появляется «плаксивый герой» Такемичи, его внутренний котенок начинает мурчать так громко, что это слышно даже в Роппонги.

В этот момент за углом послышался знакомый рокот мотора. Через секунду на площадку вылетел байк Чифую. Мацуно затормозил, поднял визор шлема и замер, увидев Саю рядом с Такемичи.

– О, а вот и наш второй мушкетер! – Сая радостно замахала рукой. – Чифую, радость моя, мы тут как раз обсуждали твой скрытый потенциал. Такемичи утверждает, что ты очень... гибкий. Во всех смыслах.

Чифую заглушил мотор и слез с байка, выглядя так, будто уже заранее хотел извиниться за всё, что сейчас произойдет.

– Сая-сан, добрый вечер, – он подошел к ним, стараясь держаться на безопасном расстоянии. – О чем вы опять говорите? Такемичи-кун, ты в порядке? Ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик с косметикой.

– Я в порядке, – пискнул Такемичи, – просто Сая-сан... она...

– Она просто заботится о вашем сексуальном образовании! – перебила Сая, подходя к Чифую и по-хозяйски закидывая руку ему на плечо. – Слушай, Малыш-Чи, я тут подумала. Вы с Такемичи проводите вместе столько времени, что у вас скоро циклы синхронизируются. Почему бы вам не перейти на новый уровень? Знаешь, есть такие специальные ошейники, парные. Один с замочком, другой с ключиком. Очень символично. И Такемичи так идет этот взгляд побитой собаки, ему бы очень подошел поводок из черной кожи. С шипами.

Чифую замер, его лицо медленно, но верно начало приобретать тот же оттенок, что и у Такемичи.

– Сая-сан, это... это неуместно! Мы партнеры по банде!

– Партнеры, – Сая хмыкнула, пробуя слово на вкус. – Знаешь, в некоторых клубах Кабуки-тё «партнеры» делают такие вещи, от которых у тебя бы волосы дыбом встали не только на голове. Вот скажи мне, Чифую, ты когда-нибудь задумывался, почему у Такемичи всегда такие мокрые глаза? Это же явный призыв: «Возьми меня, я беспомощный, я не знаю, что делать со своей жизнью и своими руками». И ты, как верный рыцарь, просто обязан показать ему... ну, скажем, пару приемов из борьбы в партере. Без кимоно.

– Пожалуйста, прекратите, – взмолился Чифую, закрывая лицо ладонью. – Баджи-сан узнает — он нас убьет.

– Баджи? – Сая расхохоталась, запрокинув голову. – Кейске сейчас слишком занят тем, что пытается отрастить себе мозг, чтобы заметить, как его любимый зам засматривается на чужие булочки. К тому же, я уверена, он бы одобрил. Он любит всё, что связано с хаосом и обменом жидкостями.

Она подошла к Такемичи и ткнула его пальцем в грудь.

– Ханагаки, у тебя такой вид, будто ты сейчас упадешь в обморок. Это от избытка чувств или ты просто представил Чифую в латексном костюме кота? Знаешь, Чифую, у него дома наверняка есть пара ушек, он просто стесняется их носить при свете дня. Но ты, как его «партнер», мог бы настоять. Сказать: «Такемичи, сегодня ты будешь моей маленькой киской, и если ты не будешь громко мурчать, я накажу тебя своим... авторитетом».

– Сая-сан! – в один голос выкрикнули парни.

– О, какой синхрон! – она сложила руки на груди, явно довольная собой. – Вы даже кричите одинаково. Настоящая гармония. Слушайте, мальчики, если серьезно. Жизнь коротка, а в «Тосве» она может быть еще короче. Сегодня вы обсуждаете планы мести «Вальхалле», а завтра кто-то из вас может оказаться в больнице или в морге. Неужели вы хотите уйти из этого мира, так и не узнав, каков на вкус пот вашего лучшего друга после трех часов интенсивных упражнений на матрасе?

Такемичи почувствовал, что у него подкашиваются ноги. Прямолинейность Саи всегда была сокрушительной, но сегодня она превзошла сама себя.

– Сая, – раздался глубокий, спокойный голос сзади.

Все трое обернулись. К ним медленно шел Дракен. Его лицо выражало ту степень усталости, которая бывает только у людей, вынужденных всю жизнь присматривать за стихийными бедствиями.

– Кен-чик! – Сая просияла и бросилась к брату, виснув у него на шее. – Ты как раз вовремя! Я тут провожу психологический тренинг для нашей молодежи. Объясняю им пользу тактильного контакта в условиях повышенного стресса.

– Ты снова довела Такемичи до предынфарктного состояния, – констатировал Дракен, аккуратно отцепляя сестру от себя. – И Чифую выглядит так, будто хочет совершить харакири прямо здесь.

– Они просто слишком зажатые, – Сая фыркнула, поправляя куртку. – Им нужен толчок. Или хороший пинок под зад. Или, в случае Такемичи, кто-то, кто возьмет его за шкирку и объяснит, что «нет» — это просто завуалированное «да, но попозже и со свечами».

– Сая, иди к байку, – вздохнул Дракен. – Майки собирает всех у храма через сорок минут. Если ты опоздаешь, я не буду тебя выгораживать.

– Ой, какие мы грозные, – она подмигнула Такемичи и Чифую. – Ладно, мальчики, живите пока. Но помните: я за вами слежу. И если я не увижу на шее у кого-то из вас характерных пятен к следующему вторнику, я сама займусь вашим досугом. И поверьте, мой досуг вам не понравится. Там замешаны наручники, моторное масло и очень длинный шланг.

С этими словами она развернулась на каблуках и, насвистывая, направилась к своему мотоциклу, припаркованному неподалеку. Через мгновение рев её мотора заглушил все остальные звуки, и Сая скрылась из виду, оставив после себя лишь запах бензина и густое, липкое смущение.

Такемичи обессиленно опустился на корточки, закрыв голову руками.

– Чифую... скажи мне, что это был сон.

– Если это и сон, то это кошмар, – Чифую вытер пот со лба. – Она невозможна. Дракен-сан, как вы с ней живете?

Дракен посмотрел вслед уехавшей сестре, и в его взгляде промелькнуло что-то похожее на гордость, смешанную с тихим ужасом.

– Привыкаешь, – коротко ответил он. – Но мой вам совет: никогда не оставляйте её наедине с алкоголем и вашими телефонами. В прошлый раз она разослала всем капитанам отрядов фотографии Майки в костюме горничной. Майки до сих пор ищет того, кто это сделал, а Сая просто сидит и ест свои дорояки с самым невинным видом.

– Она... она страшный человек, – прошептал Такемичи.

– Она Альфа, – Дракен пожал плечами. – У неё это в крови — доминировать и издеваться. Но если на вас нападут, она будет первой, кто перегрызет глотку врагу. Правда, потом она обязательно пошутит о том, что у врага было слишком маленькое... эго.

– Это уж точно, – Чифую вздохнул и посмотрел на Такемичи. – Ну что, Ханагаки-кун, пойдем? Нам еще нужно обсудить план на завтра.

Такемичи поднял голову, посмотрел на друга и вдруг вспомнил слова Саи про «мокрые глаза» и «ошейники». Его лицо снова вспыхнуло.

– Да... пойдем. Только... давай без борьбы в партере, ладно?

Чифую поперхнулся воздухом.

– Такемичи! Даже не думай об этом!

Дракен, наблюдая за ними, только покачал головой. Сая была права в одном: эти двое действительно были идеальной мишенью для её шуток. Но в мире, где каждый день мог стать последним, её грубый, пошлый юмор был своего рода защитным механизмом. Она выбивала почву из-под ног, заставляя забыть о страхе перед смертью, заменяя его куда более приземленным и понятным страхом — страхом перед её острым языком.

Спустя сорок минут у храма Мусаси было людно. Сая уже была там, она сидела на капоте чьей-то машины и громко рассказывала Мицуе о преимуществах использования шелковых нитей вместо кожаных ремней в «особых случаях». Мицуя, обычно спокойный и невозмутимый, сосредоточенно рассматривал свои ботинки, стараясь не слушать подробности.

– О, смотрите, наши влюбленные голубки прибыли! – закричала Сая, завидев Такемичи и Чифую. – Эй, Ханагаки, почему ты всё еще в штанах? Я же говорила, что тебе больше идет...

– Сая, замолчи! – рявкнул Дракен, проходя мимо.

– Молчу-молчу, большой брат, – Сая спрыгнула с машины и подошла к Майки, который стоял на ступенях храма. – Ну что, главарь, когда начнем? У меня сегодня свидание с бутылкой виски и собственным воображением, не хотелось бы затягивать.

Майки посмотрел на неё, в его глазах плясали смешинки.

– Сая, ты когда-нибудь угомонишься?

– Только в гробу, Майки. И то, я уверена, что даже там я найду способ подшутить над костлявой по поводу размера её косы. Говорят, длинная коса — это компенсация за...

– Собрание начинается! – громко объявил Дракен, перекрывая её голос.

Сая ухмыльнулась и встала в строй. Она была частью этой семьи, её неправильным, сломанным, но невероятно сильным звеном. И пока она была рядом, «Тосва» пахла не только порохом и кровью, но и жизнью — грубой, беспардонной и чертовски веселой.

Такемичи, стоя в задних рядах, чувствовал на себе её взгляд. Сая обернулась и подмигнула ему, одними губами произнеся: «Мяу».

Ханагаки понял, что этот вечер он запомнит надолго. И что Чифую теперь действительно будет очень сложно смотреть ему в глаза, не вспоминая про латексные костюмы и ошейники. Сая Рюгудзи снова победила, даже не вступая в драку.