← Назад к обзору

Муж

Братская кровь и печать Повелителя

Сеул встретил Алекса привычным гулом мегаполиса и влажным, теплым воздухом, который после московских морозов казался почти осязаемым. Как только шасси самолета коснулись взлетной полосы, Алекс почувствовал, как невидимая нить, связывающая его с мужем, натянулась и завибрировала. Джин Ву знал, что он дома.

Выйдя из терминала, Алекс не стал ждать такси. Его уже ждала черная машина с тонированными стеклами, но за рулем сидел не водитель из ассоциации. В тени заднего сиденья блеснули фиолетовые глаза.

– Ты задержался, – произнес Джин Ву, как только Алекс запрыгнул в салон, заполняя пространство своим присутствием и запахом дороги.

– Пришлось улаживать дела с «родней», – Алекс широко улыбнулся и, не обращая внимания на присутствие теней-водителей, притянул мужа к себе, зарываясь носом в его шею. – Боже, как я скучал. В Москве красиво, но там нет тебя и этого твоего особого запаха магии.

Джин Ву расслабился в его руках, позволяя себе на мгновение забыть о статусе сильнейшего охотника. Он положил ладонь на грудь Алекса, чувствуя ровное, сильное сердцебиение.

– Я чувствовал твое волнение, – тихо сказал Джин Ву. – И твою встречу с тем человеком. Берри был в восторге, он так и рвался выскочить и «поздороваться» с твоим братом.

– Хорошо, что ты его удержал, – Алекс отстранился и посмотрел мужу в глаза. – Цезарь — парень непростой, но он свой. Русский мужик до мозга костей. Знаешь, он сначала хотел меня силой удержать, а потом, когда узнал про племянников, чуть не расплакался. Ну, в своем суровом стиле, конечно.

Когда они приехали домой, Алекс первым первым делом заставил Джин Ву лечь на диван. Несмотря на протесты Повелителя Теней, Алекс был непреклонен. Он быстро скинул куртку, оставшись в своей светлой водолазке, которая подчеркивала его широкие плечи, и отправился на кухню.

– Сначала еда, потом разговоры, – скомандовал он. – Я привез настоящий русский чай и кое-какие сладости, которые одобрил даже твой новый «шурин».

Через полчаса, когда аромат свежезаваренных трав и сладостей наполнил гостиную, Алекс достал телефон.

– Я обещал ему позвонить, как доберусь. Хочешь взглянуть на него?

Джин Ву кивнул, прихлебывая чай. Алекс набрал номер по видеосвязи. Экран разделился, и через секунду на нем появилось лицо Цезаря. Он сидел в том же кабинете, на фоне ночной Москвы, и выглядел так, будто не спал всё это время.

– Добрался, малец? – пробасил Цезарь, и его голос, даже через динамик, обладал пугающей мощью.

– Жив-здоров, – усмехнулся Алекс, поворачивая экран к Джин Ву. – Познакомься, Цезарь. Это мой муж, Сон Джин Ву. Джин Ву, это мой старший брат, Цезарь Александрович. Гроза всея Руси и обладатель самого скверного характера в Европе.

Наступила тишина. Джин Ву внимательно всматривался в лицо на экране. Он видел в Цезаре те же черты, что и в Алексе: тот же высокий лоб, те же скулы, ту же непоколебимую уверенность. Но если Алекс был «светом», то Цезарь был подобен суровому северному утесу. Настоящий русский богатырь, рост которого даже через камеру казался внушительным.

– Значит, это ты — тот самый Повелитель, – Цезарь прищурился, изучая Джин Ву. – Выглядишь моложе, чем я думал. Но аура... даже через сеть я чувствую, что ты не человек.

– Рад знакомству, Цезарь, – спокойно ответил Джин Ву, и в его голосе прорезались властные нотки. – Спасибо, что не стал чинить препятствий моему мужу. Алекс — это самое ценное, что у меня есть.

– Хм, – Цезарь хмыкнул, и на его губах появилась тень улыбки. – Если бы я попробовал, боюсь, Москва лишилась бы пары кварталов. Алекс мне всё уши прожужжал о том, какой ты грозный. Ладно, охотник Сон. Береги его. В нем течет кровь Сергеевых, а мы своих не бросаем. Ли Вон уже забронировал билеты в Сеул на следующий месяц. Приедем проверять, как вы обустроились.

– Будем ждать, – кивнул Джин Ву.

Когда связь прервалась, Джин Ву долго молчал, глядя на погасший экран.

– Теперь я вижу, в кого ты такой упрямый, – наконец произнес он. – Он действительно твой брат. В нем чувствуется та же первобытная сила, только не ограненная. Настоящий русский мужик. Я удивлен, что вы не разнесли аэропорт при встрече.

– Мы были близки к этому, – Алекс сел рядом и обнял Джин Ву за плечи. – Но знаешь, что он мне сказал напоследок? Что Сергеевы всегда на шаг впереди, но я переплюнул их всех, выбрав в мужья бога смерти.

Джин Ву тихо рассмеялся, прислонившись головой к плечу Алекса.

– Он прав. Ты всегда был непредсказуемым, Алекс.

– Кстати, о непредсказуемости, – Алекс хитро прищурился. – Пока я был в Москве, я зашел в один закрытый магазин артефактов. Цезарь помог.

Он достал из кармана небольшую коробочку из темного дерева. Внутри лежали два кулона в виде крошечных волчьих клыков, вырезанных из прозрачного камня, внутри которого пульсировал мягкий голубой свет.

– Это древние обереги, – пояснил Алекс. – Они реагируют на кровь рода. Я хочу, чтобы у парней было что-то от их русских корней. Цезарь сказал, что эти камни защищают разум от магических атак.

Джин Ву взял один кулон, чувствуя исходящую от него холодную, чистую энергию. Это была не мана системы, а нечто более древнее, земное.

– Красиво, – признал он. – И очень вовремя. Я чувствую, что их сила начинает расти. Сегодня утром Сухо случайно заморозил стакан с водой, когда я просто прошел мимо.

Алекс округлил глаза, а затем весело расхохотался, откидываясь на спинку дивана.

– Ну всё, началось! Один будет морозить всё вокруг, другой — прятаться в тенях. Нам определенно нужно расширять квартиру. Или переезжать в замок Цезаря, там стены толстые.

– Мы останемся здесь, – отрезал Джин Ву, но в его глазах светилась теплота. – В этом доме наш свет.

Алекс затих, глядя на мужа с бесконечной нежностью. Он протянул руку и осторожно коснулся живота Джин Ву, чувствуя, как внутри происходит движение. Две маленькие жизни, два наследника великих сил, теперь имели за спиной не только армию теней, но и суровую поддержку русского клана.

– Знаешь, – прошептал Алекс, – я ведь всю жизнь думал, что я один. А теперь у меня есть ты, дети, и даже этот сумасшедший брат-великан в Москве. Жизнь — странная штука, Джин Ву.

– Ты сам её такой сделал, – Джин Ву накрыл руку Алекса своей ладонью. – Ты пришел в мою жизнь и принес с собой этот хаос, этот свет и эту музыку. Я бы не променял это ни на какое вечное спокойствие.

Алекс наклонился и нежно поцеловал Джин Ву. Этот поцелуй был долгим и спокойным, в нем не было страсти, только глубокое чувство дома и безопасности.

– Я приготовил тебе сюрприз, – сказал Алекс, когда они отстранились. – Завтра мы никуда не идем. Никаких ассоциаций, никаких тренировок. Я буду весь день готовить блины по рецепту моей мамы, а потом мы будем смотреть то аниме, которое ты просил.

– «Наруто»? – Джин Ву приподнял бровь.

– Именно. Пора приучать парней к правильной философии, – Алекс подмигнул и встал, подхватывая Джин Ву на руки. – А теперь — спать. Твой поясничный отдел нуждается в отдыхе, а я нуждаюсь в своем муже.

– Алекс, я могу дойти сам, – вполголоса проворчал Джин Ву, хотя уже по привычке обхватил шею мужа руками.

– Можешь, но не дойдешь, – Алекс уверенно зашагал в сторону спальни. – Пока я здесь, ты не сделаешь ни одного лишнего шага. Это приказ твоего личного русского S-ранга.

В спальне царил полумрак, освещаемый лишь огнями Сеула за окном. Уложив Джин Ву на кровать, Алекс лег рядом, притягивая его к себе. В тишине комнаты было слышно лишь их дыхание.

– Джин Ву? – позвал Алекс через некоторое время.

– Да?

– Спасибо, что дождался. Я знаю, что со мной бывает непросто.

– Ты — мой свет, Алекс, – тихо ответил Джин Ву, засыпая. – А свет всегда стоит того, чтобы его ждать.

В тени комнаты на мгновение сверкнули глаза Иггритта. Верный рыцарь стоял на страже покоя своего господина и его семьи. Теперь, когда в игру вступил клан Сергеевых, защита стала еще более важной. Но глядя на то, как Алекс оберегает Джин Ву, даже тени понимали: в этом доме нет места страху.

Утром Сеул снова проснется в суете, охотники будут зачищать порталы, а политики — делить сферы влияния. Но в этой квартире будет пахнуть блинами и персиками, будет звучать смех высокого русского парня и тихий, счастливый голос Повелителя Теней. История их семьи только начиналась, и она обещала быть ярче любого солнца.

Алекс, засыпая, уже планировал, как он будет учить Сухо и Юки танцевать хип-хоп, и представлял лицо Цезаря, когда тот впервые увидит племянников. Он знал, что впереди много трудностей, но с такой поддержкой, какая была у него сейчас, он был готов встретить любого врага. Ведь он всегда был на шаг впереди. И этот шаг вел его к любви, которая оказалась сильнее самой смерти.