Наказание монарха
Шёпот древней чешуи под неоновым небом
— Проклятая ящерица... — прошипел я, пытаясь выпрямиться, но поясница отозвалась такой резкой, стреляющей болью, что я невольно прикусил губу.
Мой голос потонул в шуме вертолетных лопастей и криках репортеров, толпившихся за оцеплением. Мы стояли перед огромным разломом в Пусане. Небо над портовым городом затянуло тяжелыми, свинцовыми тучами, которые, казалось, вот-вот обрушатся на землю. Врата S-ранга пульсировали зловещим фиолетовым светом, выбрасывая в воздух волны ледяной магии.
Обычно в такие моменты я чувствовал себя на пике формы. Мои тени, сокрытые в глубоких складках пространства, предвкушали пир. Но сегодня мой внутренний Монарх явно пребывал в замешательстве. Каждое движение отдавалось в теле глухим эхом той «воспитательной беседы», которую Алекс устроил мне в кабинете. Этот невозможный блондин умудрился сделать то, что не удавалось ни одному национальному охотнику — он выбил меня из колеи.
Я покосился в сторону. Алекс стоял в нескольких метрах от меня, проверяя свои наручи. Его взлохмаченные волосы развевались на ветру, открывая выбритые виски, а небесно-голубые глаза были устремлены на разлом. Он выглядел так, будто просто вышел на прогулку, а не собирался входить в логово монстров. Идеальный, атлетичный, невыносимо красивый.
— Сон Джинву, ты выглядишь так, будто проглотил кинжал Расаки, — раздался его насмешливый голос. Алекс подошел ближе, и я почувствовал знакомый запах озона. — Неужели великий Монарх Теней страдает от банального радикулита?
— Заткнись, Окумура, — я бросил на него взгляд, полный обещаний скорой расправы. — Если бы ты не был так... энергичен, я бы сейчас не чувствовал себя столетним стариком.
Алекс тихо рассмеялся, и этот звук заставил мою кожу покрыться мурашками. Он наклонился к моему уху, игнорируя десятки камер, нацеленных на нас.
— Тебе ведь понравилось, Джинву. Твои тени до сих пор мурлычут от удовольствия, я это чувствую.
Я хотел ответить что-то резкое, но в этот момент врата издали оглушительный рев. Земля под ногами содрогнулась. Из разлома начали выходить первые твари — гигантские ящеры, покрытые обсидиановой чешуей, из пастей которых вырывалось едкое зеленое пламя.
— Охотники, приготовиться! — скомандовал я, мгновенно переключаясь в режим боя.
Боль в пояснице не исчезла, но я задвинул её в самый дальний угол сознания. Мои глаза вспыхнули ледяным серым светом.
— Выходи, Игрис! Бери левый фланг! Берион, на тебе центр!
Тени хлынули из моих ног, заполняя площадь. Черные рыцари и маги мгновенно вступили в бой с монстрами. Но ящеры были необычайно сильны. Их чешуя отражала магические атаки, а физическая сила позволяла одним ударом хвоста крушить бетонные укрепления.
Алекс действовал молниеносно. Он не призывал армию — он сам был армией. В его руках материализовалось копье из чистой лазурной молнии. С криком, напоминающим раскат грома, он бросился в самую гущу врагов. Каждый его выпад сопровождался ослепительной вспышкой. Он двигался как танцор, его фарфоровая кожа казалась сияющей на фоне черной чешуи монстров.
Я наблюдал за ним, одновременно разрубая очередного ящера «Кинжалом Короля Демонов». Алекс был Убийцей Драконов, и сейчас это прозвище обретало истинный смысл. Он не просто убивал их — он доминировал. Его магия словно подавляла волю этих существ.
В какой-то момент один из крупнейших ящеров, видимо, вожак, прорвался сквозь заслон теней и бросился на Алекса со спины.
— Алекс, сзади! — крикнул я, уже готовясь использовать «Руку Правителя», чтобы отшвырнуть тварь.
Но помощь не потребовалась. Алекс даже не обернулся. Он просто выставил руку назад, и из его ладони вырвался столб ослепительного электричества, который испепелил голову монстра на лету. Блондин медленно повернулся к туше, которая еще дергалась в конвульсиях, и на его лице промелькнуло странное выражение — смесь брезгливости и... узнавания?
Я нахмурился. Что-то было не так.
Бой продолжался около часа. Когда последний ящер пал, и площадь превратилась в кладбище обгоревшей плоти, я подошел к Алексу. Он стоял над телом вожака, тяжело дыша. Его глаза всё еще искрились голубым светом, но в них читалась глубокая задумчивость.
— Ты в порядке? — спросил я, подходя со спины.
Я не удержался и положил руку ему на плечо. Под пальцами я почувствовал, как его мышцы всё еще вибрируют от остаточной энергии. Но было и кое-что еще. Странное ощущение под ладонью... словно кожа Алекса стала тверже, а температура его тела поднялась до опасных пределов.
— Да, — коротко ответил он, сбрасывая мою руку. — Просто эти твари... они напомнили мне кое о чем.
— О чем именно? — я прищурился. — Ты Убийца Драконов, Алекс. Твоя магия создана для того, чтобы уничтожать подобных существ. Но сегодня ты сражался с такой яростью, будто это было личное.
Алекс обернулся ко мне. Его взгляд был жестким, почти враждебным.
— Джинву, не лезь в это. Есть вещи, которые даже Монарху знать не обязательно.
Он развернулся и зашагал к штабу ассоциации, оставляя меня в недоумении. Боль в пояснице снова напомнила о себе, но теперь она сопровождалась странным предчувствием.
«Моя ящерица...» — пронеслось у меня в голове. Я сам так назвал его про себя, восхищаясь его силой и грацией. Но что, если это не просто метафора?
Я вспомнил легенды об Убийцах Драконов. Говорили, что те, кто поглощает силу великих змеев, со временем сами начинают меняться. Но была и другая, более тайная часть преданий. О том, что у истинных драконьих владык может быть... два члена.
Я вздрогнул от этой мысли. Это звучало как бред, как эротическая фантазия безумного летописца. Но, вспоминая ту ночь в кабинете, вспоминая невероятную выносливость Алекса и ту мощь, с которой он меня брал...
— Не может быть, — прошептал я себе под нос.
Я вспомнил ощущение под рукой, когда я коснулся его плеча после боя. Чешуя? Могли ли это быть зачатки чашуи, скрытые под фарфоровой кожей? И если это правда, то кто он на самом деле? Просто охотник, получивший дар, или нечто гораздо более древнее и опасное, скрывающееся под маской красавца-блондина?
Мои тени заволновались. Игрис, стоявший неподалеку, склонил голову, словно подтверждая мои опасения.
— Ты тоже это почувствовал, да? — обратился я к нему.
Рыцарь промолчал, но его молчание было красноречивее любых слов.
Я посмотрел вслед Алексу. Он уже скрылся в здании, но след его магии всё еще висел в воздухе — терпкий, электрический, с привкусом древнего огня.
«Черт, Окумура, кто же ты такой?» — подумал я, чувствуя, как во мне просыпается не только охотничий азарт, но и нечто гораздо более темное и собственническое.
Если он — ящерица, то он — *моя* ящерица. И если у него действительно есть секреты, связанные с его анатомией или происхождением, я вытрясу их из него. Возможно, не в кабинете, и, возможно, не с помощью магии теней.
Я вспомнил его взлохмаченные волосы, его дерзкую улыбку и то, как он прижимал меня к столу. Если у него действительно «двойной запас» силы, то следующая наша встреча обещает быть еще более изнурительной. И, честно говоря, мысль об этом заставляла мою поясницу болеть еще сильнее, а сердце — биться в унисон с его грозовыми разрядами.
— Сон Джинву! — окликнула меня Ча Хэ Ин, подбегая с планшетом в руках. — Вы слышите? Нам нужно подписать протокол о закрытии врат.
Я посмотрел на неё, едва осознавая, что она здесь. Её голос казался далеким шумом.
— Да, Хэ Ин. Протокол. Конечно.
Я взял ручку, но мои мысли были далеко. Я думал о том, что спрошу Алекса вечером. Спрошу прямо, без обиняков. А если он откажется отвечать... что ж, у Монарха Теней есть свои способы развязывать языки. Даже если этот язык принадлежит Громовому Убийце Драконов.
— Охотник Сон, вы в порядке? У вас рука дрожит, — Хэ Ин подозрительно прищурилась.
— Это просто переутомление, — соврал я, ставя размашистую подпись. — Тяжелый рейд.
— Да, конечно, — она хмыкнула, явно не поверив ни единому слову. — Кстати, Окумура просил передать, что ждет вас в отеле через час. Сказал, что «второй раунд воспитания» не за горами.
Я почувствовал, как лицо заливает краска. Эта невозможная ящерица даже не пытается скрываться!
— Я... я понял. Спасибо, Хэ Ин.
Я развернулся и пошел прочь от врат, чувствуя на себе её недоуменный взгляд. Вечер обещал быть долгим. И если мои подозрения оправдаются, то Сеул завтра утром проснется от такой грозы, какой этот город еще не видел.
Потому что Монарх Теней не привык отступать. А Убийца Драконов, кажется, только начал свою игру. И в этой игре правила диктовала не магия, а нечто гораздо более древнее, скрытое под фарфоровой кожей и небесно-голубыми глазами.
— Ну держись, Алекс, — прошептал я, ускоряя шаг. — Посмотрим, насколько глубока твоя чешуя.
Я шел к отелю, и с каждым шагом боль в пояснице сменялась предвкушением. Теневой Монарх был готов к новой буре. И на этот раз я не собирался просто лежать на животе. У меня были свои планы на эту «ящерицу».
В конце концов, в мире может быть только один правитель. Но кто сказал, что у этого правителя не может быть достойного соправителя, способного ударить молнией в самое сердце тьмы?
Я вошел в лифт, и когда двери закрылись, мои глаза снова вспыхнули серым пламенем.
— Бери, Игрис, — скомандовал я теням. — Сегодня вы мне не понадобитесь. У меня намечается приватное исследование... биологических особенностей одного очень наглого мага.
Тени послушно растворились. Я остался один, глядя на свое отражение в зеркальной поверхности лифта. Сто девяносто два сантиметра мощи, серые глаза, черные волосы. Я выглядел как бог. Но я знал, что через час этот бог будет снова дрожать от прикосновений блондина с выбритыми висками.
И, черт возьми, я ждал этого момента больше, чем любой победы над S-рангом.
— Пора узнать правду, Алекс, — сказал я своему отражению. — Сколько бы там у тебя ни было... секретов.
Лифт звякнул, открываясь на нужном этаже. Запах озона стал невыносимо сильным. Я вышел в коридор, чувствуя, как магия Алекса тянется ко мне, словно невидимые щупальца.
Игра началась. И на этот раз ставок не было — была только чистая, первобытная страсть, способная перевернуть мир. Или, по крайней мере, разрушить еще один гостиничный номер.