Наследник монарха
Шрамы на сердце и теле
Воздух в загородном особняке, скрытом глубоко в лесах провинции Канвондо, был кристально чистым и неподвижным. Здесь не было шума мегаполиса, не было назойливых репортеров и, самое главное, здесь не было того удушливого аромата духов Хэ Ин, который, как теперь понимал Сон Джинву, преследовал его повсюду, словно невидимая удавка.
Джинву тяжело опустился в глубокое кресло в гостиной. Каждый вдох давался с трудом, отзываясь резкой, колющей болью в груди. Он прижал ладонь к боку, чувствуя, как под кожей пульсирует мана, пытаясь восстановить поврежденные ткани.
– Черт... – прохрипел он, прикрыв глаза. – Кажется, ты всё-таки сломал мне пару ребер, Юки.
Юки, стоявший у панорамного окна и смотревший на темные силуэты гор, медленно обернулся. Его лицо, всё еще испачканное подсохшей кровью, оставалось бесстрастным, но в глазах больше не было той испепеляющей ненависти, что час назад. Он выглядел измотанным, но всё таким же пугающе великолепным в своем хищном спокойствии.
– Всего лишь пару? – Юки усмехнулся, и эта усмешка была горькой. – Я целился так, чтобы пробить твой доспех Монарха насквозь. Ты сам учил меня: если бьешь, бей так, чтобы враг не поднялся.
Парень подошел к столу и одним резким движением стянул через голову черную футболку, бросив её на пол. Джинву невольно затаил дыхание.
Тело его сына, атлетичное и выверенное, сейчас напоминало карту недавнего сражения. На бледной коже, перечеркнутой абстрактными линиями татуировок, расцветали иссиня-черные и багровые пятна. Огромный кровоподтек на плече от удара рукоятью кинжала, глубокие ссадины на ребрах, след от мощного толчка маны на груди. Юки был одарен невероятной регенерацией, но даже его силы сейчас были на пределе.
– Мы стоим друг друга, – тихо произнес Джинву, глядя на свои руки. Его собственные костяшки были сбиты в кровь, а под рубашкой ныли такие же отметины. – Ты бил меня с такой силой, Юки... я чувствовал, что ты действительно готов меня убить.
– А у меня был выбор? – Юки подошел к бару, достал бутылку ледяной воды и жадно припал к ней. Утолив жажду, он вытер губы тыльной стороной ладони. – Ты не слышал слов. Ты не видел правды. Ты был как сломанная марионетка. Единственный способ достучаться до Монарха Теней — это заставить его почувствовать боль. Физическую, раз ментальную ты заблокировал этим своим «счастьем».
Джинву опустил голову, сцепляя пальцы в замок. Вина давила сильнее, чем сломанные ребра.
– Это был «Узел Сердца», Юки. Древняя магия. Она не просто туманит разум, она подменяет истинные воспоминания ложными чувствами. Я... я действительно верил, что люблю её. Это страшно. Осознавать, что твоя воля, которую ты считал абсолютной, была попрана кем-то столь... незначительным.
– Незначительным? – Юки резко развернулся, его глаза на мгновение вспыхнули алым. – Эта «незначительная» женщина почти уничтожила нашу семью! Ты понимаешь, что завтра весь мир будет стоять на ушах? Величайший охотник S-ранга Хэ Ин исчезла, дом Монарха Теней превращен в руины. Тебе нужно придумать оправдание. И очень убедительное.
Джинву вздохнул, чувствуя, как мана наконец начала стягивать края трещин в костях.
– Я всё улажу. Ассоциация получит отчет о нападении неизвестных существ из разлома высшего уровня, который открылся прямо в пентхаусе. Скажем, что Хэ Ин героически погибла, защищая город, а её тело было поглощено бездной. Мои тени уже «подчистили» остатки маны в квартире. Никаких следов твоего вмешательства или ритуала не останется.
– Героически погибла? – Юки саркастично выгнул бровь. – Ты даже после её смерти продолжаешь создавать ей имидж святой?
– Это не для неё, Юки. Это для нас, – Джинву поднялся, превозмогая боль, и подошел к сыну. – Нам не нужно лишнее внимание. Если узнают, что сын Монарха Теней убил национальное достояние Кореи, начнется охота. Я не позволю им тронуть тебя. Пусть она останется героем в памяти людей, если это поможет нам сохранить покой.
Юки молчал, глядя в глаза отцу. В комнате повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь треском дров в камине, который Джинву зажег щелчком пальцев.
– Ты действительно вернулся? – спросил наконец Юки, и в его голосе проскользнула тень той детской надежды, которую он так тщательно скрывал за маской маски и татуировок.
– Вернулся, – Джинву положил руку на затылок сына, притягивая его к себе и соприкасаясь лбами. – Прости меня. За всё. За то, что заставил тебя нести это бремя в одиночку. За то, что твои руки теперь в крови из-за моих ошибок.
Юки закрыл глаза, и Джинву почувствовал, как плечи парня наконец расслабились.
– Больше никогда, отец, – прошептал Юки. – Если ты еще раз позволишь кому-то так одурманить себя... я не буду ломать тебе ребра. Я просто уйду. И ты никогда меня не найдешь.
– Этого не случится, – твердо пообещал Джинву. – Теперь я знаю врага в лицо. Эти остатки древних рас, что выжили в складках пространства... они начали охоту на нас. Хэ Ин была лишь инструментом. Кто-то дал ей этот артефакт, кто-то направил её. И мы найдем их.
Юки отстранился, его лицо снова стало жестким.
– Мы?
– Мы, – подтвердил Джинву. – Ты больше не просто мой наследник, который тренируется в тени. Ты — полноценный Монарх. Твоя сила сегодня... она была пугающей. Те щупальца, те воины. Откуда они, Юки? Это не тени из моего легиона.
Парень усмехнулся, и на его руках снова начали пульсировать черные линии.
– Ты воспитывал меня как воина, отец. Но ты забыл, что я не ты. Моя мать умерла, давая мне жизнь, и часть её боли, часть её уходящей жизненной силы смешалась с твоей тьмой во мне. Мои тени не приходят из твоего мира. Они рождаются из Бездны, которая находится между жизнью и смертью. Они не знают чести или верности королю. Они знают только мою волю.
Джинву внимательно смотрел на сына, осознавая, насколько глубоко тот продвинулся в изучении своей природы. Юки был не просто сильным — он был уникальным. Его рост в 186 сантиметров, его грация, его способность контролировать хаотичную энергию Бездны делали его существом, стоящим на ступень выше обычных пробужденных.
– Твои тренировки теперь будут другими, – сказал Джинву, отходя к окну. – Я научу тебя всему, что знаю о контроле. Но сначала... нам нужно залечить раны. Иди в медицинский блок, там есть эликсиры жизни, которые я привез из подземелий S-ранга.
Юки кивнул, подбирая футболку.
– А ты? Твои ребра сами не срастутся так быстро, даже с твоей силой.
– Я справлюсь, – Джинву обернулся, и на его губах появилась слабая, но искренняя улыбка. – Иди. Завтра будет долгий день. Нам нужно придумать, как объяснить твое отсутствие в университете и моё «исчезновение» из общественной жизни.
– Университет? – Юки рассмеялся, направляясь к выходу. – Папа, после того, что я сделал сегодня, ты действительно думаешь, что я буду сидеть на лекциях по экономике?
– Образование важно даже для Монархов, – вдогонку ему бросил Джинву, хотя сам понимал, насколько нелепо это звучит.
Когда дверь за Юки закрылась, Джинву снова опустился в кресло. Боль в боку утихла, сменившись тупым нытьем, но тяжесть в душе никуда не делась. Он смотрел на свои ладони, которые еще недавно сжимали кинжалы, готовые ударить собственного сына.
– Игрит, – позвал он негромко.
Из тени мгновенно соткался верный рыцарь, преклонив колено. Его доспехи тускло поблескивали в свете камина.
– Мой повелитель.
– Ты видел бой, – Джинву не спрашивал, он знал. – Что ты думаешь о Юки?
– Молодой господин... – Игрит на мгновение замялся, подбирая слова. – Его сила хаотична, но его воля абсолютна. Он не просто ваш сын, мой лорд. Он — хищник, который еще не осознал масштабы своих угодий. Если бы вы не пробудились от ритуала... он бы действительно убил вас. Не из ненависти, а из высшей преданности вашей истинной сути.
Джинву кивнул.
– Наблюдай за ним. Не вмешивайся, просто следи. И если кто-то из внешнего мира проявит интерес к нашему особняку... уничтожай без предупреждения.
– Слушаюсь, мой лорд.
Тень Игрита растворилась. Джинву откинул голову на спинку кресла, глядя в потолок. Он чувствовал, как за стенами особняка просыпается лес, как шумят деревья под порывами ночного ветра. Мир всё еще считал его своим защитником, богом, спустившимся на землю. Но здесь, в этом доме, он был просто отцом, который едва не потерял всё из-за собственной невнимательности.
В соседней комнате послышался шум воды — Юки принимал душ. Джинву прикрыл глаза, позволяя усталости наконец взять верх. Завтра начнется новая игра. Игра, в которой он больше не будет действовать в одиночку.
Юки стоял под ледяными струями воды, прижавшись лбом к кафельной плитке. Вода смывала кровь — и его собственную, и кровь Хэ Ин, и ту невидимую грязь, которая липла к нему все эти месяцы. Синяки на теле ныли, напоминая о каждом ударе отца, о каждом моменте их столкновения.
Он не жалел ни о чем. Если бы пришлось, он бы сделал это снова. Он посмотрел на свои руки, где татуировки в виде абстрактных линий казались живыми под потоками воды.
– Мы вернули его, – прошептал он сам себе.
Из сливного отверстия начала подниматься тонкая струйка черного дыма — его тень, его личный легион, чувствовал настроение хозяина. Щупальца, крошечные и почти прозрачные, ластились к его ногам, словно верные псы.
Юки выключил воду и вышел из кабины, накинув на бедра полотенце. В зеркале отразился парень с проколотыми ушами и взглядом, в котором отражалась сама бездна. Красивый, сильный, опасный. Сын Монарха Теней.
Он знал, что впереди их ждет война. Те, кто стоял за Хэ Ин, не оставят их в покое. Но теперь, когда отец снова был на его стороне, Юки не боялся ни богов, ни демонов.
Он вышел в коридор и увидел отца, который стоял у окна в холле, глядя на рассвет. Джинву обернулся, заметив сына.
– Не спится? – спросил он.
– Слишком много адреналина, – ответил Юки, подходя ближе. – И ребра всё-таки чертовски болят.
Джинву протянул ему небольшой флакон с переливающимся синим эликсиром.
– Выпей. Это поможет. И Юки...
– Да?
– Спасибо.
Юки взял флакон, его пальцы на мгновение коснулись пальцев отца. Сила Монарха встретилась с силой Бездны, породив короткую вспышку черных искр.
– Не за что, папа, – Юки усмехнулся, и на этот раз в его улыбке было что-то от того прежнего мальчишки, которым он был до появления Хэ Ин. – Просто в следующий раз, когда решишь влюбиться, сначала посоветуйся со мной. У меня на «паразитов» отличный нюх.
Джинву негромко рассмеялся, качая головой.
– Иди спать, наследник. Завтра мы начнем переписывать историю этого мира.
Юки кивнул и ушел к себе, оставив отца наедине с рассветом. Впереди была неизвестность, но одно они знали точно: тень стала единой. И горе тем, кто попытается встать на её пути.