← Назад к обзору

Не такой как все

Черное пламя и лед приличий

Дорога до моего дома в Сеуле прошла в непривычном для меня напряжении. Я, человек, способный сокрушить армии титанов и повелевать легионами бессмертных теней, чувствовал себя не в своей тарелке, сидя за рулем и время от времени поглядывая в зеркало заднего вида. Там, на заднем сиденье, Алекс ловко и уверенно поправлял одеяльце на маленьком Юки, пока Ли Вон подавал ему бутылочку с водой с таким видом, будто это была часть какого-то отлаженного судебного процесса.

– Пап, мы побудем у тебя пару дней, – голос Алекса вырвал меня из раздумий. – Ли Вон уже присмотрел несколько вариантов недвижимости в тихом районе. Он займется документами, так что мы не стесним тебя надолго.

Я крепче сжал руль, глядя на дорогу.

– Алекс, это твой дом. Ты можешь оставаться столько, сколько захочешь. Тебе не нужно спешить с покупкой.

– Нужно, – отрезал он, и в его глазах на мгновение мелькнуло то самое черное пламя, которое я почувствовал в аэропорту. – Я ценю твое гостеприимство, правда. Но у меня своя семья. И я не хочу, чтобы наше присутствие стало причиной бесконечных скандалов в твоем доме.

Он замолчал, глядя в окно на проносящиеся мимо неоновые вывески Сеула. Юки, пригревшись на руках у Ли Вона, мирно посапывал, не подозревая, какой переполох вызвало его появление в жизни Теневого Монарха.

– Слушай, пап, давай сразу проясним один момент, – Алекс перевел на меня серьезный, не по годам мудрый взгляд. – Я уважаю тебя. Ты — мой отец, и это неизменно. Но не жди от меня, что я буду сближаться с твоей женой. Для меня Ча Хэ Ин — никто. Просто женщина, с которой ты живешь.

Я почувствовал, как в тени шевельнулся Бери, явно недовольный таким тоном в адрес «королевы», но я мысленно приказал ему замолчать. Алекс имел право на эти чувства. Пять лет одиночества после смерти матери, воспитание ребенка в чужой стране — всё это закалило его сердце.

– Я понимаю, – тихо ответил я. – Я не буду заставлять тебя любить её.

– А Сухо... – Алекс смягчился, и в его голосе проскользнула тень теплоты. – Сухо мой брат. Кровь не водица. Если он не будет вести себя как избалованный принц, мы поладим. Но Хэ Ин... пусть она просто держится на расстоянии. Ради общего спокойствия.

Ли Вон осторожно коснулся плеча Алекса, словно успокаивая его бушующую энергию.

– Алекс, дорогой, не стоит начинать знакомство с конфликта, – произнес адвокат своим бархатным, глубоким голосом. – Господин Сон, прошу прощения за прямолинейность моего мужа. Он очень дорожит нашей семьей и привык защищать нас.

Я кивнул, признавая его правоту.

– Всё в порядке, Ли Вон. Я ценю честность выше, чем притворную вежливость.

Когда мы подъехали к дому, солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона. Я знал, что Хэ Ин и Сухо уже дома. Я не предупреждал их о деталях — лишь сказал, что приедет гость. Но «гость» ростом под два метра с мужем и младенцем — это было явно выше их ожиданий.

Мы вошли в прихожую. Запах домашнего ужина наполнил воздух. Из гостиной доносился смех Сухо.

– Джинву, это ты? – Хэ Ин вышла в коридор. – Мы уже начали волноваться, ты...

Она осеклась. Её взгляд застыл на Алексе. Хэ Ин, как охотник S-ранга, мгновенно почувствовала исходящую от него силу. Но еще больше её поразило сходство. Алекс был живым напоминанием о той части моей жизни, которую мир (и она сама) предпочел бы забыть. А когда её глаза опустились на Юки в руках Ли Вона, она побледнела.

– Это Алекс, – просто сказал я, стараясь сохранять спокойствие. – Мой старший сын.

Алекс даже не поклонился. Он просто стоял, возвышаясь над всеми, скрестив на груди мускулистые руки. Его ярко-синие глаза смотрели холодно.

– Здравствуйте, – коротко бросил он.

Из-за спины Хэ Ин высунулся Сухо. Он выглядел абсолютно растерянным. Его статус «золотого» единственного сына только что пошатнулся.

– Ого... – выдохнул Сухо, глядя на Алекса снизу вверх. – Ты... ты реально мой брат? Ты же огромный! И эти татуировки... это из той игры про ассасинов?

Алекс слегка усмехнулся, и это была первая искренняя эмоция с момента нашей встречи.

– Привет, мелкий. Расти еще надо, чтобы со мной равняться. Да, игра хорошая, но знаки значат больше, чем просто картинку.

– Мне шестнадцать! – картинно возмутился Сухо, но в его глазах читалось неприкрытое восхищение. – А это... это кто? Ребенок?

– Это Юки, – подал голос Ли Вон, выходя вперед и вежливо кланяясь Хэ Ин. – Я Чон Ли Вон, муж Алекса. Очень приятно познакомиться с семьей господина Сона.

В прихожей повисла такая тишина, что было слышно, как тикают часы в гостиной. Хэ Ин переводила взгляд с Ли Вона на ребенка, затем на меня. Её губы дрогнули.

– Муж? – переспросила она, и в её голосе прозвучали стальные нотки. – Джинву, ты не говорил, что твой сын... приедет с «семьей».

– Я и сам узнал об этом в аэропорту, – ответил я, глядя ей прямо в глаза. – Но это ничего не меняет. Они останутся у нас, пока не найдут себе жилье.

Алекс сделал шаг вперед, и я почувствовал, как мана в комнате начала вибрировать. Черное пламя внутри него среагировало на холод в голосе Хэ Ин.

– Мы не задержимся, – сказал он, глядя на неё сверху вниз. – Пару дней, не больше. Мне не нужны ваши удобства, мне нужно только время, чтобы Ли Вон оформил бумаги.

– Алекс, – негромко произнес я, предостерегая его от открытой грубости.

– Я просто честен, отец, – он повернулся к Сухо. – Эй, мелкий, у вас найдется место, где можно уложить ребенка? Юки нужно поспать после перелета.

Сухо, который, казалось, был в восторге от появления такого крутого брата, закивал.

– Да, конечно! Можешь занять гостевую комнату рядом с моей. Пойдем, я помогу с сумками!

Пока Сухо и Алекс поднимались на второй этаж, Хэ Ин подошла ко мне. Ли Вон последовал за ребятами, тактично оставив нас одних.

– Ты понимаешь, что это значит? – прошептала она. – У него есть сила, Джинву. И эта сила... она пугает. Она не похожа на твою тень. Она... разрушительна.

– Это его сила, Хэ Ин, – отрезал я. – И он мой сын. Я не собираюсь его допрашивать или осуждать за его жизнь. И тебе советую сделать то же самое.

– Он привел в наш дом мужчину и ребенка! Что скажут люди? Что скажет Ассоциация?

Я посмотрел на неё так, что она невольно отступила. Мои глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым светом.

– Мне плевать на Ассоциацию. Это моя кровь. Если ты не можешь принять их как гостей, тогда нам стоит обсудить, кто в этом доме принимает решения.

Хэ Ин поджала губы и ушла на кухню, демонстративно гремя посудой. Я вздохнул. Начало было сложным, но предсказуемым.

Поднявшись на второй этаж, я заглянул в гостевую комнату. Алекс уже разложил вещи. Он сидел на кровати, сняв кроссовки, и смотрел, как Ли Вон укладывает Юки в кроватку, которую Сухо откуда-то притащил из кладовки.

– Ты в порядке? – спросил я, прислонившись к дверному косяку.

Алекс поднял голову. В полумраке комнаты его блондинистые волосы казались почти белыми.

– В полном. Твоя жена меня не любит, это взаимно. Ничего нового. Главное, что Сухо вроде нормальный парень. Не такой заносчивый, как я думал.

– Он хороший мальчик, – подтвердил я. – Просто... немного опекаемый матерью.

– Я заметил, – усмехнулся Алекс. – Ему не помешает пара уроков жизни. Кстати, пап... ты видел мои татуировки?

Он закатал рукав футболки, демонстрируя знак ассасинов.

– Ты правда думаешь, что это просто из-за любви к играм? – спросил он, и его голос стал серьезным.

Я присмотрелся. Татуировка не была просто чернилами. Она была напитана маной, словно древняя печать.

– Это накопитель? – догадался я.

– Вроде того, – кивнул Алекс. – В Европе не всё так спокойно, как пишут в новостях. Мне пришлось научиться защищать свою мать, а потом и Ли Вона с Юки. Черное пламя — это не дар твоей Системы, отец. Это то, что я выковал сам, когда мама умирала, а врачи ничем не могли помочь.

Я замер. Смерть его матери... я до сих пор не знал подробностей.

– Что случилось с ней? – спросил я тише.

Алекс отвел взгляд. Его пальцы непроизвольно сжались в кулак, и воздух вокруг него начал дрожать от жара.

– Магическая перегрузка. Редкая штука для тех, у кого нет магического дара, но кто постоянно находится рядом с источниками энергии. Она жила в районе, где часто открывались врата. А я... я был слишком мал, чтобы понять. Когда я пробудился, было уже поздно. Мое пламя могло сжигать монстров, но оно не могло вылечить её.

Ли Вон подошел к Алексу и положил руку ему на плечо, заставляя его расслабиться. Алекс закрыл глаза, на мгновение позволяя себе быть просто уставшим юношей, а не воином.

– Мы прошли через это вместе, – тихо сказал Ли Вон, глядя на меня. – Алекс — самый сильный человек, которого я знаю. И дело не в магии.

Я почувствовал укол вины. Пока я строил «идеальный» мир здесь, мой первенец боролся за выживание в тени.

– Я горжусь тобой, Алекс, – искренне сказал я. – И я сделаю всё, чтобы здесь вы были в безопасности.

Алекс открыл глаза и слабо улыбнулся.

– Безопасность — это хорошо. Но завтра я хочу в тренировочный зал. Сухо сказал, что он там «лучший». Хочу проверить, чему ты его научил.

Я усмехнулся.

– Боюсь, после твоих уроков ему придется пересмотреть свои взгляды на тренировки.

– Вот и отлично. А сейчас... пап, можно нам просто отдохнуть? Перелет был тяжелым.

Я кивнул и вышел, тихо прикрыв дверь.

Спустившись вниз, я застал Сухо в гостиной. Он сидел с планшетом, но явно не читал.

– Пап, – позвал он меня. – Алекс... он ведь крутой, да? Я чувствую его силу даже через стену. Она такая... странная. Как будто тень горит.

– Он очень сильный, Сухо, – подтвердил я, садясь рядом с сыном. – И он многому может тебя научить, если ты будешь слушать.

– А этот Ли Вон... они правда... ну, вместе? – Сухо замялся, поглядывая в сторону кухни.

– Да. И это его выбор. Он семья, Сухо. А семья — это самое важное.

Сухо серьезно кивнул.

– Я понял. Мама злится, но я... я рад, что у меня есть старший брат. Он выглядит как настоящий герой.

Я потрепал сына по волосам. Впереди нас ждали непростые дни. Столкновение двух миров — моего прошлого и настоящего — обещало быть бурным. Но глядя на то, как уверенно Алекс вошел в этот дом, я знал одно: он не позволит себя сломать.

В ту ночь мне снились тени. Но среди них впервые за долгое время танцевало яркое, неукротимое черное пламя. Мой сын вернулся. И мир уже никогда не будет прежним.