Небесные драконы
Шепот стали и блеск серебра
Я стоял перед зеркалом в ванной, всматриваясь в собственное отражение. Прошло несколько дней с тех пор, как Система окончательно перестроила мою реальность, стерев холодное одиночество альтернативного прошлого. Но что-то внутри меня все еще требовало завершения, какого-то внешнего маркера того, что я больше не тот стерильный Монарх из чужих воспоминаний.
В этом мире я был другим. Мой рост — сто девяносто сантиметров, атлетичное тело, покрытое шрамами былых сражений, которые теперь казались лишь декорациями к долгой и счастливой пьесе. Черные волосы были взъерошены, а в серых глазах, напоминающих грозовое небо перед бурей, плясали искры, которых раньше там не было.
– Джин, ты там заснул? – Голос Юми донесся из-за двери вместе с легким ароматом кофе. – Алекс уже прогревает машину, он весь на иголках из-за этого автосалона.
– Иду, – отозвался я, проводя ладонью по лицу.
Я решил, что пришло время. В той, другой реальности, у меня не было украшений, не было татуировок, выражающих мою суть. Там я был функцией. Здесь я был мужчиной.
Я вышел из ванной и направился в гостиную. Юми сидела на диване, подтянув колени к подбородку, и наблюдала за тем, как Мина пытается собрать портфель Ай. Увидев меня, жена прищурилась.
– Ты выглядишь так, будто задумал что-то грандиозное, – заметила она, грациозно поднимаясь.
– Хочу заскочить к мастеру перед тем, как мы поедем за байком для Алекса, – ответил я, подходя к ней и притягивая за талию. – Мне нужно кое-что добавить.
Юми лукаво улыбнулась, проведя пальцами по моим рукам, уже украшенным черными узорами, которые переплетались с тенями.
– Еще татуировок? Монарх Тени превращается в галерею искусств?
– Это не просто узоры, Юми. Это символы того, что держит меня в этом мире.
Через час мы уже были в закрытом тату-салоне, который принадлежал одному из моих старых знакомых, знавшему о «необычной» природе моей семьи. Алекс ждал в машине, нервно постукивая по рулю, но я знал, что он не уедет без меня — страх, что я передумаю насчет мотоцикла, был сильнее его нетерпения.
– Хочу здесь, – я указал на ключицы и верхнюю часть груди. – И серьги. Несколько в каждое ухо.
Мастер, крепкий мужчина с проседью, кивнул, не задавая лишних вопросов. Он знал, что моя кожа прочнее любого металла, поэтому заранее подготовил иглы, закаленные моей собственной маной.
Процесс занял несколько часов. Юми сидела рядом, держа меня за руку. Боль была незначительной, скорее приятное покалывание, которое подтверждало мою материальность. На ключицах проступили острые, рваные линии, напоминающие корону из шипов, которая плавно переходила в изображение расправленных крыльев на груди — символ союза тени и драконьего пламени.
Затем пришла очередь пирсинга. Несколько проколов в каждом ухе. Небольшие серебряные кольца и гвоздики с темными камнями, которые при каждом движении головы отбрасывали холодные блики.
Когда я наконец встал и посмотрел в зеркало, я увидел того Сон Джинву, которым всегда должен был быть. Дерзкого, опасного, но абсолютно свободного. Серебро в ушах подчеркивало серость глаз, а новые татуировки на груди, видневшиеся в вырезе черной футболки, делали образ завершенным.
– Теперь ты похож на старшего брата Алекса, а не на его отца, – рассмеялась Юми, одобряюще рассматривая результат. – Ча Хэ Ин бы упала в обморок, увидь она тебя таким.
– Именно поэтому мне это так нравится, – усмехнулся я, надевая кожаную куртку.
Мы вышли на улицу, где Алекс уже буквально выпрыгивал из джипа. Увидев меня, он замер, округлив глаза.
– Пап! Это... это просто отпад! Серьезно, ты выглядишь как рок-звезда из подземелий S-ранга!
– Хватит паясничать, – я потрепал его по волосам, игнорируя его шутливое возмущение. – Поехали за твоим монстром, пока я не передумал.
Специализированный центр для мощных байков находился на окраине Сеула. Это было место для тех, кто ценил скорость выше безопасности. Как только мы вошли, Алекс замер. Перед ним стояли десятки машин, каждая из которых была произведением инженерного искусства.
Но его взгляд сразу приковал к себе один-единственный экземпляр, стоявший на отдельном подиуме.
Это был тяжелый спортбайк, выкрашенный в глубокий матовый черный цвет, который казался поглощающим свет. Агрессивные линии, массивная задняя шина и двигатель, который даже в состоянии покоя выглядел угрожающе.
– Это он, – прошептал Алекс, медленно подходя к подиуму.
– «Черный Жнец», лимитированная серия, – подошел к нам менеджер, но, почувствовав исходящую от нас ауру, инстинктивно сделал шаг назад. – Двигатель модифицирован для... кхм... повышенных нагрузок.
Я подошел к байку и положил руку на бензобак. Металл отозвался легкой вибрацией, словно признавая мою силу.
– Он выдержит впрыск маны? – спросил я, не оборачиваясь.
– Мы тестировали его на кристаллах маны А-ранга, господин Сон, – ответил менеджер, вытирая пот со лба. – Он не просто едет. Он летит.
Алекс уже сидел в седле, обхватив руль руками. Его глаза сияли таким восторгом, что любые сомнения отпали сами собой. Он выглядел на этом байке как влитой — молодой дракон, оседлавший механического зверя.
– Заводи, – скомандовал я.
Алекс нажал кнопку стартера. Гараж наполнился низким, утробным рокотом, от которого завибрировали стекла в здании. Это был не просто звук мотора, это был рык хищника.
– Мой, – выдохнул Алекс, глядя на меня с такой благодарностью, что я почувствовал, как внутри окончательно тают остатки холода из той, другой жизни.
– Твой, – подтвердил я, протягивая менеджеру карту. – И шлем. Самый лучший.
Пока оформляли документы, Юми подошла ко мне, опираясь плечом о моё плечо.
– Ты ведь понимаешь, что теперь спокойные ночи закончились? Он будет пропадать на дорогах.
– Пусть, – я обнял её за талию. – У него есть сила, чтобы защитить себя. И у него есть дом, куда он всегда захочет вернуться. Это главное.
– Ты изменился, Джин, – она повернула голову, всматриваясь в мой профиль. – Эти серьги, татуировки... Ты словно сбросил с себя кожу, которая тебе жала.
– Я просто перестал бояться быть счастливым, Юми. Тот другой Джинву... он боялся, что если он станет обычным человеком, мир рухнет. А я понял, что мир рухнет, если я перестану быть собой.
Алекс выкатил байк на улицу. Солнце отражалось в его небесно-голубых глазах и в серебре моих новых сережек.
– Пап, мам! Я сделаю круг по шоссе и домой! – крикнул он, опуская визор шлема.
– Осторожнее! – крикнула Юми, хотя знала, что это бесполезно.
Черная молния сорвалась с места, оставляя на асфальте дымящийся след. Рокот мотора быстро удалялся, растворяясь в шуме города.
– Знаешь, – сказал я, глядя вслед сыну, – я тут подумал... Нам нужно купить еще один.
Юми удивленно подняла бровь.
– Еще один? Для кого? Сухо и Миджуну еще рано.
– Для меня, – я усмехнулся, чувствуя прилив азарта. – Не может же мой сын быть круче своего отца.
Юми рассмеялась, запрокинув голову. Её смех был самым прекрасным звуком, который я когда-либо слышал.
– Сон Джинву, ты неисправим. Теневой Монарх на байке... Бедные корейские дороги.
– Дороги выдержат, – я притянул её к себе для долгого поцелуя. – А вот Система — не уверен.
Мы вернулись домой, когда солнце уже начало садиться, окрашивая небо в те самые грозовые и оранжевые тона, которые так любила Юми. У ворот нас встретили остальные дети. Мина, увидев мои новые серьги, пришла в полный восторг.
– Папа, это так круто! Теперь ты точно выглядишь как настоящий король!
– А где Алекс? – спросила Миюн, дергая меня за край куртки. – Он обещал покатать меня на «рычащей штуке»!
– Алекс скоро будет, – успокоил я дочь, подхватывая её на руки.
Вечер прошел в привычном хаосе. Мы ужинали, обсуждали покупку, Мина рисовала эскизы для своих будущих татуировок (которые я обещал разрешить только после восемнадцати), а младшие пытались накормить моих теней печеньем.
Позже, когда дети разошлись по комнатам, а Алекс наконец вернулся, сияющий и пропахший бензином и ветром, мы с Юми вышли на балкон.
В ночном небе Сеула мерцали звезды. Где-то там, в бесконечности, существовали другие миры, другие версии нас. Возможно, тот другой Джинву сейчас сидит в своем пустом кабинете, изучая отчеты о магических аномалиях. Возможно, его Ча Хэ Ин проверяет остроту своего меча, готовясь к очередному рейду.
Но здесь, на этом балконе, Теневой Монарх носил серебряные серьги, чувствовал на коже свежие чернила татуировок и держал за руку женщину-дракона.
– Ты о чем-то задумался, – Юми прислонилась головой к моему плечу.
– О том, что тишина иногда бывает громче любого боя, – ответил я. – И о том, что я никогда больше не позволю зеркалам разбиваться.
– Мы — не зеркала, Джин. Мы — оригинал.
Я посмотрел на свои руки. Тени послушно спали под кожей, переплетаясь с новыми узорами. Я больше не был инструментом Системы. Я был творцом своей собственной судьбы.
– Папа! – Голос Алекса донесся из гостиной. – Я нашел ту модель, о которой ты говорил! Иди посмотри, она серая, как твои глаза!
Я улыбнулся, глядя на Юми.
– Кажется, мой выходной официально закончился. Начинаются будни байкера.
– Иди уже, – она легонько подтолкнула меня к двери. – Но помни: если ты разобьешься, я воскрешу тебя только для того, чтобы убить лично за испорченный вечер.
Я рассмеялся, чувствуя, как внутри всё поет от счастья. Это была жизнь. Настоящая, шумная, полная серебра, теней и драконьего пламени. И я не променял бы её ни на один идеальный мир во всей вселенной.
– Иду, сын! – крикнул я, направляясь в дом. – Но учти, мой байк будет быстрее твоего!
– Это мы еще посмотрим! – донесся азартный ответ Алекса.
И тени в углах комнаты согласно дрогнули, предвкушая новые приключения своей безумной, но самой любимой семьи.