Неожиданное чудо
Сталь и тени: Урок невидимости
– Три месяца, – Алекс стоял в центре тренировочного зала, сложив руки на груди. Его небесно-голубые глаза сканировали нас с Сухо с пугающей холодностью. – Три месяца я вбивал в ваши головы анатомию, заставлял вас чувствовать пульс врага и блокировать маноканалы одним касанием. Сегодня теория заканчивается.
Я посмотрел на сына. На нем было черное худи из плотной, не шуршащей ткани, скрывающее его атлетичное телосложение и татуировки. Он выглядел как профессиональный ликвидатор, вышедший из самых темных легенд о ассасинах.
– Сегодня у вас тест, – Алекс вытащил из сумки два комплекта одежды, идентичных его собственному, и бросил их нам. – Только для тебя, пап, и для тебя, Сухо. Ли Вон останется с Миной. Ему не нужно видеть то, что произойдет сегодня.
– Что за тест? – Сухо поймал худи, с интересом разглядывая ткань. – Опять спарринг без магии?
– Нет, – Алекс протянул нам маленькие наушники скрытого ношения. – Сегодня вы будете работать в поле. И запомните: если я почувствую хотя бы грамм маны, тест провален. Если вас заметят — тест провален. Если вы используете свои «божественные» силы, чтобы исправить ошибку — всё пойдет прахом. Мы работаем в тени, которой не управляешь ты, Сон Джинву.
Через час мы стояли на крыше старого склада, глядя на массивное бетонное здание, окруженное тремя рядами колючей проволоки под напряжением. По периметру прохаживались охранники, но это не были обычные секьюрити. В их движениях чувствовалась выучка, а в руках они сжимали винтовки, модифицированные для стрельбы по магическим целям.
– Что это за место? – шепотом спросил Сухо, натягивая капюшон. – Не похоже на обычный офис.
– Это частная лаборатория корпорации «Атлас», – Алекс проверял скрытые клинки на запястьях. Тонкие лезвия выскочили с едва слышным щелчком и тут же скрылись обратно. – Здесь ставят эксперименты над людьми. В основном над теми, у кого низкий ранг или чье пробуждение прошло с дефектами.
Я нахмурился, чувствуя, как внутри закипает привычный гнев.
– Почему Ассоциация ничего не знает?
– Потому что мир привык, что охотники — это звезды, – Алекс горько усмехнулся. – Всё внимание приковано к рейдам, к S-рангам, к тебе, пап. Люди смотрят в небо, ожидая героев, и не замечают, что творится у них под ногами. Есть организации, которые пользуются этой слепотой. Обычные люди не могут себя защитить, а слабые охотники — отличный расходный материал.
Он протянул мне планшет, на котором светилось несколько окон с камер видеонаблюдения.
– Сперва вы будете наблюдать за мной. Когда я проникну в главную комнату управления и возьму под контроль систему безопасности, я дам вам сигнал. Я буду вашими глазами и ушами. Ваша задача — изъять данные с серверов в южном крыле и вывести двух пленников, которых готовят к перевозке.
– Алекс, это опасно, – я посмотрел на него как отец, а не как Монарх. – Мы можем просто разнести это здание за секунду.
– И убить всех подопытных при обрушении? – Алекс посмотрел мне прямо в глаза. – Или дать им время активировать систему самоуничтожения данных? Нет, пап. Сегодня мы играем по моим правилам. Наденьте наушники.
Сын подошел к краю крыши и, не оборачиваясь, скользнул вниз. Он не летел, не использовал магию левитации. Он падал, цепляясь за выступы здания с кошачьей грацией, гася инерцию и превращаясь в едва заметное пятно.
– Пап, смотри, – прошептал Сухо, указывая на экран планшета.
Мы наблюдали, затаив дыхание. Алекс действовал в точности как персонаж из своей любимой игры про ассасинов. Он нырнул в воду сточного канала, бесшумно выбрался с другой стороны и замер в тени прямо под носом у патрульного. Когда охранник отвернулся, Алекс метнулся вперед. Один точный удар в основание черепа — и тело мягко опустилось на землю, не издав ни звука.
– Никакого лишнего шума, – прокомментировал я, пораженный его эффективностью. – Он движется быстрее, чем работает человеческий глаз, но при этом не использует ману. Только физика и расчет.
Алекс проникал всё глубже. Он карабкался по вентиляционным шахтам, скользил по балкам под потолком, обходил лазерные датчики, изгибая тело под немыслимыми углами. В какой-то момент он оказался в комнате с тремя вооруженными людьми.
– Сейчас его заметят, – напрягся Сухо.
Но Алекс не дал им шанса. Он спрыгнул сверху, в падении вырубив двоих точными ударами в нервные узлы на шее. Третий не успел вскинуть винтовку — ладонь Алекса закрыла ему рот, а другая рука нажала на сонную артерию. Десять секунд — и в комнате снова воцарилась тишина.
– Пап, это невероятно, – Сухо восхищенно покачал головой. – Когда это закончится, мы обязательно попросим его показать, как играть в ту игру. Кажется, я начинаю понимать, почему он так её любит.
– Да, – согласился я, чувствуя укол совести. – Величие охотника чуть не затуманило мне разум. Я привык решать проблемы силой, забывая о тонкости.
В наушниках раздался тихий щелчок и спокойный голос Алекса:
– Система под контролем. Камеры зациклены. У вас есть пятнадцать минут, пока не сменится караул в коридорах. Сухо, твой вход — восточная шахта. Пап, ты идешь через черный ход в подвале. Я веду вас. Пошли.
Мы с Сухо переглянулись. Я натянул капюшон ниже, чувствуя, как ткань касается лица.
– Помни, Сухо, – я положил руку на плечо сына. – Никакой магии. Только то, чему учил Алекс.
Мы разошлись. Спускаясь по лестнице к подвалу, я заставил свою ауру сжаться до размера песчинки. Это было сложнее, чем сражаться с титанами. Моя сила рвалась наружу, привыкшая доминировать, но я подавлял её, концентрируясь на звуках собственного дыхания и шагов.
– Пап, три метра впереди, за поворотом, – раздался голос Алекса в ухе. – Охранник курит. У него на поясе карта доступа, она тебе понадобится. Бей в узел под лопаткой, это отключит его правую сторону.
Я скользнул за угол. Охранник действительно стоял там, пуская дым в потолок. Раньше я бы просто прошел мимо, скрытый тенью, но сейчас я был «обычным» человеком. Я сделал шаг, подошва мягко коснулась бетона. Сближение. Удар.
Мужчина даже не понял, что произошло. Его рука бессильно повисла, сигарета выпала из пальцев. Я подхватил его тело прежде, чем оно коснулось пола, и аккуратно снял карту.
– Чисто, – прошептал я в микрофон.
– Хорошо. Иди прямо по коридору, вторая дверь направо. Сухо, как у тебя? – спросил Алекс.
– Я в архиве, – голос Сухо звучал напряженно. – Тут три пароля на терминале.
– Я скинул тебе дешифратор на телефон, подключай через порт. Быстрее, к тебе приближается патруль с собакой. Залезай на шкаф и не дыши. Собаки чувствуют запах пота, успокой сердцебиение.
Я шел по темным коридорам лаборатории, и с каждым шагом осознание реальности этого места давило на меня всё сильнее. Через приоткрытые двери я видел операционные столы, колбы с какими-то препаратами и людей в клетках. Они выглядели истощенными, их глаза были полны безнадежности.
– Алекс, я вижу их, – сказал я, остановившись у блока с камерами. – Тут дети.
– Я знаю, пап, – в голосе сына прорезалась сталь. – Именно поэтому мы здесь. Забирай их. Сухо, данные скачаны?
– Да, ухожу, – ответил Сухо.
Я открыл камеры с помощью карты. Пленники в ужасе забились в углы, глядя на мою фигуру в черном капюшоне.
– Тише, – я поднял руки, показывая пустые ладони. – Я пришел помочь. Идите за мной и не шумите.
– Пап, у вас проблема, – голос Алекса стал резким. – Кто-то активировал ручной сигнал тревоги в обход системы. Сюда идет отряд быстрого реагирования. У них подавители маны высшего класса.
– Нам-то что, – усмехнулся я, помогая маленькой девочке выйти из клетки. – Мы сегодня магией не пользуемся.
– Не расслабляйся. Их двенадцать человек, все вооружены «парализаторами». Если заденут — сляжешь на час. Уходи через прачечную, я встречу вас там.
Мы двигались по коридорам. Дети плакали, но старались делать это тихо. Я чувствовал, как Сухо движется где-то выше, отвлекая внимание охраны шумом в вентиляции. Алекс продолжал координировать нас, его голос в наушниках был единственной нитью, связывающей нас с реальностью.
– Пап, пригнись! – выкрикнул Алекс.
Я мгновенно упал на колено, прикрывая собой детей. Над головой пролетел энергетический заряд, врезавшись в стену и рассыпавшись искрами. Из-за угла выскочили двое в тяжелой броне.
– Стоять! – крикнул один из них.
Я не стал ждать. Прыжок, перекат. Я оказался между ними прежде, чем они успели нажать на курки во второй раз. Удар открытой ладонью в солнечное сплетение одному, резкий захват и бросок через бедро для другого. Я использовал их собственный вес против них, как учил Алекс.
– На выход, быстро! – скомандовал я детям.
Мы вырвались в прачечную, где нас уже ждал Алекс. Он стоял у открытого люка грузового лифта, его клинки были в крови, но сам он выглядел абсолютно спокойным.
– Все здесь? – спросил он, пересчитывая пленников.
– Да, – выдохнул я.
– Сухо уже снаружи, ждет у машин. Уходим.
Мы выбрались из здания за считанные минуты до того, как лаборатория превратилась в осажденную крепость. Сирены выли, прожекторы разрезали ночь, но мы уже были далеко, скрытые густой зеленью леса.
Когда мы добрались до безопасного места, где нас ждали машины Ассоциации (я всё же вызвал их в последний момент для эвакуации людей), Алекс наконец снял капюшон. Его лицо было бледным, но глаза сияли торжеством.
– Тест пройден, – сказал он, глядя на нас с Сухо. – Вы не использовали ману. Вы увидели то, что скрыто от глаз «великих охотников».
Сухо тяжело дышал, прислонившись к дереву.
– Пап... – он посмотрел на меня. – Мир куда жестче, чем я думал. Я всегда считал, что если мы побеждаем монстров, то люди в безопасности. А оказалось, что главные монстры иногда носят белые халаты и строят лаборатории.
Я кивнул, чувствуя тяжесть в груди.
– Ты прав, Сухо. Мое величие как Монарха чуть не ослепило меня. Я думал о глобальных угрозах, о равновесии миров... и едва не пропустил то, что творится под боком.
Алекс подошел ко мне и положил руку на плечо. Его хватка была крепкой, человеческой.
– Для этого я и здесь, пап. Чтобы напоминать вам, что вы всё еще люди. И что иногда, чтобы спасти мир, не нужно призывать армию теней. Достаточно просто знать, куда нажать, чтобы остановить сердце зла.
Я посмотрел на сына с гордостью, которую невозможно было описать словами. Он не обладал магией, которая могла бы двигать горы, но в нем была сила духа, способная менять судьбы.
– Спасибо за урок, учитель, – искренне сказал я.
Алекс усмехнулся, и в его глазах снова промелькнул тот дерзкий парень, который любит гонять на машине и играть в видеоигры.
– Ладно, философы. Поехали домой. Ли Вон, наверное, уже с ума сошел, пытаясь уложить Мину без моей помощи. И, Сухо... завтра утром разбор полетов. Ты дважды задел плечом косяк, когда выходил из архива. В реальном бою это стоило бы тебе жизни.
Сухо застонал, но я видел, что он улыбается. Мы сели в машину, и пока Сеул просыпался в лучах утреннего солнца, я думал о том, что сегодня мой сын спас не только этих детей, но и мою душу, вернув ей зрение.
Мир был жесток, да. Но пока в нем были такие люди, как Алекс, у этого мира был шанс. И я, Теневой Монарх, был готов учиться у него снова и снова. Потому что истинная сила не в мане. Она в способности оставаться человеком в тени великих свершений.