← Назад к обзору

Неожиданное столкновение

Эхо случайной встречи

Вечерний воздух был напоен ароматом лип и остывающего асфальта. Артём шёл домой, почти не касаясь земли, а в его кармане телефон казался необычайно тяжёлым — номер Кирилла обжигал сквозь ткань джинсов. Он несколько раз ловил себя на том, что глупо улыбается отражениям в витринах магазинов. Его привычный, выверенный до мелочей мир, состоящий из тихих аккордов и книжных страниц, внезапно дал трещину, сквозь которую ворвался кто-то яркий, шумный и пугающе притягательный.

Дома Артём долго стоял перед зеркалом в прихожей. Он рассматривал свою шею, которую Кирилл назвал «беззащитной», и талию, которую тот так уверенно обхватил. Пальцы Артёма невольно повторили это движение, и он вздрогнул, вспомнив жар чужой ладони. В голове всё ещё звучал низкий голос: «У меня глаз намётан на таких мечтателей».

– Глупости какие-то, – прошептал он своему отражению, но щёки снова предательски порозовели.

Всю ночь он ворочался, прислушиваясь к уведомлениям на телефоне, но Кирилл не писал. Артём то испытывал облегчение, то проваливался в странную, тягучую тоску. «Может, он просто пошутил? – думал он, глядя в потолок, по которому ползали тени от ветвей деревьев. – Такие парни, как он, не гуляют с такими, как я. Ему, наверное, просто стало скучно».

Утро встретило его ослепительным солнцем. Артём пытался сосредоточиться на чтении, но строчки плыли перед глазами. В каждой описанной в книге встрече ему виделся высокий силуэт и ехидная улыбка. К трём часам дня он уже трижды переоделся. Сначала выбрал строгую рубашку, но потом решил, что это слишком официально. В итоге остановился на мягком оверсайз-свитшоте нежно-голубого цвета и узких чёрных джинсах, которые подчёркивали его хрупкость.

Когда он подошёл к фонтану в центре парка, сердце колотилось так сильно, что заглушало шум воды. Кирилла нигде не было видно. Артём присел на край бетонного парапета, чувствуя, как внутри нарастает привычное чувство разочарования. Он уже готов был надеть наушники и скрыться в своём коконе, когда чья-то широкая ладонь внезапно закрыла ему глаза.

– Угадай, кто? – Голос над самым ухом заставил Артёма подпрыгнуть.

– Кирилл! – Он обернулся, едва не задев носом подбородок парня. – Ты... ты пришёл.

– А ты сомневался? – Кирилл убрал руки, но остался стоять слишком близко, вторгаясь в личное пространство Артёма с той же естественностью, что и вчера. На нём была кожаная куртка поверх простой майки, несмотря на жару, и выглядел он чертовски уверенно. – Я же сказал, что найду тебя по запаху яблок. Кстати, сегодня ты пахнешь ещё и тревогой. Расслабься, Тёма.

– Я просто не люблю ждать, – соврал Артём, отводя взгляд. – Думал, ты передумал.

– Чтобы я упустил шанс снова увидеть это лицо? – Кирилл бесцеремонно взял Артёма за подбородок, заставляя поднять голову. – Ни за что. Пойдём, у меня на сегодня грандиозные планы.

– Какие планы? – Артём послушно пошёл за ним, чувствуя, как Кирилл снова, словно невзначай, кладет руку ему на плечо.

– Увидишь. Меньше вопросов, больше доверия, воробушек.

Они вышли из парка к парковке, где стоял приземистый чёрный мотоцикл. У Артёма перехватило дыхание.

– Нет... я не поеду на этом. Это опасно.

– Опасно — это прожить всю жизнь, ни разу не почувствовав ветра в волосах, – Кирилл достал из кофра шлем и буквально надел его на голову опешившего Артёма. – Садись. И держись за меня крепче. Очень крепче, Тёма. Если не хочешь улететь на первом же повороте.

Артём дрожащими руками застегнул ремешок шлема. Он никогда не делал ничего подобного. Его жизнь была безопасной гаванью, а Кирилл предлагал прыгнуть в открытый океан во время шторма. Но когда парень уселся на сиденье и обернулся, его взгляд был таким тёплым и подбадривающим, что Артём, зажмурившись, перекинул ногу через сиденье.

– Руки, – скомандовал Кирилл.

Артём осторожно коснулся его боков.

– Сильнее. Обними меня, как будто я — твоя последняя надежда на спасение.

Артём сцепил пальцы в замок на животе Кирилла, чувствуя под ладонями твёрдый пресс и тепло тела через куртку. Мотор взревел, и они сорвались с места.

Первые несколько минут Артём просто не открывал глаз. Он чувствовал только бешеную скорость и то, как Кирилл наклоняется на поворотах. Но постепенно страх начал сменяться восторгом. Он приоткрыл один глаз, потом другой. Город проносился мимо яркими пятнами, воздух свистел в ушах, а в груди разливалось странное, щекочущее чувство свободы. Он невольно прижался к Кирилу плотнее, вдыхая запах его парфюма — смесь кожи, табака и чего-то цитрусового.

Они остановились на набережной, далеко от центра города, где река была широкой и спокойной. Кирилл заглушил мотор и помог Артёму снять шлем. Светлые волосы Артёма спутались, а глаза сияли так ярко, что Кирилл на мгновение замер, любуясь им.

– Ну как? Живой? – спросил он, улыбаясь.

– Это было... невероятно, – выдохнул Артём, пытаясь унять дрожь в коленях. – Я никогда не думал, что это так... быстро.

– Это жизнь, Тёма. Она быстрая. Если моргать слишком часто, можно всё пропустить.

Они спустились к самой воде и сели на бетонные плиты. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая реку в багряные тона.

– Почему ты выбрал меня? – вдруг спросил Артём, обхватив колени руками. – В парке было много людей. Красивых девушек, крутых парней... Почему я?

Кирилл взял камешек и запустил его в воду. Блинчик подпрыгнул три раза, прежде чем исчезнуть в глубине.

– Ты выделялся, – просто ответил он. – Все остальные были какими-то... одинаковыми. А ты шёл в своих наушниках, такой хрупкий, будто из другого измерения. Мне захотелось узнать, какая музыка звучит у тебя внутри. И захотелось увидеть, как ты будешь смотреть на меня, если я тебя коснусь.

– И как я посмотрел? – Артём повернул к нему лицо.

– Как испуганный оленёнок, который впервые увидел человека. Но в твоих глазах была не только пустота страха, там был интерес. Это меня и зацепило.

Кирилл придвинулся ближе, и Артём снова почувствовал то самое напряжение, которое возникало между ними с первой секунды.

– Знаешь, – Кирилл понизил голос, – у тебя на шее есть маленькая родинка. Я заметил её ещё вчера.

Он протянул руку и осторожно, почти невесомо, коснулся пальцами шеи Артёма. Тот вздрогнул, по его телу пробежала волна мурашек. Кончики пальцев Кирилла были грубыми, но движение — удивительно нежным.

– У тебя кожа как шёлк, – прошептал Кирилл. – Ты вообще настоящий?

– Настоящий, – едва слышно ответил Артём. Его сердце снова пустилось вскачь.

Кирилл не убирал руку. Он медленно скользнул ладонью выше, зарываясь пальцами в светлые волосы на затылке Артёма, и слегка потянул на себя, заставляя того смотреть прямо в глаза. Расстояние между их губами сократилось до минимума. Артём видел каждую ресничку Кирилла, чувствовал его горячее дыхание.

– Можно? – спросил Кирилл, и это было так неожиданно вежливо для его дерзкого образа, что Артём просто закрыл глаза и едва заметно кивнул.

Поцелуй был сначала осторожным, пробующим на вкус. Губы Кирилла были мягче, чем казались, и пахли тем самым кофе из кафе. Артём неумело ответил, чувствуя, как весь мир вокруг перестаёт существовать. Остались только эти касания, шум воды и оглушительный стук собственного сердца.

Когда Кирилл отстранился, он выглядел непривычно серьёзным. Его ехидная улыбка исчезла, уступив место какому-то новому, глубокому выражению.

– Тёма... – Он провёл большим пальцем по нижней губе парня. – Кажется, я влип сильнее, чем рассчитывал.

– В каком смысле? – Артём всё ещё пытался прийти в себя, его дыхание было сбивчивым.

– В том смысле, что я не хочу, чтобы это было просто «столкновением в парке». Я хочу видеть тебя завтра. И послезавтра. Я хочу знать, о чём ты думаешь, когда слушаешь свою меланхоличную музыку.

Артём улыбнулся — на этот раз открыто и уверенно.

– Я слушаю музыку о людях, которые находят друг друга в огромных городах, – сказал он. – И, кажется, сегодня я понял, о чём эти песни.

Кирилл рассмеялся и снова притянул его к себе, обнимая за ту самую тонкую талию.

– Ну, раз понял, тогда придётся тебе составить для меня плейлист. Будем слушать его вместе, когда я буду катать тебя по ночному городу.

– Только не так быстро, – попросил Артём, прижимаясь щекой к его плечу.

– Посмотрим, воробушек. Посмотрим.

Они сидели на берегу, пока небо не стало иссиня-чёрным, а звёзды не начали отражаться в тёмной воде. Для Артёма этот вечер стал рубежом — моментом, когда тишина его внутреннего мира наконец-то встретилась с ритмом чьего-то чужого, но ставшего вдруг таким необходимым сердца. И он знал, что завтра, когда он проснётся, его жизнь уже никогда не будет прежней.

– Поедем? – Кирилл поднялся и протянул ему руку.

– Поедем, – Артём вложил свою ладонь в его, чувствуя, что теперь он в надёжных руках.

Они вернулись к мотоциклу. Теперь, надевая шлем, Артём уже не дрожал. Он знал, что впереди — целое лето, полное звуков, скоростей и взглядов, от которых кружится голова. И самое главное — впереди был Кирилл, который обещал найти его даже по запаху шампуня.

Когда они снова летели по освещённым трассам, Артём крепко обнимал Кирилла и думал о том, что иногда самое правильное, что можно сделать в жизни — это просто не смотреть под ноги и позволить себе врезаться в судьбу.

У самого подъезда Артёма Кирилл остановился и, прежде чем уехать, снова притянул его к себе для короткого, но властного поцелуя.

– Спи хорошо, эльф. И не забудь: завтра у фонтана. Ровно в три.

– Я не забуду, – пообещал Артём, глядя, как мотоцикл скрывается за поворотом, оставляя после себя лишь рокот мотора и запах свободы.

Зайдя в квартиру, он не стал включать свет. Он подошёл к окну, прижал ладони к стеклу и посмотрел на звёзды. В его наушниках, которые всё ещё висели на шее, заиграла новая мелодия — на этот раз она была быстрой, живой и полной надежды. Ритм летнего пульса наконец-то совпал с его собственным.