Нестандартный рыцарь Ситри
Ликвидация без права на покаяние
Единственный уцелевший глаз Фрида Зелзана бешено метался, пытаясь сфокусироваться на лице человека, стоявшего над ним. В глубине зрачка священника-расстриги плескался первобытный, скотский ужас. Он привык видеть страх в глазах своих жертв — монашек, беглых магов, полукровок и юных демонов, моливших о пощаде перед тем, как световое лезвие вспарывало их плоть.
Но в лице британца не было ничего.
Ни праведного гнева экзорциста, ни демонической ярости, ни даже банального презрения победителя. Это было лицо мясника на бойне. Или ликвидатора, сверяющего серийный номер списанного в утиль механизма.
Ствол Кольта калибра .45 ACP, упиравшийся в нёбо Фрида, пах оружейным маслом, холодной сталью и застарелым порохом. Металл холодил десны, заставляя давиться собственной кровью и слюной.
Левая рука Зелзана, все еще спрятанная под складками изодранной сутаны, судорожно дернулась к поясу. Там, в потайном подсумке, лежала светошумовая граната кустарного производства — последний шанс ослепить противника и раствориться в кладбищенском тумане.
Пальцы психопата только коснулись кольца чеки.
– Ты медленный, – тихо, с едва слышным шотландским акцентом произнес Гарри.
Он даже не посмотрел вниз, на руку экзорциста. Опыт сотен перестрелок и наставления Балалайки позволяли считывать малейшее смещение центра тяжести противника без зрительного контакта.
Большой палец Гарри плавно, с мягким механическим кликом отвел курок Кольта назад.
– *Reinforcement*, – мысленно скомандовал он.
Магические цепи в предплечье вспыхнули ледяным огнем. Прана фигуры Коня мгновенно заполнила полость патронника, накладывая на пулю концепт абсолютного разрушения биологической материи. Никакой рикошетирующей кинетики. Только чистая, концентрированная энтропия.
Зелзан замычал, пытаясь дернуть головой в отчаянной попытке сорвать прицел.
*Бах!*
Глухой, тяжелый хлопок сорок пятого калибра прозвучал почти интимно в сырой тишине кладбища. Затылок экзорциста взорвался багрово-черным фонтаном костных осколков и ошметков серого вещества, впечатав их в замшелый могильный камень за спиной трупа. Тело Фрида конвульсивно выгнулось, пальцы разжались, выронив бесполезную гранату в грязь, и обмякло, завалившись набок.
Гарри медленно опустил пистолет. Дымок из дульного компенсатора тонкой струйкой потянулся к ночному небу.
Рядом послышался хруст гравия. Томоэ Мегури остановилась в трех шагах, тяжело опираясь на боккен. Ее школьная форма была забрызгана грязью, пряди каштановых волос прилипли к взмокшему лбу, а грудь вздымалась от бешеного ритма сердца. Она во все глаза смотрела на то, что секунду назад было опаснейшим отступником Церкви.
– Ты… ты просто пристрелил его, – выдохнула она, сглатывая вязкую слюну. – Без допроса? Без суда? Кайчо могла бы выбить из него имена заказчиков из Ватикана или связных среди падших…
– Бешеных собак не допрашивают, Мегури-сан, – Гарри плавным, отработанным до автоматизма движением извлек полупустой магазин, убрал его в карман пальто и вогнал свежий, с сухим щелчком вернув затворную задержку на место. – Их пристреливают в канаве, чтобы они не успели укусить кого-то еще. Мертвый психопат не организует побег. Мертвый психопат не возьмет заложников. И главное — мертвый психопат больше никогда не поднимет меч на моих товарищей.
Томоэ вздрогнула от последнего слова. Ее щеки залила краска, но в глазах мечницы вспыхнуло неподдельное, глубокое уважение. Она выпрямилась, убирая боккен за спину:
– Логично. Жестоко, грязно… но логично.
– Добро пожаловать на войну, – Гарри нагнулся, поднял упавшую гранату Фрида, ловко спрятал ее во внутренний карман и повернулся к дверям церкви.
В наушнике связи раздался встревоженный, срывающийся на ультразвук голос Рейи:
– *Гарри-сан! Пространственный купол зафиксировал мощный всплеск святой энергии в главном нефе! Это не Зелзан! Сила исходит от артефакта Асии Ардженто… ритуал завершен! Но это еще не все… две сигнатуры падших ангелов пытаются пробить потолочные своды и уйти в небо!*
– Рейя, удерживай барьер, – скомандовал Гарри, срываясь на быстрый шаг. – Не давай им набрать высоту. Заставь их держаться на уровне второго яруса.
– *Поняла! Врата Севера укреплены! Они не уйдут!*
Гарри бросил короткий взгляд на Томоэ:
– Мегури, остаешься снаружи. Контролируй периметр. Если кто-то из культистов попытается вылезти через окна склепа — руби сухожилия. Внутрь не лезь, там сейчас будет тесно для клинка.
– Эй, я тоже могу драться! – возмутилась девушка, сжав кулаки.
– Твой меч эффективен на открытом пространстве, – отрезал Гарри, и его тон не терпел возражений. – В узких проходах между скамьями ты потеряешь маневренность и попадешь под перекрестный огонь. Мои стволы созданы для ближнего боя в помещениях. Выполнять приказ.
Томоэ прикусила губу, но коротко кивнула:
– Поняла. Удачи там, Поттер. Не сдохни.
Гарри не ответил.
Он уже двигался к пролому в массивных дубовых дверях. Его пальцы скользнули под полы пальто, извлекая обе Беретты. Металл пистолетов отозвался привычным, успокаивающим холодком. Вдох — глубокий, размеренный. Выдох — медленный, очищающий сознание от лишних мыслей, эмоций и сомнений.
Внутри включился режим, которому его учила Реви на темных пирсах Ронапура: абсолютная концентрация, панорамное зрение и готовность превратить в решето все, что дышит и излучает враждебность.
***
Внутри базилики царил ад.
Запах ладана, веками впитывавшийся в каменные стены, был напрочь вытеснен гарью сожженной магии, озоном от световых копий и тяжелым, сладковатым духом свежей крови.
Витражи верхнего яруса выбило взрывной волной. Осколки цветного стекла усеяли мраморный пол, хрустя под ногами сражающихся.
В центре зала, перед оскверненным алтарем, разворачивалась кульминация драмы.
Асия Ардженто, бледная, как полотно савана, безжизненно висела на каменном постаменте. Ее монашеское одеяние было разорвано, а из груди поднимались два зеленых светящихся кольца — извлеченный Священный Механизм «Сумеречное Исцеление». Кольца медленно перетекали в руки парящей над алтарем Рейналь.
Падшая ангел запрокинула голову, заходясь в истерическом, торжествующем хохоте:
– Да! Сила исцеления теперь моя! С этим артефактом даже высшие чины Григори признают мое величие! Я больше не пешка!
На коленях перед алтарем стоял Хёдо Иссей. Из его разбитого рта капала кровь, а из глаз текли слезы бессильной ярости. Он судорожно тянул руки к застывшему телу девушки:
– Асия… нет… Асия, очнись! Ты ведь обещала… мы ведь хотели пойти поесть бургеров… Асия-а-а!
Чуть поодаль Киба Юто и Конеко отбивались от двух оставшихся падших.
Миттельт, оскалив зубы в садистской ухмылке, пикировала сверху, осыпая блондина веером мелких световых кинжалов. Киба крутился волчком, отбивая атаки клинком, но его движения замедлялись — сказывалось действие святого поля церкви. Калаванер, зрелая брюнетка с массивными формами, зависла у полуразрушенной колоннады, методично формируя тяжелое копье света для решающего удара по парализованному горем Иссею.
– Сдохни, мусор Гремори! – взвизгнула Калаванер, занося руку для броска.
Она не успела.
Воздух в церковном нефе разорвал оглушительный дуплет.
*Бах-бах!*
Две пули девятого калибра, разогнанные магией укрепления до гиперзвуковой скорости, ударили точно в основание правого верхнего крыла Калаванер.
Черные перья брызнули во все стороны вперемешку с густой фиолетовой кровью. Концепт разрушения структуры, вплавленный Гарри в сердечники, сработал безупречно: святая энергия крыла вступила в реакцию аннигиляции, буквально выжигая плоть до самой кости.
Падшая истошно завопила, потеряла равновесие и кубарем рухнула на каменные плиты пола, сокрушая деревянные скамьи.
– Калаванер?! – Миттельт в панике затормозила в воздухе, судорожно озираясь.
Из густой тени входной арки вышел Гарри.
Его шаги были неторопливыми, почти прогулочными. Длинные полы пальто развевались в такт движениям, а в опущенных руках хищно поблескивали два ствола. Лицо британца казалось застывшей маской из темного гранита.
– Один стрелок на господствующей высоте, – ровным, леденящим кровь голосом произнес он, глядя снизу вверх на зависшую под потолком Миттельт. – Полное отсутствие прикрытия флангов. Зависание на одной точке дольше трех секунд. Вас в вашем Григори вообще тактике не учат? Или ваш потолок — это грабить церковные лавки?
– Ты… ты тот самый щенок, который прикончил Дохнасика! – взвизгнула блондинка, ее глаза налились бешеным багровым светом. – Смертный червь! Я разорву тебя на куски!
Она взмахнула крыльями, формируя сразу четыре копья света, и метнула их вниз веером, перекрывая всю площадь коридора между колоннами.
Гарри даже не моргнул.
Фигура Коня сорвалась с места с ускорением, разрывающим звуковой барьер.
Для глаз присутствующих Гарри просто растворился в воздухе, оставив после себя лишь легкий ветерок. Четыре световых копья вонзились в каменный пол там, где он стоял долю секунды назад, разорвав плиты на дымящиеся куски щебня.
А в следующее мгновение Гарри уже взбегал вертикально по гладкой поверхности колонны, игнорируя законы гравитации за счет демонической праны в подошвах армейских ботинок.
– Какого черта?! – в ужасе крикнула Миттельт, пытаясь набрать высоту.
Но купол Онмёдо, натянутый Рейей над крышей, ударил падшую по макушке разрядом лазурных молний, прижимая обратно к сводам нефа.
– Выхода нет, птичка, – раздался холодный голос прямо над ее ухом.
Гарри оттолкнулся от капители колонны, взмывая в воздух на один уровень с падшей.
Его тело изогнулось в воздухе в немыслимом акробатическом пируэте, которому позавидовали бы лучшие циркачи мира. Пистолеты в его руках ожили, загрохотав частой, пулеметной дробью.
*Бах-бах-бах-бах-бах!*
Стрельба по-македонски в исполнении ветерана Ронапура была не просто эффективной — она была пугающе прекрасна. Гарри не целился в корпус, защищенный остаточной благодатью. Он методично, с точностью хирурга отстреливал двигательные узлы.
Две пули раздробили левое плечо Миттельт.
Одна пробила коленную чашечку.
Еще три перебили основания оставшихся крыльев, превращая гордую воительницу небес в беспомощный, кровоточащий куль.
– А-а-а-а! Монстр! Ты монстр! – визжала она, падая спиной вниз.
Гарри приземлился на ноги секундой раньше, мягко спружинив на каменный пол. Не глядя на падающую падшую, он сделал шаг в сторону, позволив телу Миттельт с глухим, костедробительным стуком шмякнуться о мрамор в метре от него.
Ствол левой Беретты плавно опустился, уставившись прямо в лоб скулящей блондинки.
Щелчок взводимого курка заставил девушку замолчать и сжаться в комок.
– Тихо, – произнес Гарри, глядя на нее сверху вниз немигающими серыми глазами. – Еще один звук — и я проверю, насколько быстро твои мозги отскребаются от мрамора. Лежать и не дергаться.
Киба Юто, стоявший в десяти метрах с окровавленным мечом в руке, опустил клинок. На лице безупречного рыцаря застыло выражение глубочайшего шока.
– Поттер-кун… – пробормотал он, глядя на то, как Гарри за считанные секунды в одиночку нейтрализовал двух опаснейших противников без единой царапины на своем пальто. – Твоя скорость… и твоя точность…
– Меньше слов, Киба-сан, – Гарри даже не обернулся к нему, продолжая контролировать зал. – Свяжи выживших демоническими путами. Если попытаются трепыхаться — стреляй в суставы.
В этот момент Калаванер, с трудом поднявшаяся на ноги среди обломков скамей, попыталась метнуться к алтарю, но Конеко Тоджо оказалась быстрее. Маленькая беловласая девочка возникла перед раненой падшей словно из ниоткуда и с сухим выдохом вбила крошечный кулак ей в солнечное сплетение.
Удар обладал мощью разогнавшегося локомотива. Калаванер согнулась пополам, выплюнула сгусток темной крови и рухнула без сознания.
– Обезврежена, – бесстрастно констатировала Конеко, после чего повернула голову к Гарри и едва заметно кивнула: – Хорошие выстрелы, семпай.
– Спасибо, Тоджо-сан, – отозвался Гарри, убирая Беретты в задние кобуры под пиджаком.
Его взгляд переместился к алтарю.
Там разворачивалась финальная сцена.
Рейналь, сжимая в руках зеленые кольца артефакта, пятилась назад к стене, не в силах поверить в происходящее. Все ее планы, вся ее самоуверенность рассыпались в прах за какие-то три минуты. Ее соратницы были повержены, Фрид молчал в эфире, а путь к отступлению был наглухо перекрыт неизвестной магией.
– Нет… это невозможно… вы жалкие демоны… вы низшие твари! – кричала она, прижимая артефакт к груди.
Перед ней медленно поднимался Хёдо Иссей.
Его фигура дрожала от переполнявшей ее первобытной ярости. На левой руке шатена алым, адским пламенем полыхала драконья латная рукавица. Драгоценный камень в центре перчатки пульсировал кровавым светом, издавая низкий, вибрирующий гул, от которого дрожали стекла уцелевших витражей.
*«BOOST! BOOST! BOOST!»* – механический, громоподобный голос древнего дракона сотрясал пространство храма.
– Ты… – прохрипел Иссей, и в его голосе не осталось ничего от прежнего робкого школьника. – Ты отняла у нее жизнь… ты смеялась над ней…
– Иссей, – Гарри подошел к шатену, остановившись в двух шагах за его правым плечом. Его рука в черной кожаной перчатке тяжело опустилась на плечо парня.
Иссей дико оглянулся, готовый ударить любого, кто встанет на его пути, но встретил спокойный, кристально ясный взгляд британца.
– Поттер… она… Асия…
– Я вижу, Хёдо, – тихо произнес Гарри. В его голосе не было жалости — только холодная, направляющая воля командира. – Ты хотел доказать ей, что ты не кусок мяса? Ты хотел заставить ее захлебнуться собственным высокомерием? Она перед тобой. Цель зафиксирована. Не трать дыхание на крики. Вложи всю свою ненависть в один прямой удар. Сломай ей челюсть.
Иссей замер на долю секунды. Слова Гарри подействовали как отрезвляющая пощечина, структурируя хаос его ярости в единый разрушительный вектор.
– ДА-А-А-А-А! – взревел шатен.
Земля под его ногами треснула. Словно выпущенный из пушки снаряд, Иссей преодолел разделявшие их метры в мгновение ока.
Рейналь попыталась вскинуть световой щит, но алая перчатка Красного Императора Драконов пробила святую энергию, словно тонкую папиросную бумагу.
*Хрясь!*
Тяжелый латный кулак врезался точно в лицо падшей. Звук ломающихся костей носа и челюсти эхом раскатился по сводам базилики. Рейналь с диким воплем отлетела назад, пробила спиной каменную перегородку ризницы и рухнула в груду строительного мусора, выронив исцеляющие кольца.
Она попыталась отползти, захлебываясь кровью и соплями, ее смоляные крылья были изломаны, а лицо превратилось в сплошное кровавое месиво.
– Пощадите… умоляю… я просто выполняла приказ… – скулила она, глядя снизу вверх на подходивших демонов.
Тяжелые шаги заставили всех замолчать.
Из бокового нефа, ступая с царственной грацией, вышла Риас Гремори. Ее алые волосы струились по плечам, словно водопад свежей крови, а в голубых глазах бушевало безжалостное пламя Магии Разрушения. Следом за ней шла Акено Хиджима с неизменной, леденящей душу полуулыбкой на устах.
– Ты посмела осквернить мой город, – холодно произнесла наследница Гремори, поднимая правую руку. Вокруг ее тонких пальцев закружилась сфера багровой, потрескивающей антиматерии. – Ты посмела тронуть тех, кто находится под моей защитой. Твое существование окончено, падшая.
– Риас-сама… – прошептала Рейналь, сжимаясь в комок.
Багровая вспышка залила ризницу ослепительным светом.
Магия Разрушения не оставила от падшей ангела даже пепла. Пространство содрогнулось, и секунду спустя на месте надменной воительницы Григори осталась лишь обугленная воронка на полу.
Гарри стоял у колонны, скрестив руки на груди, и молча наблюдал за этой демонстрацией силы. На его губах играла едва заметная, горькая усмешка.
*«Красивый жест, Гремори,* – цинично подумал он. – *Явилась ровно тогда, когда враг был сломлен, обезоружен и повержен чужими руками. Казнить побежденного перед строем подчиненных — отличный способ утвердить свой авторитет. Дамблдор аплодировал бы стоя».*
Иссей тем временем уже стоял на коленях перед алтарем, судорожно прижимая к себе холодное, бездыханное тело Асии:
– Асия… пожалуйста… не умирай… Бучо! Президент! Сделайте что-нибудь! Вы ведь демон, вы можете всё! Спасите ее!
Риас подошла к постаменту. На ее лице появилась скорбная, полная сострадания маска. Она опустила руку на золотистые волосы мертвой девушки:
– Мне жаль, Иссей. Ее душа уже почти покинула тело. Человеческая магия здесь бессильна.
– Но есть другой путь, верно? – хрипло спросил парень, поднимая заплаканные глаза.
Риас медленно извлекла из кармана шелковый мешочек и достала оттуда сияющую серебром шахматную фигуру Слона:
– Я могу переродить ее как своего демона. Но для этого она должна стать частью моей семьи. Ты согласен на это, Иссей?
– Да! Да, черт подери! Сделайте это!
Гарри отвел взгляд, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение.
Вся эта сцена была срежиссирована от начала до конца. Риас могла вмешаться раньше. Могла приказать Кибе и Конеко форсировать штурм, пока ритуал не подошел к критической точке. Но ей нужна была не просто спасенная монахиня. Ей нужен был преданный Слон со Священным Механизмом высшего класса, навечно обязанный жизнью дому Гремори.
В воздухе вспыхнул алый круг призыва.
Риас начала шептать слова ритуала реинкарнации, вкладывая фигуру в грудь Асии. Зеленые кольца «Сумеречного Исцеления», лежавшие на полу, слабо замерцали и плавно вернулись к своей законной владелице, растворяясь в ее ауре. Дыхание девушки выровнялось, на щеках проступил слабый румянец.
– Она жива, – выдохнул Иссей, уткнувшись лбом в ее ладонь и зарыдав от облегчения.
– Молодец, Иссей, – мягко улыбнулась Риас, погладив его по голове. – Ты проявил себя как истинный рыцарь.
– Цирк окончен?
Спокойный, холодный женский голос разрезал благостную тишину храма.
Тяжелые двери содрогнулись, и в базилику вошла Сона Ситри.
Президент студенческого совета двигалась неторопливо, ее шаги отдавались четким, мерным эхом. Рядом с ней шла Цубаки Шинра с обнаженной нагинатой наперевес, а чуть позади — Рейя Кусака, бережно держащая раскрытый свиток барьера, и Томоэ Мегури, сжимавшая свой деревянный меч.
Взгляд Соны за стеклами очков был ледяным. Она обвела глазами разрушенный неф, тела связанных падших ангелов, оплавленную воронку на месте Рейналь и, наконец, остановилась на Риас.
– Сона? – удивилась красноволосая дьяволица, поднимаясь на ноги. – Что ты здесь делаешь? Это территория моего клана…
– Была территорией твоего клана, Риас, – отчеканила Сона, остановившись в пяти шагах от подруги. – Ровно до того момента, пока ты не допустила создание укрепрайона падших ангелов в черте города и не поставила под удар мирное население.
Риас нахмурилась, ее идеальные брови сошлись на переносице:
– Я контролировала ситуацию! Мой пэр справился с угрозой!
– Твой пэр? – Сона позволила себе тонкую, саркастическую усмешку. – Твой отряд вошел в церковь вслепую, без разведки и плана штурма. Вы ввязались в затяжной бой на невыгодной позиции. Если бы мои люди не перехватили Фрида Зелзана снаружи, этот психопат зашел бы вам в тыл и перерезал твоего дракона, пока тот оплакивал монахиню.
Риас осеклась, бросив быстрый взгляд на Кибу. Блондин опустил глаза и едва заметно кивнул, подтверждая слова главы студенческого совета.
– Более того, – продолжила Сона, повысив голос, – если бы Рейя Кусака не наложила пространственный барьер «Четырех Стихий», Калаванер и Миттельт уже ушли бы в небо с докладом Кокабиэлю. А если бы Гарри Поттер не снял их с воздуха за сорок секунд, твои рыцари до сих пор отбивались бы от града световых копий.
Имя Гарри повисло в тишине церкви тяжелым грузом.
Риас медленно повернула голову к темноволосому юноше, который продолжал невозмутимо стоять у колонны, проверяя предохранители своих пистолетов. В глазах наследницы Гремори мелькнула сложная гамма чувств: удивление, досада от упущенного контроля и глухая, женская обида на то, что этот парень вновь оказался на шаг впереди.
– Поттер-кун… – произнесла она, стараясь придать голосу привычную бархатную мягкость. – Значит, это твоя работа? Ты помог моим слугам?
– Я выполнял приказ своего короля, Гремори-сан, – сухо отозвался Гарри, даже не подняв глаз от оружия. – Дом Ситри отвечает за безопасность Куо. Мы устранили угрозу национальной безопасности. Ваша внутренняя драма с монахиней меня не интересовала.
Иссей поднял голову, вытирая слезы рукавом:
– Поттер… ты… ты спас нас. Если бы не ты, эта крылатая тварь пробила бы меня копьем еще на алтаре… Спасибо тебе. Слышишь? Спасибо!
Гарри посмотрел на шатена. В глазах Иссея не было фальши. Только чистая, неуклюжая человеческая благодарность.
– Ты выдержал удар, Хёдо, – Гарри спрятал пистолеты под пальто и застегнул верхнюю пуговицу. – Ты защитил то, что тебе дорого. Это заслуживает уважения. Но в следующий раз — научись смотреть по сторонам. Герои, которые лезут под пули с открытым забралом, редко доживают до совершеннолетия.
– Я запомню! – твердо пообещал парень.
Сона подошла к Гарри, встав рядом с ним плечом к плечу. Этот жест единения двух лидеров дома Ситри был красноречивее любых дипломатических нот.
– Мы забираем двух выживших падших для допроса в штаб клана Ситри, – заявила Сона, глядя на Риас. – Официальный рапорт в Совет Старейшин и канцелярию Сазекса-сама я составлю лично. Все заслуги твоего пэрства в нейтрализации командира отступников будут зафиксированы. Но церковь переходит под контроль студенческого совета для полной деконтаминации. Вопросы есть?
Риас поджала губы, но спорить не посмела. Она знала законы Подземного мира лучше многих: Сона действовала строго в рамках регламента и спасла ее от грандиозного скандала.
– Вопросов нет, Сона, – сдержанно ответила Риас. – Спасибо… за помощь.
– Благодари не меня. Благодари моего рыцаря, – Сона повернулась к выходу. – Пэрство Ситри — отход.
Гарри коротко кивнул Томоэ и Рейе. Мегури подхватила бессознательную Миттельт, закинув ее через плечо, словно мешок с картошкой, а Цубаки с помощью магии воды спеленала Калаванер плотным силовым коконом.
Рейя подошла к Гарри, ее глаза сияли от восторга:
– Гарри-сан… барьер выдержал! Мой контур ни разу не дрогнул!
– Я ни секунды в тебе не сомневался, Рейя, – Гарри мягко опустил ладонь ей на макушку, слегка взъерошив каштановые волосы девушки. – Ты проделала великолепную работу. Без тебя мы бы упустили их.
Рейя замерла, ее щеки вспыхнули ярче спелой вишни, а дыхание перехватило от счастья. Она прижала свой свиток к груди, готовая прямо сейчас расплакаться от нахлынувших чувств.
– Эй, а я?! – Томоэ надула губы, переступая через обломки с падшей на плече. – Я держала периметр! И вообще, я заставила того психа раскрыться!
– И ты была великолепна, Томоэ, – Гарри бросил на нее теплую, едва заметную улыбку. – Твой тайминг был идеален. С меня ужин в хорошем кафе. Для всей штурмовой группы.
– Ловлю на слове, иностранец! – просияла мечница, встряхнув челкой.
Сона, шедшая чуть впереди, слегка замедлила шаг, поравнявшись с Гарри. Ее пальцы в тонких перчатках на мгновение коснулись его рукава:
– Ты цел? Никаких скрытых повреждений?
– Пара синяков от отдачи, не более, – спокойно ответил он. – Демоническая регенерация Коня работает безупречно, Кайчо.
– Хорошо, – Сона облегченно выдохнула, поправляя очки, но в уголках ее губ играла мягкая, искренняя улыбка. – Потому что завтра у нас генеральная уборка в школьном архиве. И мне понадобятся твои руки, Гарри.
– Мои стволы и мои руки в вашем распоряжении, президент, – отозвался он.
Они вышли из церкви в прохладную, чистую ночную мглу. Туман постепенно рассеивался, открывая звездное небо над холмами Куо.
Гарри вдохнул полной грудью ночной воздух. В нем больше не было запаха святой гари. Только запах влажной земли, хвои и далекого города.
Впервые за шестнадцать лет своей жизни он чувствовал, что стоит на твердой земле. Рядом не было лживых улыбок Дамблдора, не было презрительного молчания Джеймса и Лили, не было фальшивого величия Годрика. Здесь были люди, которые доверили ему свои спины в смертельном бою и смотрели на него не как на обу