← Назад к обзору

Незапланированный откат жизни

Тень забытого пламени

Снежная буря, казалось, утихла, уступая место морозной и ясной ночи, но в душе Зео Торзеоса Рейнболта гром продолжал греметь. Он стоял на площади, провожая взглядом три удаляющиеся фигуры. Высокий силуэт библиотекаря в простом пальто казался нелепо уместным между двумя самыми могущественными и своенравными женщинами Башни. Это зрелище вызывало у Зео зуд под кожей — точно такой же, какой бывает перед ударом молнии.

– Господин Зео? Вы в порядке? – Элиоза робко коснулась его предплечья. – Мой брат... он просто идиот, не принимайте это близко к сердцу. Я извинюсь перед господином Уайзменом завтра.

Зео дернул плечом, сбрасывая её руку. В его голове не укладывалось: почему Эльфария, которая обычно смотрела на всех магов как на подтаявшую слякоть, сейчас так бережно придерживала этого библиотекаря за локоть? И Элленор, чья гордость была выше самой Башни, смеялась над его тихими словами так искренне, будто они были старыми друзьями, прошедшими через ад.

– Этот Кариотт... – Зео прищурился, глядя на пустую аллею, где скрылась троица. – Он всегда был таким?

– Каким «таким»? – Элиоза растерянно моргнула. – Он работает в архиве около трех лет. Тихий, вежливый, никогда не нарушает правил. Честно говоря, он настолько незаметен, что я иногда забываю о его существовании, пока не нужно подписать ведомость на закупку пергамента.

– Незаметен? – Зео хмыкнул, чувствуя, как искры пробегают по кончикам пальцев. – Ты видела его глаза, когда он приказал вам уйти? В них было больше силы, чем во всей твоей магической ауре, Элиоза.

Он развернулся и зашагал прочь от праздничной суеты, проигнорировав обиженный вздох девушки. Зео не знал почему, но его тянуло к этому человеку. Это было не просто любопытство. Это было чувство, похожее на наваждение, на эхо чего-то, что он должен был помнить, но потерял.

***

В уютной гостиной при библиотеке пахло сушеной лавандой, старой бумагой и дорогим чаем. Кариотт аккуратно разлил янтарную жидкость по фарфоровым чашкам. Его руки не дрожали, хотя внутри всё еще кипело раздражение. Он ненавидел быть в центре внимания. В той, прошлой жизни, статус Магия Вэндэ обязывал его быть на виду, но здесь, в этом тихом перерождении, он хотел лишь покоя.

– Ты слишком добр к ним, Кариотт, – Элленор сбросила тяжелый плащ на кресло и в один глоток осушила половину чашки. – Этот сопляк, брат Элиозы... если бы мы не вмешались, он бы, чего доброго, решил, что может тебя коснуться.

– Он просто глуп, Элленор, – мягко ответил Кариотт, садясь напротив. – В этой жизни я для него — лишь удачная партия. Скромный служащий с хорошей репутацией. Он не видит того, что видите вы.

– И слава богу, – фыркнула Эльфария, прижимая ладони к теплому боку чайника. – Если бы мир узнал, что великий Маг Огня, способный испепелить легионы, сейчас вытирает пыль с полок по истории магии, Башню бы разнесло от когнитивного диссонанса.

Кариотт грустно улыбнулся.

– Великий маг остался там, в пламени прошлого. Сейчас я просто Кариотт. И мне это нравится.

– Тебе это нравится ровно до тех пор, пока Зео не начинает крутиться рядом, – заметила Элленор, проницательно глядя на друга. – Мы видели, как ты на него смотрел. Ты ведь скучаешь по вашим перепалкам?

Кариотт замер с чашкой у губ. Память услужливо подбросила образы: искры молний, сталкивающиеся с его огненными щитами, яростный смех Зео во время тренировочных дуэлей, их бесконечные споры о стратегии и... те редкие моменты тишины на вершине Башни, когда они были просто двумя уставшими мужчинами, несущими бремя мира.

– Он не помнит, – наконец произнес Кариотт, и в его голосе проскользнула горечь. – Для него я — пустое место. И это лучший вариант для нас обоих. Если он вспомнит, он не оставит меня в покое. Он заставит меня снова взять в руки жезл. А я... я больше не хочу воевать.

Эльфария и Элленор переглянулись. Они знали, какую цену Кариотт заплатил в той реальности. Он был их щитом, их голосом разума, и именно он пожертвовал больше всех, чтобы дать им этот шанс на «нормальную» жизнь.

– Мы не позволим ему втянуть тебя обратно, – твердо сказала Эльфария. – Но будь осторожен. Зео в этой жизни такой же невыносимый и упрямый. И, кажется, ты его заинтересовал.

***

Следующие несколько дней Кариотт старался полностью погрузиться в работу. Он систематизировал записи о древних заклинаниях призыва, которые в этой временной линии считались утраченными. Ему доставляло странное удовольствие знать то, чего не знали нынешние магистры.

Тишину читального зала нарушил резкий хлопок двери. Кариотт даже не поднял головы.

– Библиотека закрывается через час, господин Торзеос. Если вы ищете пособие по этикету, оно в третьем ряду, полка пять.

– Очень смешно, – раздался надменный, но явно заинтересованный голос.

Зео прошел к столу Кариотта и бесцеремонно уселся на край, сминая стопку чистых бланков. Он был без своего парадного плаща, в простой черной куртке, но его присутствие заполняло комнату так, что воздух начинал вибрировать.

– Я искал не книги, – Зео наклонился вперед, вглядываясь в лицо библиотекаря. – Я искал ответы. Почему Эльфария и Элленор ведут себя с тобой так, будто ты — скрытый король этого захолустья?

Кариотт наконец отложил перо и поднял взгляд. Спокойствие стоило ему огромных усилий.

– Мы старые друзья. Разве Магия Вэндэ запрещено иметь друзей вне своего круга?

– Друзей — нет, – Зео прищурился. – Но они смотрят на тебя с уважением, которое не заслужишь просто «умением слушать». Я видел магов высшего ранга, перед которыми они не склоняют головы так, как перед тобой. Кто ты такой на самом деле, Кариотт Индиан Уайзмен?

Кариотт медленно снял очки и начал протирать их краем платка. Без стекол его взгляд казался более глубоким, почти обжигающим.

– Я тот, кто ценит свой покой, господин Торзеос. И я был бы очень признателен, если бы вы перестали искать загадки там, где их нет.

Зео внезапно протянул руку и схватил Кариотта за запястье. В ту же секунду по комнате прошел электрический разряд. Но вместо того чтобы вскрикнуть от боли или испугаться, Кариотт даже не вздрогнул. Его пульс оставался ровным, а кожа под пальцами Зео стала подозрительно теплой — почти горячей.

– Твоя реакция... – прошептал Зео, не выпуская его руки. – Ты даже не моргнул. Обычный человек отдернул бы руку.

– Возможно, я просто привык к грубости посетителей, – холодно ответил Кариотт. – Отпустите меня.

– Нет, – Зео почувствовал, как внутри него что-то щелкнуло. – У меня странное чувство, Уайзмен. Будто я знаю тебя тысячу лет. Будто я должен ненавидеть тебя и одновременно... доверять тебе больше, чем самому себе. Откуда это?

Кариотт почувствовал, как его сердце предательски ускорило бег. Он видел в глазах Зео ту самую искру, которая когда-то зажигала в нем ответное пламя. Магия внутри него, подавленная годами воли, отозвалась на близость молнии. Ему стоило огромных усилий не позволить искрам сорваться с пальцев.

– Это просто ваше воображение, – Кариотт резко вырвал руку. – Вам пора уходить.

– Ты боишься меня? – Зео спрыгнул со стола, в его глазах плясали золотистые искры.

– Я боюсь за вашу репутацию, – Кариотт снова надел очки, возвращая себе маску скучающего библиотекаря. – Если кто-то увидит, как Магия Вэндэ допрашивает архивариуса, поползут слухи.

Зео замер у двери, набросив капюшон.

– Слухи меня не волнуют. Но я выясню, что ты скрываешь. И почему, когда я рядом с тобой, моя магия сходит с ума, пытаясь вызвать тебя на бой.

Когда дверь за ним закрылась, Кариотт тяжело опустился на стул. Его ладонь, которую сжимал Зео, всё еще горела.

– Глупый, упрямый мальчишка... – прошептал он в пустоту зала. – Ты не изменился.

***

Вечером того же дня в библиотеку ворвалась Элленор. Она выглядела встревоженной.

– Кариотт, у нас проблемы. Зео запрашивал доступ к закрытым архивам личных дел магов, ушедших в отставку или пропавших без вести за последние десять лет.

Кариотт, который в этот момент расставлял книги, даже не обернулся.

– Моего имени там нет, Элленор. В этой реальности я никогда не был магом. Мои документы чисты: родился в провинции, учился в обычной академии, переехал сюда ради работы в архиве.

– Ты не понимаешь, – Элленор подошла ближе, её голос дрожал от напряжения. – Он ищет не документы. Он ищет совпадения в магических сигнатурах. Он установил на выходе из библиотеки детектор маны. Скрытый.

Кариотт замер. Это было плохо. Очень плохо. Если Зео зафиксирует хотя бы малейший всплеск его истинной силы, маскировка рухнет.

– Он провоцирует меня, – заключил Кариотт. – Он хочет, чтобы я защищался.

– И что ты будешь делать? – спросила Эльфария, появляясь из тени стеллажей. Она выглядела необычно серьезной. – Если он продолжит давить, ты либо выдашь себя, либо...

– Либо мне придется уехать, – закончил Кариотт, и сердце его болезненно сжалось при мысли о том, что придется оставить эту тихую жизнь и своих друзей.

– Никуда ты не уедешь! – отрезала Эльфария. – Мы — Магия Вэндэ. Мы можем приструнить этого выскочку.

– Нет, – Кариотт повернулся к ним. – Если вы вмешаетесь слишком активно, это только подтвердит его подозрения. Зео не дурак. Чем больше вы его отталкиваете от меня, тем больше он убеждается, что я — кто-то важный.

– Тогда позволь ему узнать, – тихо сказала Элленор. – Может, если он вспомнит...

– Нет! – голос Кариотта прозвучал резче, чем он хотел. – Вы помните, как он погиб в прошлый раз? Он закрыл меня собой от проклятия пустоты. Он умер с улыбкой, радуясь, что я остался жив. Я не хочу, чтобы он снова нес это бремя. Пусть он живет в этом мире героем, не знающим той боли.

В библиотеке воцарилась тишина. Подруги знали, что спорить с Кариоттом, когда дело касалось безопасности Зео, было бесполезно. Его любовь — хотя он никогда не называл это так — всегда была жертвенной.

***

Неделю спустя город содрогнулся от внезапной атаки. Это не были монстры из подземелий или внешние враги. Из-за ошибки в эксперименте одного из магистров в торговом квартале открылся разлом нестабильной маны. Фиолетовые молнии били в дома, превращая камень в пыль, а воздух вокруг разлома стал ядовитым.

Зео был первым на месте. Он действовал быстро, возводя барьеры и поглощая излишки энергии, но разлом был слишком велик.

– Назад! Все назад! – кричал он стражникам.

Элиоза пыталась помочь, но её магия была слишком слабой, чтобы сдерживать хаотические потоки. Эльфария и Элленор были на задании на другом конце страны, и Зео понимал, что он остался один на один с катастрофой.

Кариотт стоял в толпе горожан, наблюдая за происходящим. Он видел, как Зео бледнеет от перенапряжения. Разлом пульсировал, готовясь к окончательному взрыву, который сотрет половину города.

– Господин Уайзмен, бегите! – крикнул ему кто-то из знакомых горожан.

Но Кариотт не двигался. Он смотрел, как Зео опускается на одно колено, из его носа текла кровь, а руки дрожали под напором фиолетового пламени.

«Он не справится», – пронеслась холодная мысль.

Зео поднял голову и среди паникующей толпы увидел его. Библиотекарь стоял неподвижно, его пальто развевалось на ветру, а очки отражали всполохи магического пожара. В этот момент Зео показалось, что время замедлилось. Он увидел, как Кариотт медленно снимает очки и кладет их в карман.

– Стой... – прохрипел Зео. – Уходи отсюда, идиот...

Кариотт сделал шаг вперед. Затем другой. Он шел прямо к эпицентру, сквозь лезвия маны, которые, казалось, огибали его тело, не смея коснуться.

– Кариотт! – в ужасе закричала Элиоза.

Но Кариотт не слушал. Он подошел к Зео и положил руку ему на плечо. В ту же секунду всё вокруг изменилось. Тяжелое, удушающее давление разлома внезапно встретило преграду.

– Ты всегда был слишком самонадеянным, Зео, – тихий, властный голос прорезал шум катастрофы.

Зео почувствовал, как в него вливается поток невероятной, чистой и теплой энергии. Это было не электричество, это было само солнце.

– Ты... – Зео широко открытыми глазами смотрел на Кариотта.

Вокруг библиотекаря начал разгораться ореол багрового пламени. Это не был разрушительный огонь — это была созидательная мощь, которая упорядочивала хаос. Кариотт поднял свободную руку к разлому.

– Вернись в небытие, – приказал он.

Огненный столп ударил в фиолетовую брешь. На мгновение свет стал невыносимым, а затем наступила абсолютная тишина. Разлом схлопнулся, оставив после себя лишь оплавленную мостовую и запах озона.

Кариотт тяжело выдохнул, его аура медленно угасла. Он всё еще держал Зео за плечо, помогая тому не упасть.

Зео молчал, глядя на человека перед собой. В его голове, словно разбитое зеркало, начали собираться осколки воспоминаний. Башня. Тронный зал. Смех этого человека. Его гнев. Его жертва.

– Кариотт... – прошептал Зео, и в этом шепоте было столько боли и узнавания, что у Кариотта дрогнуло сердце. – Индиан... Уайзмен... Ты... ты бросил меня.

Кариотт горько улыбнулся, помогая ему подняться.

– Я никогда тебя не бросал, Зео. Я просто хотел, чтобы ты отдохнул от меня.

Зео внезапно схватил его за грудки, притягивая к себе. Его глаза горели яростью и облегчением одновременно.

– Отдохнул?! Я искал тебя в каждой тени! Я чувствовал, что мне не хватает части души! Ты... ты проклятый библиотекарь!

Элиоза и подоспевшие стражники застыли в отдалении, не решаясь подойти. Они видели, как величайший маг молнии дрожит, прижимаясь лбом к плечу обычного служащего архива.

– Пойдем домой, Зео, – тихо сказал Кариотт, обнимая его в ответ. – Праздник определенно затянулся.

Он знал, что теперь спокойной жизни точно пришел конец. Но, чувствуя, как Зео судорожно сжимает его пальто, Кариотт впервые за три года почувствовал, что он действительно вернулся домой. Прошлое настигло их, но на этот раз он не позволит ему стать пеплом.