← Назад к обзору

Омон

Тень прошлого в свете фар

Ночной город окутал удушливый, влажный зной, предвещающий скорую грозу. Кристина стояла у капота патрульного «УАЗа», прислонившись спиной к прохладному металлу, и смотрела, как в небе лениво перемигиваются зарницы. Форма, уже ставшая второй кожей, сегодня казалась особенно тяжелой. Прошла неделя с того памятного дежурства, когда Саша Майоров впервые заслонил её своей спиной, и с тех пор их смены с ОМОНом стали регулярными.

Это была странная неделя. Неделя мимолетных взглядов в коридорах управления, коротких сообщений в три часа ночи с вопросом «Ты как?» и ощущения, что её жизнь, доселе напоминавшая четко расчерченный устав, дала трещину, в которую пробилось что-то теплое и пугающе настоящее.

Леха ушел в дежурку за новыми ориентировками, а Саша с Серегой задерживались на инструктаже у своего начальства. Кристина осталась одна на полупустой парковке, освещенной лишь тусклыми желтыми фонарями.

Шаги послышались со стороны тенистых тополей, растущих вдоль забора. Это были не тяжелые берцы омоновцев и не размеренная походка Лехи. Кто-то шел мягко, почти крадучись, в легких кроссовках. Кристина инстинктивно положила ладонь на рукоять пистолета, выпрямляясь.

– Крис? Это ты?

Голос, прозвучавший из темноты, заставил её сердце на мгновение пропустить удар, но вовсе не от радости. Это был голос из той части жизни, которую она старательно замуровала под слоями профессионального цинизма и бесконечных тренировок.

Из круга света вышел парень. Высокий, подтянутый, в модной кожаной куртке, которая явно стоила больше, чем месячная зарплата сержанта ППС. Артем. Её бывший. Человек, который два года назад умудрился превратить её веру в людей в пепел, изменив ей с её же тогдашней подругой прямо в их общей квартире.

– Солдатова, – поправила она его холодным, как лед, голосом. – Что ты здесь делаешь, Артем? Территория управления — не место для прогулок гражданских лиц.

Артем остановился в паре метров, рассматривая её. Его взгляд, такой же масляный и самоуверенный, как и раньше, скользнул по её фигуре, задерживаясь на бедрах, обтянутых форменными брюками.

– А ты изменилась, – он усмехнулся, игнорируя её тон. – Стала еще жестче. Но эта форма... черт, Крис, она тебе чертовски идет. Я всегда говорил, что в тебе есть эта искра власти.

– Уходи, – коротко бросила она, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость. – У меня нет времени на призраков прошлого.

– А я не призрак, – он сделал шаг ближе, сокращая дистанцию. – Я пришел поговорить. Я видел тебя пару дней назад в городе, на патрулировании. Ты выглядела такой... одинокой среди этих дуболомов в брониках. Крис, я всё осознал. Та история с Мариной — это была ошибка, минутная слабость. Я скучаю по нам.

Кристина издала короткий, сухой смешок, в котором не было ни капли веселья.

– Минутная слабость? Ты изменял мне три месяца, Артем. Это не слабость, это статистика. А теперь разворачивайся и исчезни, пока я не проверила твои документы на предмет причастности к какой-нибудь краже. У тебя вид подозрительный.

– Ты всё такая же колючая, – Артем попытался изобразить на лице раскаяние, но в глазах читался только азарт охотника, решившего вернуть ускользнувшую добычу. – Но я знаю, что под этой броней всё та же девочка, которая любила мои завтраки и мечтала о домике у моря. Давай начнем сначала? Я бросил ту стерву, я изменился. Посмотри на меня.

Он протянул руку, намереваясь коснуться её плеча, но Кристина резко перехватила его запястье, выворачивая его в классическом болевом приеме. Не до конца, лишь чтобы показать границы.

– Еще раз потянешь ко мне свои руки — и завтраками ты будешь кормить только челюстно-лицевого хирурга, – прошипела она.

– Ого, какие мы агрессивные, – Артем поморщился, но не отступил, когда она отпустила его. – Что, нашла себе какого-нибудь сапога из охраны? Кто он? Очередной вояка, который умеет только команды выполнять? Крис, тебе со мной было интересно. Я дарил тебе эмоции, а не устав караульной службы.

– Ты дарил мне вранье, Артем. Свободен.

В этот момент тишину парковки разорвал лязг снаряжения. Тяжелые, размеренные шаги эхом отозвались от стен здания. Кристина почувствовала, как воздух вокруг снова начал уплотняться. Она знала этот ритм.

Из дверей управления вышли Саша и Серега. Они были в полной выкладке, в черных масках, сдвинутых на лоб, и с оружием на плечах. Саша шел первым, и его взгляд мгновенно зафиксировал постороннего рядом с Кристиной.

– Солдатова, проблемы? – голос Майорова прозвучал низко и угрожающе, как рык цепного пса, почуявшего чужака.

Артем обернулся, окинув подошедших омоновцев оценивающим, слегка брезгливым взглядом.

– О, а вот и группа поддержки, – протянул он, напуская на себя вид светского льва. – Кристин, это и есть твои новые друзья? Выглядят как массовка из боевика категории «Б».

Саша подошел вплотную, возвышаясь над Артемом на добрую голову. Серега встал чуть поодаль, сложив руки на груди и с интересом наблюдая за сценой.

– Гражданин, – Саша медленно стянул балаклаву, открывая лицо. Его карие глаза сейчас походили на два застывших куска обсидиана. – Вы находитесь на охраняемом объекте. Цель вашего визита?

– Я к девушке пришел, командир, – Артем попытался улыбнуться, но под взглядом Майорова его улыбка быстро увяла. – Мы с Кристиной... у нас личное. Старые счеты, понимаешь? Так что не мешай взрослым разговаривать.

Кристина увидела, как на шее Саши вздулась вена. Он сделал еще полшага вперед, вторгаясь в личное пространство Артема так бесцеремонно, что тот невольно попятился, упершись спиной в борт «УАЗа».

– У «этой девушки» сейчас боевое дежурство, – Саша произносил слова медленно, чеканя каждое из них. – И любые «личные счеты» с ней в это время — это создание помех сотруднику полиции при исполнении. Ты хочешь, чтобы я оформил это документально? Или, может, перейдем сразу к практической части ознакомления с правилами поведения на территории МВД?

– Ты мне угрожаешь? – Артем попытался вернуть себе уверенность, но голос его предательски дрогнул. – Крис, скажи своему цепному псу, чтобы остыл. Мы же цивилизованные люди.

Кристина, которая до этого момента чувствовала только раздражение, вдруг ощутила странный прилив спокойствия. Она посмотрела на Сашу — напряженного, готового к броску, защищающего её даже тогда, когда она об этом не просила. И посмотрела на Артема — лощеного, фальшивого и бесконечно чужого.

– Он не мой пес, Артем, – тихо, но отчетливо произнесла она. – Он мой напарник. И он прав — ты здесь лишний. Уходи. Сейчас же.

– Крис, ты совершаешь ошибку! – выкрикнул Артем, чувствуя, что ситуация окончательно выходит из-под его контроля. – Ты променяла меня на этот кусок мяса в камуфляже? Да он же двух слов связать не может без приказа!

Саша не стал бить. Он просто положил руку Артему на плечо — тяжело, веско, так, что тот присел.

– Пять секунд, – сказал Майоров. – Время пошло.

Артем дернулся, сбрасывая его руку, и, бросив на Кристину полный ненависти взгляд, быстро зашагал к выходу с парковки.

– Мы еще не договорили! – крикнул он уже из темноты, но его голос прозвучал жалко.

Когда его фигура скрылась за воротами, на парковке воцарилась тишина. Серега тактично кашлянул.

– Пойду проверю, не забыл ли Леха сухпаек, – буркнул он и быстро ретировался в сторону машины.

Кристина стояла, опустив голову. Ей было чертовски неловко за то, что Саша стал свидетелем этой сцены. Прошлое, которое она так тщательно скрывала, вылезло наружу в самом неприглядном виде.

– Бывший? – коротко спросил Саша, подходя ближе.

– Бывший, – подтвердила она, не поднимая глаз. – Изменщик и патологический лжец. Прости, что пришлось в этом участвовать.

Саша молчал долго. Кристина уже приготовилась к какой-нибудь едкой шутке в его стиле, но когда он заговорил, его голос был на удивление мягким.

– Тебе не за что просить прощения, Кристина.

Он протянул руку и, приподняв её за подбородок, заставил посмотреть на себя.

– Он ни черта не понял, – сказал Саша, глядя ей прямо в глаза. – Он сказал, что ты одинока среди нас. Но он не видит того, что вижу я.

– И что же ты видишь? – прошептала она.

– Я вижу женщину, которая стоит десяти таких, как он. Которая умеет держать удар и не ломается под весом этого чертового бронежилета. И если он еще раз появится в радиусе километра от тебя...

– То что? – Кристина попыталась улыбнуться, чувствуя, как напряжение уходит.

– То я забуду, что я офицер, и вспомню, что я просто мужчина, которому очень не нравится, когда обижают его... – он запнулся на мгновение, – ...напарницу.

Саша не убирал руку. Его большой палец медленно погладил её скулу. Это было так просто и в то же время так интимно, что у Кристины перехватило дыхание. В свете фонаря его лицо казалось высеченным из камня, но в глазах плескалось что-то, что не имело отношения к службе.

– Саш, – позвала она тихо.

– М?

– Он сказал, что ты кусок мяса.

Майоров усмехнулся, и эта улыбка была самой искренней из всех, что она видела.

– Ну, в чем-то он прав. Мяса во мне много. Но это мясо очень не советует ему возвращаться.

Кристина не выдержала и рассмеялась, прижимаясь лбом к его плечу. Бронежилет был жестким и пах порохом, но это был самый лучший запах в мире.

– Спасибо, Саш. За то, что не стал спрашивать подробности.

– Подробности мне не нужны, – он осторожно обнял её одной рукой, прижимая к себе. – Мне достаточно того, что ты сейчас здесь. С нами. Со мной.

В этот момент из машины высунулся Леха, гремя связкой ключей.

– Эй, романтики в погонах! Вызов поступил. На набережной опять какие-то гонки устроили, жители жалуются. Едем или будем ждать, пока ваш бывший вернется с букетом?

Кристина быстро отстранилась, поправляя форму и стараясь скрыть смущение.

– Едем, Леха! – крикнула она, направляясь к пассажирскому сиденью.

Саша надел балаклаву, снова превращаясь в грозного бойца ОМОНа, но перед тем как сесть в машину, он задержался у двери Кристины.

– Солдатова?

– Да?

– Штаны всё еще сидят идеально, – подмигнул он ей сквозь прорезь маски. – Даже после всех этих разборок.

Кристина фыркнула, но в душе у неё расцветал настоящий сад, несмотря на грядущую грозу и тяжелую смену.

– Заткнись, Майоров! Просто садись в машину.

Патрульный «УАЗ» взревел мотором и выкатился с парковки, унося их в ночь. Кристина смотрела в окно на пролетающие огни и понимала: прошлое действительно осталось в тени. А впереди, в свете фар, была её жизнь — шумная, опасная, пропахшая бензином и потом, но в ней теперь был кто-то, кто не просто обещал завтраки, а готов был стоять насмерть за каждый её вздох.

– Леха, включай люстру! – скомандовала она. – Пора показать этому городу, кто здесь власть.

– Есть, командир! – отозвался напарник, и синие блики мигалки залили салон, отражаясь в карих глазах Саши, которые не отрывались от Кристины.

Эту ночь они точно не забудут. И дело было вовсе не в гонщиках на набережной. Дело было в том, что под прикрытием брони и камуфляжа родилось что-то, что было сильнее любого устава и любого предательства.