Ошибка
Ярость небес и шёпот теней
Утро следующего дня не принесло успокоения. Напротив, оно взорвалось новостями, которые разлетелись по Сеулу быстрее, чем весть об открытии врат S-ранга. Ассоциация не смогла удержать информацию в узде. Кто-то из персонала клиники, движимый жаждой наживы или просто неспособный держать язык за зубами, слил данные прессе.
«Сон Джинву станет отцом четверни?», «Скандал в Ассоциации: Охотница Окумура Юми беременна от сильнейшего охотника человечества», «Ошибка или заговор?» — заголовки пестрили везде, от таблоидов до центральных каналов.
Но внутри штаб-квартиры Ассоциации, в защищенном блоке для допросов, было не до заголовков. Здесь пахло озоном так сильно, что волосы на руках вставали дыбом, а электроника в коридоре начала искрить и гаснуть.
Я стоял в дверях, глядя на то, как реальность вокруг Окумуры Юми буквально трещит по швам.
– Я убью её! Слышишь, Сон? Я выжгу её дотла, и никакая регенерация ей не поможет! – крик Юми перекрывался треском электрических разрядов.
Она стояла посреди комнаты, окруженная ореолом ослепительно-голубых молний. Её короткие черные волосы были взъерошены сильнее обычного, а в глазах, обычно небесно-голубых, сейчас бушевал настоящий шторм. Фарфоровая кожа казалась почти прозрачной от переполняющей её маны.
Напротив неё, вжавшись в угол и закрывая лицо руками, сидела Ча Хэ Ин. Я никогда не видел её такой. Гордая «Охотница с запахом маны», лучший меч Кореи, сейчас выглядела как сломленная кукла. Рядом с ней, в наручниках, дрожала та самая врач-гинеколог, чья ошибка — или, скорее, преступный сговор — привела к этому хаосу.
– Юми, остановись, – я сделал шаг вперед, чувствуя, как Тень инстинктивно поднимается за моей спиной, создавая барьер против электричества.
– Остановиться?! – Она резко обернулась ко мне, и одна из молний ударила в пол в сантиметре от моей ноги. – Сон, ты понимаешь, что она сделала? Она не просто украла твой материал, она использовала моё тело как инкубатор для своих больных фантазий! Четверо детей, Сон! Четверо!
Она снова повернулась к Хэ Ин, и её голос сорвался на рык:
– Ты... ты позор для всех охотников! Ты не герой, ты помешанная сука, которой место в психиатрической лечебнице, а не в рейдах! Ты думала, что дети привяжут его к тебе? Ты думала, что сможешь купить любовь таким способом?
– Я... я просто хотела... – пролепетала Ча Хэ Ин, поднимая заплаканные глаза. – Я знала, что ты никогда не посмотришь на меня, Джинву... Ты слишком далеко, ты стал богом... Я хотела, чтобы у нас было хоть что-то общее...
– Общее?! – Юми шагнула к ней, и разряд тока выбил искры из металлического стола. – Теперь у него общее со МНОЙ! А у тебя — только уголовное дело и пожизненный позор!
Я понял, что ситуация выходит из-под контроля. Юми была на грани магического выброса. Если она сейчас ударит в полную силу, здание Ассоциации сложится как карточный домик, а от Хэ Ин и врача не останется даже пепла.
Я рванулся вперед, сокращая расстояние за доли секунды.
– Юми, нет! – я обхватил её сзади, крепко прижимая её руки к туловищу.
– Пусти меня! Сон, пусти, я её поджарю! – она отчаянно вырывалась, и я чувствовал, как её маленькое тело вибрирует от колоссального напряжения.
Электрические разряды били меня в грудь, в руки, в лицо. Любой другой охотник S-ранга уже превратился бы в уголек, но моя кожа, закаленная в битвах с монархами, лишь неприятно покалывала. Я держал её максимально осторожно, боясь нечаянно повредить — не ей, а тем четырем крошечным искрам жизни, которые теперь пульсировали внутри неё в такт её бешеному сердцу.
– Тише, Юми, тише... – я прижал её голову к своему плечу, стараясь перекрыть её ману своей Тенью. – Подумай о них. Твоя ярость сейчас вредит им. Ты чувствуешь?
Юми замерла. Её дыхание было рваным, тяжелым. Молнии вокруг нас начали медленно затихать, превращаясь в редкие искры. Я чувствовал, как её колотит крупная дрожь.
– Она... она отняла у меня выбор, Сон... – прошептала она, и я почувствовал, как моя куртка намокает от её слез. – Она просто взяла и решила за меня мою жизнь.
Я перевел взгляд на Ча Хэ Ин. В моей груди не было жалости. Только холодное, кристально чистое разочарование. Женщина, которую я считал надежным союзником, оказалась способна на такую низость.
– Хэ Ин, – мой голос прозвучал как приговор, от которого содрогнулись стены. – Тебя лишат лицензии. Немедленно. Ассоциация уже готовит документы. Ты больше не охотник. Ты — преступница.
Хэ Ин закрыла лицо руками и зарыдала в голос.
– А ты, – я посмотрел на врача, которая от страха, кажется, забыла, как дышать. – Тебе повезет, если ты проведешь остаток жизни в тюрьме. Потому что если с Окумурой Юми или с детьми что-то случится из-за последствий твоего вмешательства... тени найдут тебя везде. В любой щели этого мира.
Я подхватил Юми на руки. Она не сопротивлялась, лишь судорожно вцепилась в мою футболку. Она выглядела истощенной — магический выброс такой силы бесследно не проходит.
– Мы уходим, – бросил я стоящему в дверях председателю Го Гунхи, который наблюдал за сценой с тяжелым выражением лица.
– Охотник Сон, мы обеспечим полную безопасность... – начал было он.
– Я сам обеспечу безопасность, – отрезал я. – С этого момента Юми находится под моей личной охраной. Никто из Ассоциации, ни один журналист и тем более никто из гильдии «Охотников» не должен приближаться к ней ближе, чем на километр. Если это правило будет нарушено — я буду считать это актом агрессии против меня лично.
Я вышел из комнаты, не оборачиваясь. За моей спиной Игрит и Берилл молчаливыми стражами возникли из теней, перекрывая коридор. Их присутствие было ясным сигналом: аудиенция окончена.
Когда мы оказались в машине, Юми наконец немного пришла в себя. Она откинулась на сиденье, глядя в окно на проносящийся мимо Сеул.
– Четыре, – вдруг сказала она. – Сон, ты вообще представляешь, что это значит? Это же... это же целая команда для зачистки подземелий.
Я невольно усмехнулся, выруливая на шоссе.
– Мы не будем растить их как солдат, Юми.
– Рассказывай это кому-нибудь другому, – она горько усмехнулась, потирая запястье с татуировкой молнии. – С твоей кровью и моими генами они начнут пускать искры еще в колыбели. Весь мир будет смотреть на них как на оружие. Или как на богов.
– Я не позволю, – я на мгновение отпустил руль и накрыл её ладонь своей. – Вчера я сказал, что не оставлю тебя. Я повторю это столько раз, сколько потребуется, пока ты не поверишь.
Юми повернула голову и посмотрела на меня своими пронзительными глазами. Шторм в них утих, оставив лишь бездонную синеву и капельку затаенной боли.
– Ча Хэ Ин... ты ведь правда её не любил? – спросила она тихо.
– Нет, – ответил я честно. – Я уважал её как бойца. Но после того, что она сделала... это уважение превратилось в прах. Любовь не строится на обмане и краже чужой жизни.
Юми вздохнула и закрыла глаза.
– Знаешь, когда я шла на тот осмотр, я думала о том, что мне нужно купить новые кроссовки для бега и обновить контракт с поставщиком маны. А теперь я думаю о том, как поместить четверых детей в квартиру, где из мебели только диван, телевизор и стойка для кинжалов.
– Мой дом теперь твой дом, – сказал я. – Там достаточно места. И мои тени... они уже начали изучать литературу по уходу за младенцами.
Юми прыснула со смеху, и этот звук был самым приятным, что я слышал за весь этот безумный день.
– Серьезно? Берилл читает про подгузники? Я хочу это видеть!
– Он очень целеустремленный муравей, – улыбнулся я.
Мы ехали прочь от Ассоциации, от скандалов и предательства. Впереди было неопределенное будущее, полное трудностей, о которых не пишут в руководствах для охотников. Четверо детей от двух сильнейших магов — это была задача, которую Система не могла просчитать.
Но глядя на Юми, которая, несмотря на весь перенесенный стресс, сжимала мою руку с удивительной силой, я знал одно: Ча Хэ Ин совершила величайшую ошибку в своей жизни. Она хотела привязать меня к себе, но вместо этого подарила мне нечто гораздо более ценное. Она подарила мне семью с женщиной, которая была способна не просто стоять рядом со мной, но и освещать мою тьму своими молниями.
– Сон, – позвала она, когда мы уже подъезжали к дому.
– Да?
– Если один из них будет плакать по ночам так же громко, как ты сражаешься с монстрами, вставать к нему будешь ты.
Я посмотрел на неё и увидел в её глазах ту самую дерзкую искру, которая так выделяла её среди прочих.
– Договорились, – ответил я. – У меня есть армия теней, Юми. Думаю, мы справимся с ночными дежурствами.
Она улыбнулась — впервые за день по-настоящему тепло. И в этот момент я понял, что готов сразиться с любым Монархом, лишь бы эта улыбка больше не сменялась слезами ярости.
Мир еще не знал, что его ждет. Четверо наследников Теневого Монарха и Повелительницы Молний. Это была новая глава, и мы собирались написать её по своим правилам.